Уход в игру. Легкие деньги - Егор Дрознес

– Ой, да ладно. – Я едва не покраснел. Так мило это получилось. Интересно, а в «Нитях» можно покраснеть?

Я мчался как безумный от уровня к уровню, я играл до цветных кругов перед глазами. Несколько раз, когда я стягивал с себя обвесы после очередного забега по Двее на семнадцать часов, обнаруживал, что футболка промокла, а под носом образовалась корка от запёкшейся крови. Я даже не мылся и едва доползал до кровати, чтобы забыться беспокойным сном на пять-шесть часов. А проснувшись утром от звона будильника, режущего мозг словно нож, тащился к компу, чтобы снова провалиться в «Нити». Я сделал всё, что мог.

Но не успел.

До отцовской операции оставалось два дня, а общих денег у нас с мамой набралось только восемьсот тысяч с копейками. Мне не хватает ещё двух сотен.

Двести тысяч в «Нитях» за два дня? На двадцать пятом уровне – нереально. Да и состояние моё оставляет желать лучшего. Вот-вот вырублюсь здесь и сейчас. Организм просто выключится, не спрашивая у меня разрешения.

У друзей я уже узнавал. Они бы рады помочь, да нечем. Вар с Тучей все деньги на Тай слили. Ой – по гулянкам растерял. Меткий ответил что-то невразумительное, но на него я и не рассчитывал. А Настя, с ней и так всё понятно. Ей сейчас не лучше, чем мне.

Остаётся звонить Дурговскому. Засунуть в жж…железный ящик всю свою гордость и набрать номер. Спросить, только спросить. Нет так нет. Чего такого?

Гудки тянулись мучительно долго. Я, кажется, начал потеть. Это явно от недосыпа.

– Слушаю, – наконец раздался в трубке его хрипловатый голос. – Тима, ты уже новую копию сделал?

– Миша, здравствуй. Нет. Я… как бы… хотел спросить. – Не мямли, тряпка! – В общем, ты можешь мне одолжить? Нужно двести тысяч. В семье проблемы. В счёт будущих копий. Я отдам. – Закончил я как-то не так. Глупо просить денег, если ты их не собираешься отдавать. Но всё это было не важно.

– Тима, ты хороший игрок. Но, знаешь, у меня принцип. В долг не даю. Сделаешь новую копию, помогу продать без проблем. А вот авансом не заплачу.

– Понятно. – Я положил трубку, не прощаясь. Дурговский ведь круто принципиальный, как я мог забыть? Настя мне говорила. Баран я, вот я кто. Только зря лебезил перед ним. Ну да ладно, это для отца. Хотя всё равно без толку.

Твою мать! Что делать-то? Ответь мне, пустота. Пойти, что ли, банк грабануть? Так вот люди и встают на тёмную дорожку. От безысходности.

Я зашёл в игру, ещё не зная, для чего. Наверно, нужно качаться дальше. И не важно, что я уже ничего не успеваю. Надо делать хоть что-то.

Я стоял посреди деревни Стальных Копыт. Мимо то и дело пробегали разряженные игроки и суетливые неписи. Одни куда-то спешили, увлечённые приятными игровыми делами. Другие просто отдыхали, развалившись на травке в небольшом сквере, раскинувшемся в самом центре деревни. Кто-то развлекался. Метрах в пяти от меня кривлялся низкий, словно пень, но широкий, как пивной бочонок, гном с яркой рыжей бородой. Она шевелилась будто живая, созданная из огненных извивающихся змеек. Гном пустился в шустрый залихватский пляс, похожий на казачок. Его красные сапожки с острыми носами как нельзя лучше подходили для этого действа.

Кто-то веселится вовсю, а я стою в полуобморочном от перенапряга состоянии и гадаю, где за два дня добыть две сотни.

– Что делать? Ответь мне, пустота, – в отчаянии повторил я.

