Товарищ Брежнев. Большое Домино - Дмитрий Абрамов

В общем, большое человеческое спасибо товарищам с Закавказского фронта, неторопливо перемоловшим практически все резервы турецкой армии.

Против турок было еще то, что приграничные укрепрайоны они не успевают занять. Нет у них еще информации, что мы рядом.

Перед самым переходом передовых частей армии через турецкую границу по укрепрайонам в Эдирне и Кыркларели отработала наша авиация. Кидали в основном бомбы объемного взрыва. Бункеры-доты целы, а личному составу каюк, по казармам тоже сыпанули от души. В казармах большую часть гарнизонов Эдирне и Кыркларели и положили наши летчики, а в бункерах-дотах, оказалось, были только часовые-дежурные.

Вслед за авиацией с двух направлений на Эдирне и с одного на Кыркларели пошли передовые части. В Эдирне для поддержки танков-пехоты на греческую территорию заехали три наших бронепоезда. Пограничные заставы были размазаны минометным и артиллерийским огнем. Через полчаса после перехода границы наши передовые подразделения уже были в Эдирне и Кыркларели и обнаружили, что там им никто особо сопротивляться не собирается. Рванули дальше.

От Эдирне к Стамбулу дорога хорошая, и по ней до второго турецкого рубежа 80 км. От Кыркларели – дорога похуже, но короче – около 50 км. Час-два хода. Там, на этом втором рубеже, тоже напрягаться, прорывая его, не пришлось. Наша авиация и здесь отбомбилась по военным городкам. Они в основном были расположены в полутора-трех километрах от позиций. Несколько наших ДРГ, расположившись по холмам-горкам, контролировали тропки-дорожки, по которым турки должны были бежать от казарм к своим артиллерийским позициям, контролирующим дороги на Стамбул. На позиции, предназначенные для пехотного прикрытия, бежать и так было некому, все здешнее пехотное прикрытие в Восточной Анатолии уже, наверное, подгнивает-пованивает. Так вот. Бегут по тропинке реденькие цепочки не сгоревших в огне объемных взрывов турецких артиллеристов-пулеметчиков к своим дотам, а сбоку по ним пулеметы и снайперские винтовки наших диверсантов работают. Почти никто не добежал, а там, где добежали, то не пляшет крупнокалиберный пулемет или 37-мм пушка против огнеметного КВ-8с, даже если они в бункере установлены.

Конечно, где-то к западу и востоку от мест нашего прорыва турки смогли занять свои позиции. Но нам-то это фиолетово. Пущай сидят в своих бункерах, хоть до самой капитуляции, они нам не помеха, нечем им нас достать и не на чем до нас добраться. На час-полтора, в общем, наши передовые танкисты и мотострелки задержались на втором рубеже турецкой обороны и рванули дальше.

Опять две дороги. Шестьдесят километров по ним. Два часа ходу. Не торопятся танкисты. Не торопятся мотострелки. Узенько на третьем рубеже у турок, высока плотность войск. Авиация наша уже разок здесь отметилась и улетела за добавкой. А передовые части остановились за два-три километра до турецких позиций и ждут рассвета и подхода артиллеристов и минометчиков.

Рассвет 13 мая. Прилетела сотня «летающих крепостей», за ними по полсотни Пе-2 и Ил-4. Турки подняли в воздух всю свою авиацию. Куда там? Куда им? Тридцать турок против ста двадцати восьми наших летчиков на «Яках». Чего мелочиться-то. За раз решили проблему с турецкой авиацией. Никто не улетел обделенным вниманием и приветами из авиационных пушек. Истребители потом до самой капитуляции Турции ворчали. Мол, бомберам и штурмовикам работы хоть отбавляй, а истребители, как бедные родственники, целыми эскадрильями за одинокими турецкими транспортными или связными самолетами гоняются. Война скоро кончится, а как тут боевой счет пополнять, если авиация в Туретчине сгинула как класс?

