Стражи Армады. Резус-фактор - Виктор Стрелков

Задыхаясь от крика, парень раскашлялся – напомнила о себе астма. Стараясь отдышаться, он с перебоями на спазмы глотал воздух, только это не очень помогло. Кашель усилился. На синюю краску стены вдруг полетели капли крови. Ещё вдох, и снова приступ. Теперь капли крови попали на чёрную ручку телефонного аппарата. Санька упёрся руками в холодную металлическую столешницу. Очередной спазм, и капли брызнули на крашеный лабораторный стол. Мохнатым чёрным пауком с дюжиной красных бусинок-глаз страх закопошился внутри Сани. Даже не от вида крови, а от перспективы задохнуться здесь и сейчас! Паучок не спеша плёл паутину паники, в которую Санька тут же попал. Не заметив за приступами кашля, что руки странным образом прилипли к металлической столешнице, парень резко повернулся на месте. С хрустом и сухим треском лабораторный стол оторвался от крепления, привинченного к стене, и, словно картонная коробка, полетел в противоположную стену. Он проломил бетон и исчез в темноте появившегося провала.

Тут же забурлил в крови адреналин, как рукой снявший спазмы, и кашель прекратился. Саня отвёл взгляд от появившейся в стене дыры и посмотрел на свои руки. Ничего вроде бы странного, только ладони начали наливаться тяжестью. Но в данный момент его больше интересовал пролом в стене, потому что точно такой же он видел раньше! И он тогда пролезал через него!

Любопытство подвело Саньку к противоположной стене. Рассматривая дыру, в которую улетел лабораторный стол, он склонился, чтобы заглянуть через это отверстие в соседнюю комнату. Но вместо неё увидел линию горизонта, очерченную багряной полосой на краю ночного небосклона. Резко выпрямившись, парень протёр глаза.

– Это что, выход? – спросил он сам себя, и тут же ответил: – Не-е-е… Тогда что? Мираж? Да не-е-е…

Снова наклонился и присмотрелся тщательнее. Простояв так с минуту, сел на корточки.

– Фигня какая-то… Другой мир? Но какой? Загробный? – Для проверки он ущипнул себя за шею. – Ау-учь! Блин, больно! Я, по ходу пьесы, пока ещё живой. Но что же это тогда?..

«…Одной уж точно не миновать», – подумал Санька и, решительно опустившись на колени, просунул голову в дыру. В нос ударил грибной запах ранней осени и дыма от костра. Возвращаться в сумасшедший подвал учёных категорически не хотелось, и парень на четвереньках пролез через пролом, встал в полный рост и огляделся. Если не считать зарева на западе небосклона и мерцания звёзд на остальной его части, то единственным источником света была дыра в стене, света которой едва хватало на то, чтобы разглядеть коридор, образованный в примятой лабораторным столом траве. И тогда Саня забрался на металлическую столешницу.

Лёгкий ветерок с каждым новым порывом приносил сладкий дым костра. Санька собрался было спрыгнуть в траву и бежать навстречу зареву, но в сознании занозой засело сомнение в том, что там находится именно костёр. И пока он думал, столешница под ним начала дрожать. Парень присел и положил на металл ладонь. Вибрация постепенно увеличивалась.

– Похоже на тяжёлую гусеничную технику… – Санька встал и попытался разглядеть источник дрожи.

Вместо этого ветер принёс гул.

– Чёрт! – огорчённо произнёс парень. – Даже здесь люди воюют. Или я просто оказался в другой части Зоны?

Он запрокинул голову и посмотрел на звёзды. Воображение сразу нарисовало на небе знакомые с детства созвездия. Покрутившись на месте, он нашёл их все, кроме одного.

– Я всё ещё в Зоне. – Саня смотрел на тёмное пятно, где должно было находиться недостающее созвездие. – Но главное, что не в подвале…

Вдруг на небе появилась яркая короткая линия. Затем ещё одна, создавшая с первой острый угол. Санька не веря своим глазам следил за необычным явлением. Постепенно на ночном небосклоне появились подсвеченные грани огромного октаэдра, парившего высоко над землей. Вокруг него мерцали едва заметные кольца. Всё это походило на модель загадочного атома.

– Офигеть… – успел произнести Санька, прежде чем его слух уловил смену гула на явный топот.

Парень обернулся и застыл от изумления. На него нёсся табун из четырёх светящихся красным светом лошадей. Гривы исполинских скакунов пылали длинными языками пламени, развевающимися на встречном ветру. От прикосновения их копыт сухая трава мигом вспыхивала. Первый скакун пролетел в нескольких метрах, но Санька сквозь шинель и комбинезон почувствовал исходящий от него жар. Второй и третий проскакали с другой стороны, уже ближе, и парень мигом вспотел. Последний жеребец практический налетел на Саню. Пышущая жаром фигура метров пять в холке, легко, словно пушинка, перепрыгнула через изумлённого паренька, и, обдав его снопом искр, летящих из гривы и хвоста, она продолжила бег. Отвлёкшись на затрещавшие от жара волосы и тлеющий рукав шинели, он не смог проследить за скачущими вдаль огненными лошадьми. Обливаясь по́том Санька сбил пламя, и только после этого он увидел, что огонь, пожирающий траву, приблизился вплотную к столу.

От жара и дыма парень стал задыхаться. Глаза заслезились, закружилась голова. Он спрыгнул вниз и спрятался под столом, прижавшись к земле. Немного отдышался и, осмотревшись, заметил, что огонь перебрался с травы на землю, загоревшуюся не хуже сухого дерева! С каждой секундой ему всё больше не хватало воздуха. Паучок страха вернулся с новой пряжей. Прикрыв рукавом шинели лицо, Санька постарался восстановить дыхание.

«Этот огонь – не те горелки, которые можно обойти. И я не чувствую воду. Использовать землю, чтобы тушить землю?.. Глупость. Остаётся воздух. Надо накрыть это место куполом и собрать весь кислород вокруг стола». Санька понял, что нашёл решение проблемы, закрыл глаза и вспомнил проводимые им когда-то опыты. Он накрывал комнатный цветок коробкой из прозрачного оргстекла и большим шприцем через резиновую трубочку откачивал воздух. Сейчас, с непривычки, воспроизвести процесс получалось не сразу. Образовавшийся вакуум долго сопротивлялся. Саня напрягался, почти теряя сознание. Воображаемый шприц в руках расплывался, но он, набрав в лёгкие обжигающий воздух, упорно тянул поршень на себя. И тот наконец поддался, выдвинувшись до упора. Санька выдохнул и без сил распластался на земле.

Постепенно парень осознал, что дышит и остаётся пока в сознании. Осторожно приоткрыв один глаз, он посмотрел перед собой. От тлеющей земли всё ещё шёл жар. Неподалеку огонь продолжал своё жадное пиршество, но уже не вокруг лабораторного стола.

– Я смог… – прошептал онемевшими губами Санька и, резко поднимаясь, со всего маха приложился затылком о железную столешницу. Потирая ушибленное место, он спокойно добавил: – У меня и это получилось…

Понимая, что собранного под столом воздуха надолго не хватит, он насытил кровь кислородом и побежал к светящемуся пролому. Ноги проваливались в прогоревшей земле, поднимая клубы пепла и снопы искр. Однако ему удалось добежать до дыры и нырнуть в неё. Ввалившись в знакомую комнату, он выдохнул. За спиной гудел огонь. Только парня это уже не волновало, а через мгновение вернулась звенящая тишина подземелья. Даже не оглядываясь назад, Санька понял, что стена вернулась в прежнее состояние.