Свободные миры - Василий Сахаров

Прошло три дня, а эльфы и не думали уходить. Акулов, который в бинокль смог разглядеть куски беспилотника, повисшие на одном из деревьев, как раз над эльфийским постом, то и дело порывался встать и направиться к союзникам. Но Ромыч и сержанты все время были начеку, и между собой уже договорились, что если лейтенант взбрыкнет, и все же соберется идти к эльфам, то его надо немного контузить и по-тихому связать. Что-что, а чутье выживших в мясорубке солдат кричало о том, что узнай эльфы о присутствии рядом людей, ничего хорошего их разведгруппу не ждет.

Дава резко перевернулся на бок, и краем глаза, уловил движение в кустах.

– Ромыч, – еле шевеля губами, произнес он. – Опять горрилоид вокруг крутится. Что за хрень?

Старшина, все так же смотря в бинокль, ответил:

– Я следы смотрел, там их несколько, но одну пару лап я узнал. По-моему это наш бывший пленный, Бо-хо-жг.

– Да, ну… – удивился Дава.

– Точно тебе говорю. У него один палец на ноге искривлен характерно, как-то боком, что на букву «с» похоже.

– Действительно, я ведь у него в клетке приборку делал, видел же, но думал, что так и должно быть, – Дава привстал. – И, что делать?

– Ну, сходи переговори с ним, ты ведь с ним больше всех общался, а от меня он спрятался.

– Шутишь?

– Нет, вполне серьезно.

– А-а-а, была, не была, где наша не пропадала, – Дава встал и протянул к Ромычу пустую ладонь. – Давай автопереводчики.

Ромыч молча отдал ему два металлических кружка, и Дава, демонстративно взмахнув пустыми руками, еще раз осмотревшись и не заметив признаков движения, направился вглубь рощи. По еле заметной тропинке покрытой все еще зеленой травой, он двигался прямо, и никуда не сворачивая минут пять. Наконец, он вышел на небольшую полянку и остановился на середине. Где-то в кустах раздалось ворчание, треск сучков под тяжелым и массивным телом, и из-за большого поваленного ствола, показалась голова горрилоида. Бо-хо-жг, а это был он, перепрыгнул дерево, и постоянно озираясь, подошел к Даве.

Васька протянул Бо-хо-жгу один автопереводчик, а второй нацепил на себя.

– Ты, Да-ва, – произнес горрилоид свое приветствие.

– Ты, Бо-хо-жг, – ответил ему солдат.

– Зачем вы здесь, люди? Вы хотите поймать изменника, идущего с посланием от Великой Тысячи?

– Нет, мы ищем железные осколки упавших вниз летательных аппаратов.

– Вы должны захватить изменника-эльфа.

– Объясни точнее, Бо-хо-жг.

– Скоро начнется большой прорыв, в бой пойдут три атакующих армады боевых самцов. Самых свирепых, умных и умелых. Их готовили целый год. Мои братья хотят выжить, и я, Бо-хо-жг, этого тоже хочу. Когда зайдет светило, к эльфам прибудет посланец от Камиллы, и укажет, где и когда начнется наступление. Они уйдут, а вы останетесь и все погибнете. Надо перебить эльфов, захватить посланца и бежать через Врата.

– Мы не сможем тебе помочь, нам никто из высоких начальников не поверит. Если вы хотите выжить, то захватите изменника сами.

– Мы убьем этих проклятых эльфов и приведем посланца Камиллы к вам. Взамен, вы спасете нас, – ответил горрилоид после невнятного бурчанья, что означало его раздумья, уж это-то, Дава запомнил во время своего прошлого общения с Бо-хо-жгом.

– Приводи своего эльфа-изменника, мы с ним поговорим, а после этого уже решим, что делать.

Уже поворачиваясь к Даве спиной, горрилоид бросил:

– Не вздумайте нас обмануть и бежать, у нас с вами теперь одна дорога.

Бо-хо-жг ушел, так и не сняв ценный автопереводчик, а Дава вернулся назад, и пересказал весь свой разговор Ромычу. Тот посидел, подумал, и решил, что Дава прав, и надо дождаться пока горрилоиды приволокут изменника, а уже допросив его, принимать решение. Может быть, что кто-то из офицеров выслушает их, и из-за страха за свою жизнь, донесет информацию выше, а кто-то из генералитета, примет мудрое решение, которое спасет солдат. Сомнительно, конечно, но больше надеяться было не на что. Одним с Бортная не сбежать, а если попытаться еще и горрилоидов с собой потянуть, то и пробовать не стоило.

Так они гоняли мыслишки до тех пор, пока не пришла смена. Сдав бесполезное наблюдение за эльфами другой паре, они спустились в небольшую расщелину за холмом, и застали тот момент, когда лейтенант решительно встал, и громко объявил:

– Все, я иду к союзникам.

– Ага, – произнес стоящий позади него сержант Торопов, и обернутой тряпками дубинкой, ударил его по голове.

Лейтенант рухнул как подкошенный, а Торопов, наклонившись к нему, пощупал вену на шее, и радостно произнес:

– Жив летеха, а то я все переживал, что череп ему проломлю. Хороший парень и грамотный, но вот эта его любовь к ушастым и энтузиазм, нас в могилу свести могут, а меня мама дома ждет.

Акулова связали и положили в палатку, а Ромыч, собрал солдат в круг, и рассказал всем присутствующим часть истории про сообразительного мутанта. Реакция была разной, но в итоге сошлись на том, что бежать смысла нет, предупреждать эльфов тоже, и остается, только ждать ночи.

Бой в усадьбе занятой эльфами вспыхнул внезапно, ни предварительных криков, ни сигналов, и только в какой-то момент, все озарилось яркими и короткими вспышками лазерных очередей, бахнуло несколько мощных разрывов, и все. То, что произошло, по времени и двух минут не заняло, и солдатам оставалось только занять круговую оборону и гадать, кто же победил.

Все разрешилось минут через сорок, когда из темноты появился раненый Бо-хо-жг, тянущий на себе длинный сверток. Сбросив сверток на землю, окруженный со всех сторон вооруженными людьми, мутант сказал:

– Трое моих братьев погибли, а остальные вам не доверяют, и ушли искать другой путь к спасению. Опасности для вас нет, в доме все убиты. Я остался один и, пойду с вами до конца.

В лощине развели небольшой костерок, к которому и подтащили пленника-эльфа. Бо-хо-жг подсел поближе и, оторвав от брезента, в который был завернут пленник, длинный кусок, стал перематывать себе бок. Торопов, стоящий позади горрилоида с ВСС в руках, чуть приподнял вопросительно подбородок и маякнул глазами на Бо-хо-жга. Ромыч, сидящий напротив мутанта, отрицательно помотал головой, и сержант отвернул от горрилоида ствол.

– Ты благороден, человек, – сказал горрилоид, видимо прочуявший, что сейчас происходило.

– Бывает, – ответил старшина и, повернувшись в сторону палатки, окликнул бойцов: – Парни, давайте лейтенанта сюда, надо ему послушать, что пленник расскажет.

Лейтенанта Акулова, яростно вращавшего глазами, посадили рядом с Ромычем, и тот, перекинул на него автопереводчик, снятый с Бо-хо-жга. Кляп, впрочем, вынимать не стали, так как выслушивать гневные речи молодого офицера про союзнический долг и недопустимость подобного обращения с командиром, желания не было никакого.