Утихли звуки взрывов авиабомб, потихоньку утренний ветерок разгоняет дымы и поднятую взрывами пыль, а над турецкими позициями уже висят четыре наших авиаразведчика-корректировщика. И потеха продолжается. Залп двух полков 132-мм «катюш». Пятнадцать минут для работы 152-мм гаубиц. Еще залп из «катюш». Полчаса на ювелирную работу 160-мм минометов, корректируемую с воздуха. Вроде более не видно сверху боеспособных солдат противника. Еще один залп из «катюш». Хитрый залп. Реактивные минометы бьют не по позициям турок, а перед ними. Там минные поля и всяки-разны хитрюшки-ловушки для танков.

Почти девять утра на часах. Первая атака. В первых рядах идут самоходные установки реактивного разминирования. Несутся в сторону противника ленты-шланги, набитые взрывчаткой. Детонируют мины. Танки вырываются вперед. Редкий огонь с турецкой стороны. Моментальный ответ от наших минометчиков. Пол-одиннадцатого – центральная часть третьего рубежа турецкой обороны в наших руках. Справа-слева еще кое-где противник шевелится, но он уже не может кусаться. Артиллерию у него всю выбили, и разбираться с ним будет уже второй эшелон наступающих. А пока выставляем заслоны – и вперед к Стамбулу.

Обана! Чего-то вы припозднились. С запада наши передовые подразделения нагоняют сразу аж пять бронепоездов. У них несчастье случилось. На втором рубеже «летающие крепости» слегка промахнулись и сровняли с землей полтора десятка метров железнодорожной насыпи. Пришлось в авральном режиме пути-насыпи ремонтировать. На третьем рубеже с рельсами-шпалами все более-менее в порядке. В нескольких местах есть подорванные рельсы, но и запас оных тоже есть. Делов минут на десять-пятнадцать.

Бронепоезда, танковый и мотострелковый батальоны выдвигаются к Стамбулу вдоль берега Мраморного моря. Два мотострелковых полка останавливаются в западных предместьях Стамбула, прикрывая подходящую артиллерию. Танковый и мотострелковый полки уходят севернее древнего Константинополя, к Босфору. Там занимательная ситуация. Прошедшей ночью берега Босфора озарялись яркими вспышками. То рвались артпогреба на береговых артиллерийских и зенитных батареях. Огромное человеческое спасибо парням из ведомства Лаврентия Павловича за это. Потом была еще бомбардировка, которую с земли корректировали наши диверсанты. Вместе с бомбардировщиками прилетели транспортники, маскирующиеся под первых, и выбросили по два батальона десанта на оба берега Босфора. Десантники подчистили недоработки «штирлицев» и авиации, а затем взяли под контроль собранную для переправы наших частей на азиатский берег флотилию. Вот танкисты и мотострелки и устремились к местам подготовленных переправ.

А турецкий флот? Он смотрит на все это безучастно? Ага, именно так и смотрит. Чего ему сухопутные проблемы? У него своих хватает. С самого рассвета над Босфором ходят, сменяя друг друга, волны торпедоносцев и пикировщиков Черноморского флота. Береговые зенитные батареи подавлены, да и не много их было в последнее время – отправили большую их часть в пекло кавказской мясорубки. Вот и носятся летчики-черноморцы над Босфором, выискивая, во что бы еще всадить торпеду али бомбу. Нет времени у турецких моряков препятствовать переправе русских танков в Азию. А тут еще в устье пролива входит, по протраленному ночью фарватеру, эскадра, в которую собрали почти все большие корабли Черноморского флота, даже линкор «Севастополь» пришел. Куда тут турецким маломеркам тягаться. Около 16.00 первые советские танки выходят на азиатский берег Босфора. А я в это время вместе с группой офицеров штаба армии гружусь в самолеты. Наш путь – в турецкую Чорлу, что в девяноста километрах к западу от Стамбула, между вторым и третьим рубежами турецкой обороны. Там уже наши саперы и десантники подготовили площадку для приема самолетов. А рядом с ней у нас будет временный передовой пункт управления армии. Благо через эту Чорлу и железная дорога проходит. К вечеру по ней туда подвезут все необходимое для полноценной работы штаба армии.