Эпоха Мертвых. Экспедитор. Оттенки тьмы - Александр Афанасьев

– Хорошо стреляешь. Как тебя зовут?

– Энвер, мистер. А это Фатмир.

– Имена не курдские.

– Нет, мистер, нет. Мы албанцы. УЧК.

Разговор был прерван какой-то тварью, похожей на обезьяну – она бросилась на них с лестницы, но запуталась в перилах и, получив несколько пуль, сдохла. Запах, конечно, был омерзительный… просто дышать нечем было. Стеклопакеты какие-то небьющиеся, все тут остается…

– А тут что делаете?

– Учились воевать, мистер. Курс шесть месяцев.

– Я слышал, в Бондстил учат…

– Нет, мистер, там только аэродром. Учат здесь с сербами воевать. Сербы очень плохие люди, как русские.

– А амир ваш? Он тоже албанец?

– Нет, мистер. Он важный человек. В Гуантанамо сидел…

Ну вот, собственно, и весь расклад как с носа. Этих завербовали за идеологию Великой Албании и за деньги, потому что работы нет никакой. Или наркотиками торговать, или сюда – эти, получается, самые честные, кто наркотой отказался торговать. Пушечное мясо, хотя сами об этом и не подозревают. А старший у них – матерый джихадист, отсидевший в Гуантанамо. Наверное, ЦРУ ему объяснило, что делать джихад можно и во славу США. Американцы покажут, где именно делать…

Готовили их здесь, в Великобритании, скорее всего готовили очень хорошо. Задача – заново разжечь войну на Балканах, заставить Россию вмешаться. Возможных вариантов три. Либо Македония – там агрессивное албанское меньшинство уже размножилось достаточно, чтобы рваться к власти. Либо в Боснии снова начать. Либо тупо – против Сербии, там есть спорные районы, которые к Косово не относились, но там тоже есть мусульманское меньшинство. Вот так и начинаются локальные войны. Правда, те, кто все это готовил, не учли одного – что произойдет вот такое и в Лондоне окажется готовый к бою отряд моджахедов.

– Эй, мистер. А вы правда с Украины?

– Правда, а что?

– А вы нам с братом невест можете найти?

Вопрос был столь неожиданным, что Артур опешил и чуть не пропустил очередного зомби. Фатмир прикрыл.

– Только чтобы девственница была. Ты проверь.

Артур хмыкнул:

– Проверить-то я могу. Только как она после этого девственницей останется, а?

Энвер подумал:

– Да… ну можно не девственницу. У меня пять тысяч долларов есть и у брата три – мы скопили. Говорят, на Украине жена совсем недорого стоит…

Михаил, который шел третьим, пробормотал под нос что-то нецензурное.

– Ты лучше по сторонам смотри. Пока женилку не откусили.

– Не понял, мистер.

– Проехали…

Насест. Некогда – совсем еще недавно – это называлось «видовая квартира». И стоило это – такая как минимум миллион фунтов – больше, чем в большинстве стран мира работяга может заработать за всю свою жизнь.

А теперь кто-то разом опрокинул жизнь, повернул все с ног на голову, и теперь это просто «насест». Место, откуда хорошо простреливается аэропорт…

– Давай.

Они подвинули стол, чтобы создать платформу, и Михаил выложил из рюкзака винтовку.

– Иди, заминируй вход.

Артур еще раз осмотрелся. Достал моток паракорда, закрепил, чтобы создать гибкую и в то же время надежную опору. Поставил винтовку на сошки и открыл все окна…

Стулья не подойдут. Придется на стол садиться.

Подтащил стол, попробовал. Не то.

Вспомнил – в холле. Оно! Подушки – в самый раз.

Бросил на стол, сел… атас!

Винтовку – цевьем на паракорд, приклад зажать – в самый раз будет. Снять с предохранителя и…

Стоп, какого хрена?

Он вышел на балкон – кого и чего сейчас опасаться? Вражьего снайпера, что ли?

Стул, руку на ограждение, поверх винтовку. Вот и ладушки, сектор обстрела градусов двести пятьдесят, и ничего не мешает. Автомат у ноги – на случай.

Появился Михаил.

– Сделал.

– Смотри за этими, я сам справлюсь…

Поставил прицел на минимум, включил связь.

– Аль-Абейд^[44], как принимаешь?

– Громко и четко.

– Значит, смотри. На въезде блокпост, перекрытый концертино, но брошенный. От него – безопасные сектора везде, только не влево. Мое предложение по работе – останавливаешься, на поле не идешь, начинаешь работать. Только влево не стреляй, там самолеты.

– Принимаю.

– Соблюдай дисциплину огня. Влево не стреляй, иначе лететь будет не на чем. Я прикрою и доберу остальное.

– Слушай, мы не первый день воюем, да…

А идиотами как были, так и остались.

– Аль-Абейд, тебя понял. Хочу сказать, вижу классный С130, на нем и улетишь.

– Иншалла, кяфир, иншалла. Начинаем…

Дальше писать почти что и не о чем, за исключением того, что Артур никогда в своей жизни не стрелял так много и так результативно. Отложив винтовку, он взялся за автомат, зомби не понимали, что в них стреляют с другой стороны, и не укрывались. Зачистка превратилась почти что в механическое действие – он брал поправку и стрелял, стрелял, стрелял. Винтовка – конечно, не «АК», но справилась…

Зомби на поле было полно, и они, похоже, что всех и высчитали.

У албанцев результат был примерно похожий.

Когда они спустились вниз, Дмитрий выругался матом, мешая русские и украинские слова. Ругался долго.

– Ты чего?

– Да задолбали. Страну во что превратили, даже эти чурки готовы за шлюхами к нам ехать. На весь мир прославились…

– А чо ты их-то? Ты себя ругай. Вот ты на майдане был?

Дмитрий зло посмотрел на него.

– Что, тоже майданом будешь тыкать? Ну, давай, чего там. Трави.

– Зачем?

* * *

– Вы и сами все понимаете. А ругать надо только себя. Кто виноват – вы все и виноваты. Что заслужили, то и получили.

– Хотели не этого.

– А кого ипет, что вы хотели? За все сделанное надо отвечать. Вот вы и отвечаете. Двинули… не хрен тут стоять. Иди вперед…

Артур первым не пошел – мало ли…

На летном поле то тут, то там лежали зомби, все, кто там был, старались просто не смотреть на них. Еще больше было у брошенного британской армией периметра – там они просто путались в концертино и ждали, пока их кто-то пристрелит. План Артура оправдал себя на сто процентов – потерь не было вообще. Концертино и барьеры защитили от атаки даже монстров, которых тоже несколько штук завалили. Тут место такое – не обойти, кругом вода.