Поколение победителей - Павел Дмитриев

Записка

Председателя КГБ В. Е. Семичастного

и Генерального прокурора СССР P. A. Руденко

в ЦК КПСС от 25 января 1966 г.

Секретно. ЦК КПСС

В последние годы органы госбезопасности усилили профилактическую работу по предупреждению и пресечению особо опасных государственных преступлений, их количество из года в год неуклонно сокращается. В процессе этой работы органам власти приходится сталкиваться с проявлениями, которые представляют значительную общественную опасность, однако не являются наказуемыми по действующему уголовному закону.

К таким проявлениям относятся в первую очередь изготовление и распространение без цели подрыва или ослабления Советской власти листовок и других письменных документов с клеветническими измышлениями, порочащими советский государственный и общественный строй…

…На практике эти действия квалифицируются или как антисоветская агитация и пропаганда, или как хулиганство, хотя для такой квалификации в большинстве случаев отсутствуют достаточные основания. По нашему мнению, перечисленные антиобщественные действия не могут оставаться безнаказанными, однако их целесообразно рассматривать не как особо опасные государственные преступления, а как преступления, направленные против порядка управления и общественной безопасности.

В целях дальнейшего укрепления законности и правопорядка Комитет госбезопасности и Прокуратура СССР считают необходимым рекомендовать Президиумам Верховных Советов союзных республик внести в уголовный закон дополнения, предусматривающие ответственность за общественно опасные действия, указанные в настоящей записке»[176].

План по запугиванию интеллигенции провалился с треском. Есть же поговорка – «на миру и смерть красна», а тут всего-то пять лет. Не так и много за «минуту славы». После Синявского и Даниэля антисоветские выпады и просто всякие явления авангардной культуры буквально повалили валом. Никому в ЦК это, понятное дело, не нравилось.

Идеологическую близорукость и недостаточную гибкость Суслова при реализации установок партии припоминали до самого XXIII съезда. Пусть лишь в кулуарах, между своими… Но вполне обоснованно считалось, что арест сделал весьма посредственных и практически никому не известных тружеников пера звездами первой величины на политическом небосклоне столицы. Особенно пришлись ко двору злая шутка Шелепина о «диссидентском продюсере» и высказывание: «Сталин был умнее».

Был отмечен и еще один «грех» бывшего завотделом ЦК КПСС по связям с зарубежными коммунистическими партиями, который стал особенно заметен после прихода к власти в Китае Мао Цзэдуна и настроенного откровенно агрессивно к СССР Линь Бяо. Дело в том, что именно Суслов последнее время редактировал все письма ЦК КПСС к КПК. И делал бы это дальше, если бы не вежливый намек из Поднебесной, что в уборной Великого кормчего и без того хватает бумаги.

На этом фоне Президиуму показалось нецелесообразным выдвигать Михаила Ивановича председательствовать на съезде. Тут как нельзя кстати пришелся принятый на сентябрьском Пленуме в члены Президиума Петр Демичев, председатель идеологической комиссии ЦК КПСС. В мягкой форме это было намеком на нового «второго» секретаря ЦК[177].

Позже происшедшее сильно сказалось на ходе съезда. Влияние Суслова на основное мероприятие партийной жизни оказалось незначительным. Соответственно, выборы членов ЦК прошли несколько не так, как планировал ранее опытный аппаратчик.

Что делать с экономическими реформами? Эта мысль не давала покоя Косыгину уже почти месяц. Будь неладен гость из будущего, все планы вывернул наизнанку. И ведь как был прав, шельмец, когда рассказывал о провале преобразований из-за противодействия Брежнева. Вот оно, очередное доказательство, прямо перед глазами.

Уже второй раз Леонид Ильич направил членам Президиума записки с просьбой внести изменения в доклад мартовского Пленума ЦК КПСС тысяча девятьсот шестьдесят пятого года[178]. Это после того, как Дима Полянский[179]едва ли не чудом отстоял возможность опубликовать его в «Правде». Уже полностью убрали термины «прибыль», «кредит». Что же там останется от первоначального смысла? Удивительно, как реформы вообще могли начаться при таком явном саботаже.

Да, в сельском хозяйстве огромная дыра. Вместо семидесятипроцентного увеличения производства сельскохозяйственной продукции, намеченного семилетним планом, ее производство выросло лишь на четырнадцать процентов. По два процента в год!!! Стыдно? Но сколько можно прятаться от своего же народа? Ведь даже при авантюристе Хрущеве публиковались все стенограммы Пленумов по аграрному вопросу. И мартовский по инерции выпустили, но уже тиражом в шесть раз меньше обычного. Все равно пошли паскудные разговоры, зря, нужно было материалы изымать и вешать гриф секретности[180].

Ведь какой мощный комплекс документов был принят, более двух десятков постановлений! И работа по ним уже велась, потому что «комиссия Полянского» умудрилась все вопросы между Совмином и ЦК согласовать заранее. Так что сам Пленум, по сути, был формальностью, лишь визирующей результаты колоссального труда.

Косыгин быстро выписал на листочек основные тезисы, за которые шла борьба полгода назад:

1. Порядок планирования, по сути, в деньгах. А именно, рассчитанные на пятилетку закупки продукции по стабильным ценам. Да любой фермер США будет молиться на такие условия! Тем более что цены существенно повышены на некоторые культуры в полтора-два раза.

2. Уменьшена ставка подоходного налога на крестьян. Взиматься она будет не с валового, а с «прибыли», тьфу, с чистого дохода колхоза. Более того, изменена форма оплаты труда, вместо трудодня вводятся прямые денежные расценки. Заодно и с надоевшим всем руководителям натуральным хозяйством покончим.

3. Снижение цен на запчасти и технику, усиленное оснащение села машинами и механизмами. Вот тут как раз должно быть слово «кредит»… Но в Советском Союзе таких терминов нет. Как и самой сути кредитов, которые, по идее, можно было вообще никогда не отдавать без особых последствий для предприятия.

4. Снятие ограничений в развитии личного подсобного хозяйства. Плохая мера, вредная для крупного товарного хозяйства. Но это хоть как-то заткнет зияющую дыру в продовольственной проблеме. И на случай большой войны подстрахует. Вот только в США смеяться начали: «СССР прежде всего должен накормить своих крестьян». Ну и черт с ними, буржуями!