Уважаемые игроки! Напоминаем вам, что через два дня пройдёт «Турнир для экстремалов-2». Все смельчаки, желающие поучаствовать, должны записаться у НПС, находящихся возле порталов, в крупных городах Двеи. Список городов можно посмотреть на форуме, в разделе, посвящённом турниру.

Желаем вам великих побед!

Спасибо, пустота.

А ведь это сообщение последнюю неделю крутят по несколько раз в день. Но я так был занят качем, что даже не обращал на него внимания. Мало ли что там за турнир. Какое он вообще ко мне имеет отношение? Да самое прямое! Можно сказать, от него сейчас зависит, будет мой отец ходить или нет.

Сколько там дают за победу на двадцать пятом? Умножаем уровень на десять тысяч. Двести пятьдесят! Хватает на операцию, и ещё какие-то копейки остаются мне. Например, чтобы упиться шампанским, отмечая выздоровление отца.

На меня вдруг нахлынула паника: а если не смогу победить? И перса не станет, и папеньке не помогу. Что тогда? Не будем о плохом, нужно настраиваться на хорошее. Это мой шанс, и я его не упущу.

Показав козу танцующему гному, я побежал в город, записываться на турнир.

Следующие четырнадцать часов я проспал. Когда появилась возможность (хоть и призрачная) добыть недостающие деньги, у меня отлегло. Организм немного расслабился и перестал слушаться приказов мозга. Я кое-как обрисовал друзьям ситуацию, вышел из «Нитей», дополз до кровати и провалился в сон.

Проснулся от навязчивого жужжания под самым ухом. Гудел телефон. Я, щурясь спросонья, как кот, нализавшийся валерьянки, ответил.

– Алё, Тима, ты где пропал?! – Голос Варана звучал укоризненно.

– Я… спал.

– Давай быстро в игру! До турнира сутки, а ты ни хрена не подготовлен.

– Сутки? Как сутки?! Я же прилёг на пару часов.

– Ладно, хорош базарить, мы тебя ждём на тренировочной площадке. Чтобы через пять минут был.

– Я… да-да, бегу.

Я, всё ещё не веря, глянул на часы. Ну да, было два с лишним часа дня. Сейчас четыре. Что за наезды про сутки? Так, а календарь… Чёрт меня подери! Сегодня суббота! Турнир же в воскресенье вечером. А середина дня понедельника – крайний срок для перевода денег на операцию!

Не теряя больше ни минуты, я нырнул в «Нити». К смертоубийству для экстремалов номер два нужно хорошо подготовиться. И на всё про всё у меня сутки с небольшим.

Тренировочных площадок в Двее великое множество. Они расположены рядом с каждым городом, лагерем, крепостью и некоторыми другими местами. На ближайшее время мы облюбовали ту, которая «приросла» к главной деревне Стальных Копыт. Это было большое поле со скошенной под ноль травой, огороженное редким лесом. Недалеко от поля разлилось милое озерцо с растущими там кувшинками и гогочущими дикими лебедями.

На площадке – шесть манекенов с низкими, средними и высокими показателями брони и сопротивлениями магии для отработки ударов и кастов. И большая арена, разбитая на несколько огороженных секторов для спаррингов.

Друзья всей толпой ждали меня у пруда.

– Ой, ну пришёл-таки, пришёл! А мы уже хотели к тебе домой ехать, будить. На звонки не отвечаешь, эсэмэски не читаешь. А мы в игре тебя ужо часа три ждём. Караул прямо, – затараторила Полина, когда я был ещё метрах в пятидесяти от них и едва мог слышать её причитания.

– Виноват, исправлюсь. – Я потупился и сделал вид, будто ковыряюсь носком ботинка в земле. Мне на самом деле было очень стыдно. Друзей на уши поставил, мол, деньги нужны, на турнир для смертников собираюсь. А сам – дрыхнуть. Но это была вынужденная мера. Иначе я бы прям посреди ответственного боя вырубился.