Кремль 2222. Спартак - Константин Кривчиков

«Как бы не ляпнул чего ненужного, – подумала Марфа. – А то и сделал. Ишь, распереживался-то как за свою кралю. А краля-то? Ущипнуть не за что. Тьфу!»

К Тиму, в отличие от Алены, Марфа кое-что испытывала. И поэтому сказала:

– Ну, не знаю… Какой из нее лазутчик? Сама к мутам в плен попала. Уж не знаю…

– Добренькая ты у нас, – процедил Гермес. – Все хотят быть добренькими. А враг не дремлет. Тут каленое железо нужно, а не сопли.

Он замолчал и, наклонив голову, задумался. Принимал решение, видно. И Тим не выдержал.

– Алена правду говорит, она «лесная», – выпалил, не скрывая эмоций. – Я это точно знаю. Не надо ее пытать!

– Ну-у? Что еще за новости? – Старшина криво усмехнулся. – Учить меня вздумал, сопляк? Что ты можешь знать, если ни черта не помнишь?

– Я не помню, да. Но я знаю. – Тим решил, что надо использовать все аргументы для спасения Алены, которых у него и без того было негусто. А ситуация между тем стала критической. – Я знаю, потому что мне рассказали.

– Это кто еще??? – насторожился Гермес.

– Люди. Чур и Михась. Вернее, Черпак и Михей.

– А, может, ложка и Машка? – с издевкой спросил старшина. – У тебя что, убогий, совсем в голове заклинило?

– Не дави на него, Гермес, – вмешалась Марфа. – Ну, волнуется парень. Тимка, это и есть твоя секретная информация?

– Да, – сказал Тим. – Мне ее ваши арестанты сообщили. Которые «водяные». Они у вас срок тянули за кражу. Мы вместе в ногомяч играли.

– Теперь вспомнил этих чудиков, – сказал Гермес. – Мне сегодня докладывали о них. Небоевые потери несписочного состава, как же. Но при чем тут они?

– А при том, что они вовсе не «водяные», а только ими притворялись.

Глаза старшины мгновенно сузились:

– Чего??? Так они что, лазутчиками были?

– Нет, не лазутчиками. Они были из общины лесных людей. И знали, где находится ваш товар. Тот, который был в вашем караване. Понял, о чем я?

Лицо Гермеса застыло в неопределенной гримасе. Он явно растерялся и не смог сразу переварить услышанное. Еще бы! Ведь речь шла о товаре на сумму больше пятисот золотых монет. И не «Сеятелей», а «Победоносцев»!

Память о потере товара при невыясненных обстоятельствах до сих пор занозой сидела в душе старшины. Он знал, что группа сопровождения погибла, а ценный груз раздербанили. Но вот кто посмел это сделать? И, самое важное, где товар? Неужели этот дурковатый парень неизвестно какого роду-племени знает ответ на эти вопросы?

Да за подобную информацию озолотить мало! Хотя… «Нет, насчет озолотить я сильно погорячился, – подумал Гермес. – Золотишко, оно на дороге не валяется. Его еще заработать необходимо. Но если Тимоха не врет и ничего не путает…»

– Ты рассказывай, паря, – вкрадчиво произнес старшина. – Рассказывай. А потом видно будет, кто тут понял, а кто нет.

И Тим начал рассказывать. Не торопясь, подробно и точно, как он умел. И практически ничего не утаивая, потому что не видел в этом смысла. Ведь Гермес умен и проницателен. И если он поймает на вранье, то вся польза от чистосердечного признания обернется полной катастрофой.

В итоге Тим рассказал все, что знал.

Когда он закончил, то старшина долго сидел молча, почесывая свою щегольскую бородку. Расчесав едва ли не до пуха, начал барабанить пальцами по столу. А затем перешел к уточняющим вопросам:

– Значит, Михей говорил о большой развилке и двух высоких трубах?

– Да, – подтвердил Тим.

– Сходится. Там мы и собирались встретиться с «лесными». Хм… В «бэтээр», говоришь, были карабины, гранаты и патроны?

– Еще порох и соль.

– Хм… А вождя «лесных» зовут…

– Еремей.

– Да, это верно, – задумчиво протянул Гермес. И вдруг быстро спросил: – А зачем ты мне решил это рассказать?

– Как зачем? – Тим немного растерялся.

– За такой товар можно кучу золота выручить. Это целое богатство. А ты взял и выложил. Или хочешь свой процент получить?

– Какой процент?

– Часть от стоимости товара. За то, что наводку на него дал.

– А зачем мне процент от стоимости? – искренне удивился Тим. – Я не для этого рассказывал.

– А для чего? Выгода твоя в чем?

Тим в недоумении пару раз хлопнул ресницами. Затем спросил:

– Выгода, это когда монеты дают?

– Ну да.

– А если без монет?

Теперь уже в недоумение впал Гермес:

– Без монет?.. Да глупость это тогда, пустое дело.

– Ну тогда у меня пустое дело, – сказал Тим. – Я хочу, чтобы вы Алене поверили. И не трогали ее.

– Вот оно что, – пробормотал старшина. – Чудак-человек… Ну, предположим, тут многое сходится. Хотя подтвердить все равно некому. Померли твои свидетели.

– Хочешь сказать, я все это придумал?

Старшина внимательно посмотрел на Тима, наклонив голову. И сказал:

– Нет, тебе такого не придумать – мозгов не хватит. Слишком мудрено. Да и ни к чему тебе такая придумка, если разобраться. Как и твоей Алене. Но тут еще все проверять надо. И денег я тебе не дам – не за что пока.

– Да не надо мне денег! – воскликнул Тим. – Вы Глашу спасите. И заодно проверите, правда это или нет.

– Сдалась мне ваша Глаша… – начал старшина и замолчал.

В предложении Тима что-то было. Искать девчонку в развалинах, это уж точно пустое дело. Но вот если удастся попутно отыскать товар, тогда овчинка стоит выделки. Точнее, наоборот. Овчинки, и даже куда больше, стоил поиск товара. А девку можно было найти заодно – если она до сих пор там сидит, в этом схроне. И если им повезет.

Еще одна крепкая баба в хозяйстве, конечно, не помешает. Тем более – молодая. А если она еще и такая же ладная, как Алена, то… То просто грех не попользоваться при случае…

Гермес был охоч до женского пола в общем. И до девок, в частности. Но еще больше он был охоч до выгоды и прибыли.

– Я сам пойду ее искать, – сказал Тим. – Только дай мне меч. И этот, с пулями который… автомат.

– Ишь ты… А ты стрелять-то умеешь, автоматчик?

– Научусь. Это несложно.

– Ишь ты, – повторил Гермес.

– Не хочешь давать автомат – не надо, – сказал Тим. – Я и с мечом справлюсь. Ну и копье мне бы еще. Метательное. Или арбалет.

– Я смотрю, ты уже в поход собрался? – Старшина усмехнулся. – Ты мне еще тут нужен, герой.

– Ну тогда отправь свой отряд на поиск. Это же недалеко.

– Ага, как же! Отправлю, а там какая-нибудь засада. А? Ишь, нашли дурака.