Русская зима - Алексей Изверин

Не известно, что творилось тут во время войны. Наверное, это была большая дорожная пробка, когда люди побежали из города прятаться по лесам. А потом что-то или кто-то очистил дорогу, прогнал тут тяжелый танк со щитом-отвалом, сбрасывая древние машины на обочину. Проехался пару раз по дороге, да и забыл про нее, проложил новую, километров на десять южнее.

Снег прекратился так же неожиданно, как и начался, но небо не очистилось, серые облака клубились еще больше.

Ленка и Лешка ощущались рядом. Внутренняя связь как-то странно сработала, показала нам наличие таких же, как и мы. Словно плечо друга рядом. Или еще что-то, что ты сознанием не понимаешь, но понимаешь на уровне инстинктов. Как чайник, который стоял-стоял, грел воду, и теперь ты знаешь, что он горячий, для этого не надо опускать в него ладонь.

Сначала я шел как на прогулке, но чем ближе к городу, тем меня больше начинало грызть беспокойство.

Тут уже до города-то близковато. Всего километров сто-сто двадцать получается, если я верно сориентировался. Могут и стрельнуть… Добротная снайперка, снайперская винтовка типа Тас-50 или, еще лучше, В-54, может мне так врезать, что мало не покажется. В-54 может меня и прикончить, наверное. Если попадет правильно.

Tac-50 Калибр 12.7 патрон 12.7х99

Прицельная дальность 2200 метров.

Скорострельность

Магазин 5 патронов.

Ух ты что это такое?

В-54 другое название ОСВ-96

ОСВ -96 Калибр 12.7 патрон 12.7х108

Прицельная дальность 1600 метров.

Скорострельность

Магазин 5 патронов.

Вот это да. Оказывается, у меня есть целая база данных по оружию… Здорово, однако.

Но это не отменяет опасности винтовок или пулеметов. Засада с крупнокалиберной снайперкой издавна было одним из любимых развлечений мутантов.

Я поделился своими соображениям с Лешкой и Ленкой.

Те согласились, и дальше мы уже шли осторожнее. Я с дороги сошел, пошел рядом, непрерывно сканируя местность и стараясь выделить наиболее удобные для снайперов места.

Шел медленно, особо не прятался. Все равно тут прятаться негде, за холмом не подкрадешься, а все места для подкрадывания снайпером, если он не полный идиот, изучаются загодя.

Местность часто сканировал, попеременно сам и через маску шлема, но ничего интересного пока что не обнаруживал. Даже все животные куда-то попрятались. В тепловом зрении ничего не видно, кроме каких-то крыс, не человекоподобных, а настоящих крыс, реликтовых, можно сказать. Да и холодновато…

Хорошо хоть, что вся влага, которая тут была, давно смерзлась. Вот только снег…

Обернувшись, я выругался. Позади, за мной, тянулись цепочкой округлые ребристые следы подошв, ясно выдававшие все мои эволюции.

Вот те и раз. Как не прячься, а все равно все видно будет.

Дальше для перемещения я выбрал места поближе к дороге. Снега тут почти нет, только смерзшаяся грязь, а по ней идти легче в плане того, что следы не такие заметные, как по полю.

Потом еще немного подумал и сошел чуть дальше на обочину — туда, где меня хоть немного маскировала поросль и обломки старинной техники. Ветки, кусты, каменистая почва, и снежка тоже нет, а значит, и следов от меня хороших не останется, а мутантов я обнаружу по тепловому излучению. В каком бы месте он не спрятался, какое бы удобное для снайпера место не нашел.

А таких мест было сколько угодно, вокруг лишь низкие холмы и голая степь. На каждом таком холме может сесть мутант со снайперской винтовкой или с биноклем. Вот к примеру, сидит вон на том холмике мутант с винтовкой, и решает, куда же мне пулю послать — в голову или в сердце?

До того самого холмика было метров триста. Для умелого стрелка с хорошим оружием дистанция вполне реальная. Для моих систем обнаружения самый край, где еще что-то видно. Для маски примерно половинная дистанция уверенного обнаружения и опознания. АСВ уверенно бьет эту дистанцию.

У меня больше времени снять жопика прежде, чем он меня заметит.

Но все равно, помня про хороший огнестрел, который у мутантов попадается, идем вперед медленно, осторожно, шаримся по обочинам и окрестным холмам, а не премся посреди дороги.

По уму, надо бы сейчас красться с другой стороны города, или вообще откуда-нибудь сбоку, да вот сможем ли мы разведать все, что мутанты расположат на этой дороге? Да и времени почти нету, нельзя дать им закрепиться.

Тамара потеряла интерес к докладам, спихнула их на кого-то другого. Веселый такой голос, мужской, молодой еще совершенно. Может даже чуть меня младше.

Как-то незаметно кончились бывшие городские окраины, и пошли поселки. Дорога просела в грунт, остатки техники на ней все еще встречались.

К вечеру так ничего и не случилось, и мы, соединившись, вышли к сохранившимся остаткам деревни. Старой деревни, конечно же довоенной. Огрызки домов, каменных и даже вроде бы пластиковых, тонули в почве и редком снегу, упрямо торчала округлая башня, оканчивающаяся большим цилиндрическим баком.

Вроде бы, она называется «водонапорная», если я ничего не путаю. Были такие раньше, да и по тиви что-то говорили совершенно недавно. Это еще когда капиллярных труб не было, воду поднимали насосами повыше, а оттуда она по закону сообщающихся сосудов текла в краны жителей.

«Обследуем башню. Ночуем в ней. Утром дальше двигаемся».

Подобрались скрытно. Осторожно заглянули в дверь, осмотрели все вокруг через маски. Но никого не было, тихо и мирно.

Лешка полез внутрь, наверх.

Ленка просканировала башню, и выдала нам картинку.

Ножка, вверху пустоты. Металла почти что нету, когда-то растащили. Вдоль бака идут в два этажа кольцевые коридоры, разделенные дверьми. По ножке идет лестница, в центре ножки трубы, какие-то механизмы на крыше. Наверное, насосы, которыми когда-то воду туда поднимали.

«Тут чисто. Пол сохранился. Поглядите-ка. Что тут есть хорошего».

По расшатанной лесенке мы зашли внутрь.

Башня внутри хорошо сохранилась. Здоровенное помещение по кругу, в центре шли тронутые ржой металлические трубы и бок бака. То есть, это раньше они были тронуты ржой, а сейчас уже вовсю отчищены, отскребаны до блеска и покрыты свежим граффити.

Мы втроем включили нашлемные фонари, чтобы видеть все в нормальном зрении.

А ничего так картинки, только вот оставляли их какие-то озабоченные. Одни сиськи, письки, телки и члены. В одном месте на стене шел длинный список всех, кто тут побывал. Попеременно мальчики и девочки, имена-фамилии.

— Интересно, мама с папой знают? — Лешкин голос трубно прозвучал среди окружающего нас пейзажа. Луч его фонаря сгустился, и уперся вверх, в потолок. — Я наверх схожу, может, там получше.