Наяль Давье. Герцог северных пределов - Владимир Зещинский

В основном дома отдыха здесь работали по одному принципу. На первом этаже размещалась своеобразное кафе, где можно было поесть и присмотреть себе кого-нибудь на ночь. Тут же размещались кухня и примитивный бар. На втором этаже были комнаты отдыха. Можно было и просто так снять комнату, но при таких стенах и постоянном шуме выспаться вряд ли получится, если только не напиться предварительно до обморочного состояния.

Конечно, вполне можно было поесть и выпить, не снимая на ночь проститутку.

Пока я шел по улице, на меня многие косились, но подходить и что-то спрашивать не торопились. Хотя я отчетливо ощущал интерес, направленный в мою сторону. Я пытался уловить какую-нибудь агрессию, но ничего подобного не было.

Выбрав для себя самое презентабельное заведение из предложенных, я толкнул дверь и вошел внутрь, сразу же принимаясь осматриваться. Деревянные столы, на полу какие-то листья, около стен на высоких подставках простые факелы. Слева лестница, ведущая на второй этаж. Справа высокий и узкий стол, за которым сидел пожилой мужчина. Напротив небольшое возвышение. На нем сейчас стояла, замерев, женщина. Она явно или что-то говорила до моего прихода, или пела. Скорее всего, второе.

Впрочем, замолчала не только она. Все посетители, которые тут были, молчаливо и хмуро глядели на меня, явно ожидая дальнейших действий.

Я хмыкнул и повернул направо. Думаю, человек за стойкой владелец этого дома. Он тут же поднялся, осматривая меня цепким взглядом светло-карих глаз. Судя по шрамам на лице, молодость у него была весьма бурной.

Я тут же настроился на него, понимая, что просто поговорить не получится по одной простой причине – я не знаю язык.

«Чего тебе?» – именно так перевел я его короткий вопрос.

«Поесть, комнату, женщину», – передал я ему так же коротко и по существу.

Мужчина слегка отшатнулся, но тут же взял себя в руки. Если его и удивил способ, с помощью которого я с ним заговорил, то виду он постарался не подать.

«Садись туда, – мужчина кивнул в сторону свободного столика. – Еду принесут. А женщина… если какая и захочет, то сама подойдет. Я никого не неволю».

Я согласно кивнул и подошел к столу. В зале до сих пор стояла тишина. Недолго думая, я скинул с себя плащ и положил его на стул рядом. Обведя взглядом зал, я спокойно сел за стол и принялся ждать свой ужин.

Тут же со всех сторон послышались шепотки. Конечно, для местного населения мой внешний вид был весьма необычен, начиная от слишком тонких черт лица, заканчивая белой кожей и светлым оттенком глаз.

В общем, несмотря на мое отличие от местных, один я этой ночью не остался. Заболеть чем-нибудь нехорошим я не боялся, а девушки тут оказались вполне чистыми, приятными и горячими, очень горячими. Оказывается, все мои прошлые подруги были весьма сдержанными особами.

Уснули мы глубоко за полночь. А под утро, когда сон самый крепкий, из сна меня выдернули крики на улице. Девушки, с которыми я провел несколько весьма приятных часов не так давно, моментально подскочили с кровати и принялись одеваться. На меня они не обращали совершенно никакого внимания, словно находились в комнате одни.

Я на мгновение прикрыл глаза и вслушался, пытаясь понять, что происходит. Судя по всему, на остров кто-то напал. Одеваться я заканчивал в одиночестве, так как знойных красавиц в номере уже не оказалось. Накинув на плечи плащ, быстро спустился вниз.

На первом этаже все бегали туда-сюда, на первый взгляд, весьма хаотично. Хотя вскоре стало понятно, что бегают они вполне себе организованно, без лишней суеты и нервов. Да и какое-то сосредоточенное молчание наводило на мысль, что здесь давно уже привыкли к таким вот нападениям.

Спустя несколько минут в доме никого не осталось, кроме старого хозяина, который, прихрамывая, торопился куда-то в сторону кухни. Почти сразу после этого послышался тихий хлопок закрывшейся двери – ушел.

Хмыкнув, я осторожно выглянул на улицу, осматриваясь. Несколько домов уже полыхали. Изредка слышались крики женщин, но в основном они как-то тихо устремлялись в сторону леса, явно желая затеряться там. Кто-то успевал скрыться в темнеющей громаде, кого-то ловили, иногда прямо за волосы.

В нескольких местах заметил дерущихся, но отчего-то сопротивления как такового не было. Такое чувство, что все стремились спрятаться, а не связывать себя боем.

Крадущегося ко мне человека я услышал еще тогда, когда он вошел в дом со стороны кухни, но ничего предпринимать по этому поводу не стал. Я лишь убедился, что убивать меня он не хочет, всего лишь для чего-то захватить.

Не скажу, что мне все это было очень интересно. Была бы моя воля, я бы уже давно развернул портал и ушел домой, но нужно ведь закрыть прокол. А до этого выполнить что-то, для чего Разум вывел переход именно в этом месте.

К горлу подставили острый клинок. Мужчина что-то пророкотал. В мыслях я уловил приказ не шевелиться, иначе хуже будет.

Я замер, как и было приказано. Меня рывком развернули и одним движением стащили капюшон. Прищурившись, человек пробежался взглядом по моему лицу, поцокал слегка пошловато, растягивая губы в неприятной улыбке. Я поморщился. Вот только извращенцев мне и не хватало для полного счастья.

Пока я раздумывал: плюнуть ли мне и просто переместиться к проколу, забив на все остальное, или же посмотреть, что будет дальше, мужик вытолкал меня на улицу. Не слишком сопротивляясь, я спокойно направился туда, куда меня весьма настойчиво «приглашали». Возле одного из причалов покачивался большой корабль, явно принадлежащий нападавшим. Вот к нему меня и повели. Впрочем, не только меня. В основном уловом этих людей были девушки, но и мужчинами они не гнушались.

Понятное дело, что я поковырялся в голове моего сопровождающего, но лучше бы я этого не делал. Кажется, мне придется кого-то вскоре кастрировать. Передернув плечами от неприятного ощущения, которое я испытал, порывшись в мозгах этого, скажем так, весьма любвеобильного и неразборчивого товарища, я постарался отойти от него подальше. Тот тут же попытался ухватить меня под локоть и притянуть обратно.

«Тебе лучше не трогать меня», – предупредил его, повернувшись к нему. При этом я перешел на магическое зрение, давая полюбоваться моими глазами. Мужик слегка побледнел и тут же затерялся в толпе, даже не обратив внимания, что я при таком раскладе оказывался вполне свободным.

Сильно не расстроившись, я отключил магозрение, сложил руки на груди и привалился спиной на борт. Никто не обращал на меня внимания. Все были заняты. Нападавшие распределяли людей по каким-то критериям и отводили в глубь корабля. Пленные пытались сбежать. Некоторым даже удавалось выпрыгнуть за борт. В общем, во всех этой суматохе я оказался как-то не у дел.

Но очень скоро меня, естественно, заметили. Понятное дело, удивились тому, что я спокойно стою. Мне даже на мгновение показалось, что они поначалу и не знали, что со мной делать. Привычная картина как-то не складывалась в горячих головах. У них ведь как? Напали, пожгли, подрались, взяли в плен, при этом плененные должны сопротивляться. Женщины обязаны плакать, кусаться, царапаться, а мужчины драться и пытаться вызволить своих подруг. Это нормально и привычно. А тут что-то непонятное, а все непонятное явно может быть опасным.