Корейский вариант - Владимир Поселягин

- Держите, - протянул я трубку мужчине, который с интересом меня слушал.

О чём ему говорили я не слышал, но тот положил трубку на аппарат и велел оформлять меня.

- Документов нет, - развёл я руками, когда та попросила их. - Регистрируйте так, по псевдониму. Да, по поводу полдника. Обед я пропустили и хотел бы покушать у вас. Заказ можно сделать или тут дежурные блюда?

- Можно сделать заказ, - кивнула та, что-то быстро записывая.

- О-о-о… - в предвкушении потёр я руки. - Значит так, начнём с классики. Борщ с пампушками, отдельно с дольками чеснока, зеленью и копчёным салом в комплекте. Потом на второе картофельное пюре с котлетой по-киевски и подливой. Двадцать шесть лет… нет, двадцать семь лет не ел эти блюда. Эх, заказал бы ещё, но это бы осилить. Ещё кисель хочу, кисель тоже давно не пил. Ностальгия. А теперь давайте ключ от номера. Быстро, быстро.

Тут было обслуживание, меня провела в номер горничная по этажу, и пока расстилала бельё, я быстро разделся в ванной комнате, выкинув в зал с кроватью грязное бельё и одежду, всё это та отнесёт в прачечную. Кроме неё выложил свой костюм, попросив погладить его, а туфли начистить. И поскорее чтобы через полчаса, когда я из ванны выйду, всё было готово. А сам, аж подвывая от удовольствия, залез в ванную, да встал под душем. Да, вещи я собой занёс. Ещё не хватало чтобы кто-то кроме меня в них рылся. По поводу мочалки, мыла и шампуня, ванная комната всё это имела, и я нисколько не смущаясь воспользовался оснащением комнаты. Потом полотенцем втерся до скрипа кожи, и надев трусы и майку, я отнёс все вещи в комнату. Кстати, мой костюм, аккуратно и качественно выглаженный, уже висел тут, на плечиках в шкафу. Успела всё-таки, молодец. Достав костюм, надел штаны, носки, туфли, потом накинул рубаху и жилетку, вывесив демонстративно цепочку от часов на виду, а сами часы в кармашке, и их подвёл, да завёл. Часы, как и цепочка, были серебряными. Поправив воротник, я осмотрел себя в зеркало и кивнул, смотрюсь на все сто, только причесаться нужно, волосы влажные во все стороны торчат. Сходив за расчёской и вернувшись к зеркалу, я расчесал волосы, уложив их в причёску, с уже длинной чёлкой. А смотрится такой стиль. У видел у кого-то, решил повторить, и вижу, что моему типу лица он очень идёт, красиво смотрится. Теперь только такую причёску буду в каждом эпизоде носить, привык уже к ней.

Достав из саквояжа «Кольт», я проверил его, и снарядил. Именно в это время и раздался стук в дверь. В щёлку они что ли смотрели, чтобы так подгадать?

- Кто? - спросил я, подходя к двери, и не открывая, вслушиваясь в ответ.

По выходу из ванны я запер дверь на щеколду, так что попасть внутрь, было сложно, если только дверь выбить. Ответили мне почти сразу, сообщив что из управления МГБ по Москве, некто капитан Глушко. Откинув щеколду, я распахнул дверь, продолжая на одном пальце крутить тяжёлый пистолет, с интересом рассматривая сразу напрягшегося мужчину, ему лет тридцать пять было, ну может чуть старше. Тот пистолет сразу у меня заметил, не мог не заметить, да и взглядом меня окинул мгновенным, профессиональным, оценивающим. Помню «смершевцы» так смотрели. Слева от капитана стояла горничная, это она мне в номере помогала освоится и погладила одежду, а справа молодой паренёк. Я на него глянул и сразу решил – стажёр. Этот нервничал больше всех, хотя старался казаться взрослым, невозмутимым и бывалом.

Возникла несколько неловкая пауза, те не знали как реагировать на меня такого красивого, а я вопросительно смотрел на них, поэтому и пришлось нарушить тишину:

- Ну вы документы-то покажите хоть какие-нибудь?

