Владыка. Новая жизнь - Андрей Ткачев

– Ну, как ты? – участливо спросил я, когда спустя пять минут Эру раскрыла глаза.

– Чувствую слабость, – тихо сказала девушка. Окинув взором горевший дом, она потрясенно охнула. – Неужели это я?

– Да. В тебе скрываются невероятные силы. Осталось только научиться их контролировать. И я тебе помогу в этом.

Эру неосознанно схватила меня за руку и сжала её, всё так же во все глаза следя за огнем, который отражался в ее глазах и душе.

* * *

Спустя десять минут мы добрались до остановившихся на опушке гвардейцев. Я к тому времени переоделся в чистую одежду и не напоминал ожившего мертвеца.

Меня никто ни о чем не расспрашивал, и я был благодарен своим людям за это. Да и расспрашивать было бессмысленно, все и так знали, какую участь нам готовил Ромул дель Хол. А то, что я совершил самосуд – так мне и отвечать за эти действия перед императором. Увы, поддавшись эмоциям, я ничего не разузнал про остальных заговорщиков, но уже поздно об этом сожалеть.

Вот в таком настроении мы прибыли на новообразованную границу.

Шиер де Аренс решил остановить свой легион в сотне километров от линии соприкосновения. Отсюда можно было с помощью артефактов наблюдать за деятельностью захватчиков и, если вдруг они выдвинутся к нам на сближение, успеть подготовиться к отражению атаки. Я вовсе не хотел, чтобы воины гибли понапрасну, и одобрил его план. Хотя, как мне кажется, он и без моего одобрения сделал бы так же. К сожалению, завоевать уважение этого бравого офицера мне пока не удалось, и это сильно осложняло отношения между нами.

Понаблюдать мне за противником не дал Гирон, который после всего случившегося был уверен, что я притягиваю к себе неприятности, и моя вылазка вполне может закончится боевым столкновением с врагом. Прямо мама-наседка какая-то, а не глава отряда гвардейцев. Его беспокойство, конечно, понятно, но мне и правда было интересно посмотреть, насколько хорошо успели закрепиться захватчики, чтобы потом составить план действий.

Пришлось подчиниться, и мы на несколько дней задержались в обустраиваем лагере. Конечно, скрыть такое количество людей так близко к границе было невозможно, но и наш противник не делал никаких действий. Разведчики говорили, что за нами пристально наблюдают, но дальше границ контролируемых земель они не выходят.

Вечером к лагерю прискакал гонец, которого де Аренс отправил к ближайшему пограничному городу. Как оказалось, он отправил нескольких бойцов с одной и той же задачей – узнать, что сейчас происходит на границе. Пока это был первый из вернувшихся, но вполне можно было ожидать в скором времени остальных.

Рассказанные новости не вызывали радости. По всему фронту шли сражения, и хуже того – противник привлек на свою сторону чернокнижников.

В этом мире магов было достаточно много, но были направления магии, опасные для чародея не столько своей разрушительностью, сколько тем, что они изменяют сознание. Как и в моём мире, темные искусства без должного умения контролировать себя ведут к падению человека как личности и пробуждению в нем темных и скрытых от него сторон. Поддавшись такому, маг перестает быть прежним и становится чудовищем.

Именно таких чудовищ привлекли на войну, где их возможности раскрывались в полную меру, и в местах, где было много боли и смертей, такие маги становились только сильнее.

Теперь становилось понятно, почему захватчиков до сих пор не выбили с земель империи. Чтобы остановить чернокнижника, судя по сведениям, дошедшим до меня, требовалось участие минимум звезды магов, а это пять человек, которые вполне по своей мощи сравнимы с целым легионом. Вот и получается, что император просто не может выделить достаточно сил, чтобы перекрыть все направления. Удивительно, что в такой ситуации прорыв был только здесь. Но очевидно, вскоре вражеский альянс сможет прорваться ещё в нескольких местах.

Охватившее беспокойство о родителях пришлось поспешно отбросить. Еще мне не хватало отвлекаться на эти переживания, когда сам так близок к фронту. Да и папа с мамой себя в обиду не дадут, и им вполне по силам если и не справиться с чернокнижником, то хотя бы сбежать.

Когда все удалились по второму кругу расспрашивать гонца, мне на амулет связи пришло сообщение от одного из командиров наемников. Я выдал такие каждому из них, чтобы была возможность мгновенного общения – иначе пришлось бы каждый раз собираться, чтобы обсудить дальнейшие действия и изменения в планах.

Вчитываясь в сообщения, я поражался скорости, с которой наемники успели обследовать окрестности и даже найти несколько уязвимостей в защитном периметре противника. Правда, лезть дальше они не стали, так как это не было оплачено, что даже в переданном тексте было выражено с некоторой долей ехидства. Что поделать, наемники всегда строго чтили договор, и если какие-то нюансы не были учтены, то они с радостью этим пользовались.

Несмотря на это, даже то, что они успели сделать, сэкономило мне уйму времени. Осталось лишь получить информацию, где конкретно можно прорвать периметр, а это возможно только с гонцом, который привезет карту со всеми пометками.

Пришлось прождать четыре дня, пока не была составлена полная карта уязвимостей защитного периметра захватчиков. Как я и думал, альянс просто не успел за это время подтянуть достаточно войск, чтобы успешно контролировать всю территорию.

Захваченная местность была полна мелких речек и холмов, что усложняло построение единого защитного ограждения. Ещё одним неприятным нюансом для противника стало то, что местное население не собиралось добровольно сдаваться и сопротивлялось, как могло, портя жизнь воинам. Долго такое продолжаться не может, и их всех вскоре переловят, а с учетом появления чернокнижников участь пленных будет ужасна.

Сейчас, когда на меня время от времени нахлынывали воспоминания о той жизни, я четко осознавал, что допустить распространение этой заразы под названием «чернокнижники» никак нельзя. Все войны между темными и светлыми расами происходили чаще всего как раз из-за этих магов. И пускай светлые бахвалились своей добротой и сдержанностью в эмоциях, но самые жестокие чернокнижники выходили как раз из них. Тем страшнее они были, что могли годами скрывать свою причастность к этому.

В то же время я невольно осознавал, как глупо было проводить ритуал, что привел меня в этот мир. Я по сути бросил всех, кто мне верил и кто нуждался во мне, ради своих эгоистичных целей. Удивительно, как мои ученики не воспротивились такому моему решению.

Ритуал не только сделал меня младенцем и подарил счастье иметь семью, но и в каком-то роде отобрал мои воспоминания. Хотя тут вернее будет сказать, что я их до недавнего времени не воспринимал с эмоциональной стороны, из-за чего они были лишены красок личных переживаний.

Скорее всего в том, что я снова стал воспринимать свои воспоминания «правильно», виновато было то, что я достиг возраста, когда человек уже считается вполне сформированным как личность. А спусковым крючком послужили действия дель Хола, которые напомнили мне малоприятные вещи из моего прошлого.