Русский израильтянин на службе монархов XIII века - Александр Койфман

Эмир Джирдженти тоже пользуется авторитетом, но только у берберского населения южного побережья Сицилии. На самом деле он ничем не владеет в Джирдженти. Там хозяином является местный епископ, опирающийся на несколько монастырей и отряды наемников. Эмир живет со своим окружением в горном селении Кастельтермини, километрах в сорока севернее Джирдженти. Про остальных эмиров сведения у меня были скудные, знал, что их земли и селения ближе к юго-восточному и северо-восточному побережью Сицилии. Но пока тревогу императора вызывали только отряды берберов Джирдженти с примкнувшими к ним потомками обращенных в древности в мусульманство жителей южного побережья.

У замка эмира нас остановил стражник, которому Юсуф рассказал о посланнике императора. Потом нас провели к «министру» эмира, попытавшемуся выведать у меня цель приезда. Показал ему грамоту императора, но сказал, что о цели приезда буду говорить только с эмиром. «Министр», или скорее доверенный слуга, представившись как Вакиль бин Абдаллах, исчез на несколько минут, но потом, низко кланяясь, провел нас с Юсуфом в светлое помещение, где на невысоком сундуке восседал молодой, почти безбородый эмир. Он носил слишком звучное имя Мухаммад бин Ахмад амир ал-мусламин – что означает «повелитель мусульман», – более приличествующее независимому владыке империи. Позднее я узнал, что он сменил своего деда только два года тому назад.

Министр представил меня, только немного переврав мою фамилию. Я сказал, что от имени императора рад приветствовать высокочтимого эмира в его замке. Эмир предложил мне сесть на соседний сундук. С непривычки было неудобно на нем сидеть, тем более что крышка была немного изогнута. Потом мы с эмиром обменялись кучей любезных слов, и наконец я приступил к изложению целей своей миссии.

– Его величество император, – тут я не полностью перечислил его титулы, – недоволен действиями некоторых людей эмира Джирдженти. Он отправил войска и флот, дабы наказать их. Разрушение церквей, грабеж селений и, какая наглость, захват города Корлеоне не могут остаться безнаказанными. Министрам его величества известно, что небольшое количество ваших людей тоже присоединилось к мятежникам. Министры надеются, что вы предпримете меры, дабы мятеж не распространился на ваши земли. Мы знаем, что вы всегда были верным вассалом императора. Император ценит это.

Я увидел, что при этих словах министр эмира встрепенулся, надеясь, что за этим последует материальное воплощение, то есть золото. Но он ошибся. Эмир остался невозмутим, но вынужден был ответить на мои слова:

– Мой народ – верные подданные его величества. Но последние действия епископа Джирдженти вызывают возмущение у всех мусульман Сицилии. Мало того что он по указу императора запрещает строительство новых мечетей. Он разрушил две мечети, не разрешил ремонтировать еще одну мечеть. Он пытается заставить мусульман слушать проповеди своих монахов. Более того, его люди разграбили два селения, два ни в чем не повинных селения.

– Его величество знает о неподобающем поведении епископа. Его святейшество папа Гонорий тоже не давал таких указаний. После наказания мятежников епископ будет удален из этих мест. Императору не нужны возмутители спокойствия. Император жаждет, чтобы во всех его землях, от далекой Германии до Италии и Сицилии царствовали мир и спокойствие.

– Но нам нужен не только мир. Нас оттеснили в горы, где почти нет места ни для чего, кроме выпаса овец и коз. Население увеличивается, а хорошей земли нет.

– Император думает, что можно сделать, чтобы улучшить положение вашего народа. Министры предлагают выделить земли в Италии. После недавних волнений и войн там имеются почти не заселенные земли. И это прекрасные земли, земли садов, виноградников и пашен. Они могли бы быть безвозмездно переданы вам и вашему народу на условиях лена^[237]. Но вы должны были бы по призыву императора выставлять определенное количество воинов.

– Мы от рождения воины. Но так ли хороши эти земли? Вы понимаете, что поднимать людей с насиженных мест, отрывать от дедовских могил – очень тяжело.

– Вы могли бы послать своих людей осмотреть эти земли. Кроме того, император готов выделить лично вам средства на обустройство на новом месте. Ведь вы покинете в этом случае свой замок. Думаю, что на новых землях вы смогли бы построить новый или привести в порядок какой-то брошенный замок, более приличествующий вашему сану. И там имеется много брошенных жилищ, которые могли бы занять на первое время ваши люди.

– А как реально вы представляете переселение такого большого количества людей? Ведь это имущество, скот, боевые кони, – вмешался Вакиль бин Абдаллах.

– Пиза предоставит большие транспортные суда для перевозки имущества и скота. Император выделит флот для охраны. А в Италии придется совместно обеспечивать охрану переселения. Император тоже выделит для этого некоторое количество солдат.

– Имеются ли альтернативы?

– Да, имеются. Можно продолжать жить так, как и жили. Но это будут все учащающиеся стычки между мусульманами и христианами. Император часто отлучается в свои владения в Италии и Германии, а теперь планирует поход на Святую землю. Он не может все время уделять внимание только Сицилии. А среди мусульман и христиан много горячих голов, жаждущих новизны, жаждущих нарушить порядок. Кроме того, возможен и уход в Северную Африку. Альмохадский халиф ал-Мустансир с радостью примет ваш народ. Ведь это тысячи отличных воинов. И они нужны ему для войны в Испании.

– Нет, нравы альмохадов нам не подходят. Воевать в Испании – тоже не вариант. Я готов послать несколько человек для осмотра земель в Италии, но мне нужно посоветоваться с главами родов. Такие решения не принимаются без учета мнения народа.

– Безусловно. Но прошу вас одновременно донести до глав родов, что недопустимо выделять молодежь на помощь восставшим.

Мы обменялись положенными в этих случаях любезностями, договорились, что Юсуф известит меня о результатах совещания глав родов. Я хотел тут же отправиться назад, но эмир уговорил остаться на ужин и переночевать в его замке. Ужин был простой, но сытный. Возможно, моим солдатам не хватало доброй порции вина, но что поделаешь, вино здесь не пьют. И эмир и его министр тоже сидели с нами за столом, атмосфера была доброжелательной, потом мы пошли спать, а утром отправились в обратный путь.

Уже вечером я рассказывал о своем походе графу Альберто. Он только поморщился, когда услышал о моем обещании выделения средств эмиру, но я уверил его, что императору выгоднее иметь дело с одним вассалом, чем назначать чиновников для разбора дел с многочисленными главами родов. На следующий день нас с графом выслушал ландграф Людвиг. Он без замечаний одобрил результаты моей экспедиции и предложил нам сопровождать его завтра с утра в поездке к армии, уже подходящей к Корлеоне.

Расстояние по прямой – примерно тридцать километров. Но ведет туда горная дорога, совсем даже не хорошая, армия двигалась медленно, обозы с продовольствием замедляли темп движения. Хорошо хоть, что отряды восставших еще не дошли до этих мест. Впрочем, не доходя десятка полтора километров до Корлеоне, сразу же после селения Фикуцца^[238], авангарду пришлось сбивать с дороги небольшой отряд всадников, все время пытавшийся замедлить движение армии.