Третье пришествие. Ангелы ада - Александр Щеголев

Выясняется странное и удивительное. И одновременно – гомерически смешное.

Леденец, оказывается, вообразил себя ученым. Не то чтобы Эйнштейном (настоящим или нашим), но неким «народным академиком» – от станка, от пашни, от пивного ларька. Вроде небезызвестного «профессора» Черного.

Нет, случается, конечно, что открытия, и немаловажные, делают люди, учеными степенями не отягощенные. Вообще от наук далекие. Например, надувные резиновые колеса, без которых нашу жизнь не представить, изобрел самый заурядный садовник: поливал из резинового шланга свой сад, а рядом катались на велосипедах мальчишки по мощенной камнем дороге. Стук колес, напоминавших тележные, несказанно садовника раздражал, – вот и придумал, как от него избавиться, спасибо ему большое.

Но у Леденца-то замах покруче. Он придумал – ни много ни мало – как избавить многострадальную планету от Зон. От всех. Навсегда. Тут уж благодарное человечество одной лишь Нобелевкой не отделается, полагаю…

Краткая суть идеи: новая рукотворная Зона (называемая нами Лоскутом) уничтожает на территории, что накрыла, Зону прежнюю. Или вытесняет, или подавляет, не в терминах дело. Потом, когда Лоскут «схлопывается», его бывшая территория свободна от любых аномальных проявлений – нет там Зоны никакой, ни старой, ни новой. Потом, со временем, прежняя Зона регенерирует, затягивает «прореху», причем наступление всей аномальщины идет с краев к центру Лоскута.

Это известные факты. А новаторская суть идеи вот в чем: Лоскут должен быть большим. Должен накрыть прежнюю Зону всю. Целиком. Без остатка. И когда он «схлопнется», регенерироваться той уже не удастся… Получайте зачищенную территорию, восстанавливайте, рекультивируйте… И этим способом надлежит ликвидировать все Зоны до последней.

Практический вывод из гениальной теории вот какой: человека, известного нам как Плащ, убивать категорически нельзя. Даже обижать не рекомендуется. Он, Плащ, научился либо самостоятельно создавать Лоскуты, либо как-то использовать и направлять имевший место феномен… И эти знания и умения надо от Плаща получить. Не важно как, но получить. Заплатить ему миллиарды или же пытать раскаленным железом – способ значения не имеет. Но убивать нельзя. Точка. Обсуждению не подлежит.

Хорошо все-таки быть неучем!

Ибо человек, знакомый с Общей теорией Посещения и с научными доктринами рангом поменьше, проистекающими из нее, никогда такой веселый и занимательный бред не выдумает…

А так хоть посмеяться есть над чем.

* * *

Потом, годы спустя, я буду часто вспоминать тот давний разговор с Леденцом в холле «У погибшего сталкера».

Я буду приходить вечерами с работы домой, привычно и машинально целовать Илону, плюхаться на диван против визора в ожидании ужина (готовит супруга не очень, но со временем я привыкну). И к новой работе привыкну, она не сложная, но гнусная, отравляющая душу даже не ядом – вливаемым по капле жидким дерьмом.

Тестировать охранные системы банкоматов – можно ли придумать занятие, более унизительное для бывшего Питера Пэна?

Увы, с исчезновением Зон стали исчезать и способности аномалов… Не сразу исчезают, не одномоментно, постепенно иссыхают, словно озеро в жаркой пустыне, лишившееся притока свежей воды. Моей оставшейся мутной лужицы хватает на тестирование поганых банкоматов, не более того.

Я буду плюхаться на диван, тянуться к пульту – представьте, даже визор не включить без него! – поначалу этот факт безумно раздражал и унижал, но со временем привыкаешь ко всему.

Выбрать канал для просмотра нелегко. Всюду Зоны, Зоны, Зоны… В смысле, бывшие Зоны. То, что теперь вместо Зон.

В новостях – сводки с переднего края битвы за рекультивацию и реконструкцию. В серьезных аналитических программах высоколобые в тысячный раз пережевывают жвачку на тему «Что ЭТО, собственно, было?». В ток-шоу муссируют тот же вопрос, но в варианте-лайт, для публики, лишними извилинами не отягощенной, зато жаждущей сенсаций из рассекреченных архивов.

В игровом кино и сериалах – засилье сталкеров. Они геройствуют в сталкерских боевиках, влюбляются и страдают в сталкерских мелодрамах, феерично юморят в сталкерских комедиях, проваливаются в прошлое в сталкерских… забыл, как именуют этот дебильный поджанр, не важно… И спасают, спасают, спасают, спасают мир. От всех и от всего.

Всерьез воспринимать эти поделки невозможно. Ни слова правды. И ни кадра… Иногда хочется пойти на студию консультантом, но… Оставшихся без заработка бывших сталкеров много, теплых мест в кино- и ТВ-бизнесе мало, и счастливцы, их заполучившие, загрызут чужака, но к кормушке не подпустят.

Смотреть нечего… Лишь шоу «Блюм Систерс» достойно внимания. Под таким псевдонимом выступают теперь близняшки, они с детства мечтали стать фокусницами, иллюзионистками, радовать чудесами рукоплещущую публику… Мечта сбылась, хотя, конечно, и в их «чудесах» все большую и большую роль играет искусно замаскированная аппаратура…

Не найдя «Сестричек Блюм», я буду выключать визор и пялиться пустым взглядом в пустой экран.

Тошно…

Я буду сидеть и с тоской вспоминать те времена, когда Зоны были Зонами, а Петр Панов – Питером Пэном.

Смертельные опасности, безмерная усталость, гибель друзей и даже родных… Кто бы поверил, что о тех временах можно будет вспоминать с ностальгическим сожалением? Можно, еще как можно…

Еще я буду вспоминать – чаще, чем все прочее, – давний разговор с Леденцом в холле отеля «У погибшего сталкера». Буду жалеть, горько жалеть, что сразу, после первых же фраз, не пристрелил поганца и не сжег его проклятый блокнот…

* * *

Такая вот антиутопия пронеслась стремительной вереницей картинок в моем мозгу, когда я решил в порядке бреда представить: что будет, если идиотская затея Леденца сработает?

Но с идиотом-затейником делиться своими размышлениями не стал. Вместо того очень мягко, как и надлежит общаться с психопатами, поинтересовался: стоит ли прыгать через ступени служебной лестницы? Не правильнее ли выйти со своими идеями на непосредственное начальство, то есть на Эйнштейна?

– Был я у него… – понуро сообщил Леденец. – Докладывал свои соображения…

– И?..

– Посмеялся, отделался фирменными дебильными шуточками… Ну, ты их знаешь…

Знаю, знаю… В нарисовавшейся в моем мозгу картине грядущего дивного мира Илье Эбенштейну тоже бы нашлось достойное местечко: ведущий юмористического шоу на третьеразрядном канале…

– Если и у тебя настрой такой же, отдай-ка лучше блокнот мне обратно.

– Не пропадет твой блокнот и в бумагорезку не угодит, – пообещал я. – Будет использован по назначению.

Не соврал, однако назначение у бумаги бывает разным, правда? Поди знай, как жизнь повернется: туалетная ли бумага неожиданно закончится или растопка для костра потребуется…

– Одного не понимаю, – сказал я по-прежнему мягко и дружески, – ты-то с чего всеми этими проблемами озаботился? Ты же вроде на тропический остров собрался, от всех Зон подальше, а?