- Да, извините, - капитан достал удостоверение, паренёк суетливо повторил его движения, и я слегка наклонившись, подавшись вперёд, с прищуром изучил удостоверения.

Паренёк не стажёром был, курсантом, видимо практика у них, а капитан и верно оказался Глушко.

- Ну проходите, чего вам в коридоре стоять.

Ничуть не смущаясь и не опасаясь, я повернулся к ним спиной и прошёл в комнату бросив пистолет в открытый саквояж, после чего взял запасной магазин и стал снаряжать его патронами. Меня от этого стуком и отвлекли.

- Кхм, - прочистил горло капитан, курсант прикрыл дверь, оставив горничную в коридоре, и встал у двери прислонившись к ней спиной и скрестив руки на груди. - Я так понимаю, спрашивать кто прилетел на самолёте уже не стоит?

- Вы правы, это был я, - кинув на того взгляд полный веселья, улыбнулся я. - Вам я, как вы понимаете, ничего говорить не буду, уровень у вас, скажем так, не тот, но как посредник вы мне подходите. Я сейчас в ресторан спущусь, кто давно на родине не был, тот поймёт, что такое ностальгия и русские блюда, отрывать от этого меня не советую. В общем, я есть хочу. Борща. Вы за это время свяжитесь со своим начальством и передадите мои условия для контакта. Говорить я буду только с Берией, так как знаю его как крайне приличного человека и в верности его товарищу Сталину нисколько не сомневаюсь. К тому же он не участвует в заговоре в убийстве Сталина, его тоже ликвидируют. Думаю, этого хватит чтобы вам, пока я обедаю, выйти на связь с начальством и получить другие распоряжения. Да, телефоном пользоваться не советую, информация не та чтобы пускать её через не такую и надёжную связь. Ваш помощник за время вашего отсутствия сможет меня со стороны поохранять, чтобы ничего не случилось, если это вас успокоит.

- Что было в самолёте?

- Мешки, на ощупь с какими-то документами, два ящика и два трупа. Один в кресле штурмана, другой на полу кабины. Уходя я прикрепил листок на дверь с предупреждением, - вежливо ответил я на вопрос капитана. - Да, сразу уведомлю вас, что если американцы, узнай о том что самолёт у вас, могут и до сброса ядерного заряда довести ситуацию. Было уже такое. Я не знаю, что за груз в самолёте, но он был им особо важен, поэтому и прошу принять меры безопасности. Никто не должен знать, что это за самолёт сел под Хабаровском и откуда прилетел.

- Хм, учтём. Документов при вас, как я понимаю, нет?

- Поддельные японские, в Японии купил. Пользовался. Пригодились.

- Мне нужно их осмотреть и досмотреть ваши вещи.

- Да, пожалуйста.

Отложив всё оружие в сторону, два ножа, пистолет, револьвер, пачки патронов и одну гранату, на которую была намотана леска для растяжки, позволил капитану осмотреть мой багаж, что тот сделал очень тщательно и профессионально, покосившись на оружие. Трость я ему не демонстрировал, лишь опирался о неё двумя руками. Также он осмотрел шкаф, обстановку в номере и в ванной комнате. После этого что-то прошептал помощнику, и лично сопроводил меня вниз в зал ресторана, после чего ушёл, а курсант остался, сел в стороне, наблюдая оттуда за мной. Да, перед уходом из номера, я демонстративно убрал в карман пиджака револьвер, и постукивая наконечником трости о пол, проследовал к лестнице. Меня на втором этаже поселили.

Официантка, узнав из какого я номера, уточнила по меню, уже всё было готово, так что принесла первым борщ, со всем что я заказывал, и нарезанное копчёное сало было, так что я стал кушать борщ. Не жадно, захлёбываясь слюной, как хотелось бы, а аккуратно, культурно, в ресторане я был не один, слышались речи на разных языках, включая американский. Именно американский, с таким говором только они говорят. Везде они сволочи, и тут аппетит мне испортить гады хотят. Однако я не стал обращать внимания на это, и весь ушёл в приём пищи. После борща и картошечка с котлеткой подоспела, с пылу да жару. Ум отъешь. Вроде уже и наелся, но и их съел всё, а потом киселём запил. Хорошо-то как, только тяжело.