Бес предела - Василий Головачев

– Охрана?

– Четверо снаружи и предположительно шестеро внутри.

Саблин хотел спросить: как вам удалось вычислить количество охранников? – но вовремя подумал, что бывший майор ГРУ – специалист в подобного рода делах и знает, что говорит.

– До хрена, однако!

– Для дачи мэра многовато, – согласился Волков, – для охраны спецобъекта – в самый раз.

– Значит, мы не ошиблись. У вас есть идеи?

– Предлагаю подобраться к даче поближе, определить наиболее уязвимые места и попытаться прорваться на территорию.

– Без оружия это будет проблематично, – проворчал смуглолицый Исфандияр.

– Веня будет страховать нас с БСК.

– Это что? – спросил Саблин.

– Бесшумный снайперский комплекс «Орсис», отечественный, но качественный, дальность поражения – полтора километра. Мы взяли на всякий пожарный.

– Что ещё вы взяли?

– Два ПБ, военные эшки, ножи, очки НВ.

– Переведите.

– Бесшумные пистолеты, – сказал Исфандияр спокойно; по-русски он говорил чисто, – электрошокеры военные, радиус поражения до десяти метров, ноктовизоры.

– Хочу ещё раз предупредить: мы сражаемся с людьми, в которых вселились некие… будем говорить – твари. Случись что – твари сбегут, а люди останутся и помнить ничего не будут. Стрельба исключена. Ну, почти исключена.

Волков и его спутники обменялись взглядами.

– Вам что важнее – спасти своих друзей или не допустить потерь среди врагов?

Саблин упрямо боднул лбом воздух.

– Враги они временные. Вы представляете последствия, господа офицеры? Я допускаю разные ситуации, но если мы начнём оставлять трупы, убьём ни в чём не повинных людей – из челяди мэра или охранников из ЧОПа, как мы оправдаемся перед законом? А ещё хуже – перед своей совестью? Кто нам поверит?

Волков пригладил волосы на виске, помолчал.

– Это существенно ограничивает наши возможности. Мы не боги и не можем превращаться в невидимок. Если мы не станем стрелять – те парни спокойно откроют огонь и укокошат наших парней.

– Я пойду первым.

– Дело не в том, кто пойдёт первым, а кто вторым, рискуем мы все, причём я не говорю о своей жизни, мы рискуем поднять переполох, а что эта банда потом сделает с пленниками – одному дьяволу известно.

– Я всё понимаю, – просящим тоном произнёс Саблин, – и всё же давайте попробуем обойтись без стрельбы.

– Да попытаемся, – со вздохом согласился Волков. – Всё понятно, орлы?

Спутники бывшего майора промолчали.

– Тогда начнём… – Саблин не договорил, в голове его образовался иллюзорный воздушный шарик. Шарик лопнул, и вслед за этим раздался знакомый мыслеголос Саблина-одиннадцатого:

«Привет, братишка. Новости есть?»

Саблин коснулся пальцем лба, давая понять собеседникам, что он разговаривает, хотя они могли и не понять этого.

«Нет».

«Где ты?»

«В машине с друзьями, собираемся штурмовать дачу мэра. Прохора перебортовали сюда, следовательно, наши девчонки здесь».

«Странно, что Охотники облюбовали дачу».

«Почему странно?»

«Слишком близко от Вологды».

«Они уверены в своём превосходстве, и на этот раз их много».

«А вас сколько?»

«Восемь голов, ещё две ждём с минуты на минуту. Все профи в отличие от охранников дачи, так что справимся. Что у вас?»

«У нашего Прохора есть идея – пробиться в башку вашего и затеять там партизанскую войну».

«Он с ума сошёл?! А если там его ждёт засада?»

«Я тоже об этом ему говорил, но он же упрямый как два осла! Говорит, что его никто не ждёт. Мало того, он считает, что, во-первых, сможет пролезть в «родича», во-вторых, многое узнает о самой банде».

«Каким образом?»

«Вашего Прохора взяли, чтобы он продрался в Первомир. Допустим, он и в самом деле сможет это сделать, но его тело останется в распоряжении нашего Прохора – одиннадцатого. Соображаешь?»

Саблин заметил нетерпеливое движение Волкова, не понимающего, почему он замолчал, и приложил палец к губам, выражая просьбу помолчать.

«Думаешь, это прокатит?»

«По логике вещей, эта метаморфоза может остаться незамеченной «квартирантами». В таком случае в тылу банды может оказаться наш лазутчик – сам Прохор. Едва ли его тело будут охранять, когда хозяин покинет физическую оболочку. В результате мы получаем…. То есть вы получаете шанс использовать его как своего разведчика».

Сердце сыграло самбу. Саблин внезапно поверил, что акция обмена осуществима.

«Может получиться».

«Ты хочешь… послать его… почти на верную гибель?!»

«Я хочу освободить наших девчонок и нашего Прохора. Я бы на месте вашего Прохора рискнул».

«Как это у тебя легко…»

«У меня нет выбора».

«Чёрт! Я же не смогу ничем ему помочь!»

«Почему не сможешь? Разве не ты предложил перебраться к нам и поселиться в теле одного из наших бойцов? Давай, буду рад сражаться с тобой в одной команде».

«Кандидатура есть?»

«Найдём».

«Хорошо, я провожу Прохора и переберусь к тебе, а там решим, что делать дальше».

«Жду».

Саблин уловил отзвук пустоты, когда «душа» одиннадцатого «родича» вышла из его сознания, и оглядел ждущие лица самодеятельных оперативников, без колебаний согласившихся спасти незнакомых им людей.

– Обстоятельства изменились. Я только что поговорил с «братом», их Прохор собирается взять «на абордаж» наш числомир и подселиться в голову нашего Прохора. Если трюк удастся, мы получим своего лазутчика в стане врага.

– Не понял, – сказал Исфандияр озадаченно. – Прохоров двое?

– Двое, только один живёт здесь, а другой в одиннадцатом числомире. Не заморачивайтесь, объясню всё потом. Сейчас выдвигаемся к даче и ждём сигнала.

– И всё-таки я хотел бы…

– Фан, остынь! – бросил Волков.

Смуглолицый кавказец, по-видимому, дагестанец, замолчал.

Саблин вылез из машины, но не успел сделать и шага, как наушник мобильного в ухе пропел петухом.

– Слушаю, – стукнул он ногтем по браслету.

– Добрый вечер, Данияр Тимурович, – прозвучал в наушнике голос капитана Сапрыкина. – Надеюсь, не разбудил?

– Нет, я сегодня вряд ли усну. Неужели есть новости?

– К сожалению, ничего позитивного сообщить не могу, вашу жену и её подругу мы пока не нашли. Но ищем.