Леди Сирин Энского уезда - Татьяна Коростышевская

Официант кланялся мне чуть не в пояс, ошарашенный размером чаевых. Правда, роль наличности исполняла щедро присыпанная гламором осенняя листва, наскоро собранная Паком в ближайшем сквере. Через пару часов действие чар закончится, и… Мне стало немножко стыдно, и я пообещала себе вернуться в этот бар завтра и расплатиться с парнем уже по-настоящему. А вообще, возможно быстро продать пару-тройку драгоценных камней?

— Ну что, в клуб? — Пак устроился на моем плече и мурчал, как сытый кот.

— В таком виде? Ты шутишь? Сначала я приведу себя в порядок.

— Ура! Обожаю наблюдать, как курочки чистят свои перья.

— Еще один гнусный намек на мою вторую ипостась, и я оставлю тебя без сладкого.

— Пожизненно? — испугался пакостник.

— Почти… — выдержала я мхатовскую паузу. — На месяц.

— Я столько не проживу, — пробормотал зеленый. — А тебе потом будет стыдно, что погиб я во цвете лет от твоей черствости и мстительного нрава.

— И раскаяние, настигшее меня, будет столь глубоким… — Пафосную тираду я не закончила. — Ты чувствуешь Ларса?

Пак пожал плечами.

— Слегка. Направление — северо-запад. Но он точно в городе.

— Тогда разыщи его побыстрее.

— Передать, что леди Третьего Дома хочет его видеть?

— Нет, потом отведешь меня к нему.

— А как я найду тебя?

— Сердце подскажет, — улыбнулась я одними губами.

Я отобрала у Пака вилку и слегка уколола острым зубцом подушечку указательного пальца. Кровосос слизнул появившуюся капельку и скривился.

— Раньше у тебя в венах тек нектар, а теперь… Фу! Посвящение в вещую птицу что-то изменило в твоем организме.

— Я знаю. Более того, мне теперь неуютно здесь. Голова кружится, слабость какая-то. Видимо, придется выписывать из Фейриленда костюм из кожи гидры или татуировщика для накладывания защитных рун.

— Но ты все равно хочешь здесь остаться?

Я в который раз пожала плечами:

— Это мой дом.

— А разыскать свой настоящий дом ты не планируешь? Господин Зимы говорил, что он назывался Ирий, так же, как клуб Ларса.

— Нет, — скупо ответила я. — Хватит, Пак, отправляйся выполнять поручение. Пока я не растеряла свою решимость.

Он приложил руку к тирольской шляпе, отдав честь, и стартовал на поиски.

Офис моей бывшей работы был буквально в двух шагах. Я поднялась по ступеням и толкнула застекленную дверь.

— Даша! Какими судьбами?

Аллочка восседала за моим письменным столом с видом королевы в изгнании.

— Проездом.

— Вы пропали на три месяца. Мы вас уже уволили по статье. И директор предприятия возложил функции…

— Можно воспользоваться телефоном? — перебила я ее. Чужой карьерный рост меня волновал мало.

— Вы, наверное, за деньгами пришли?

— И за этим тоже. — Я схватила трубку, свободной рукой принимая пухлый конверт с выходным пособием. Наличные пришлись как нельзя более кстати, платить за парикмахерские услуги фальшивыми фейскими деньгами не хотелось. — Здравствуйте. Салон «Фея»? Лена сегодня работает?

В парикмахерскую меня отвез Сергей. Так сказать, по старой памяти. Одноклассник за время нашей разлуки возмужал. Видимо, Шитов относился к тому типу мужчин, которые взрослеют поздно, но быстро. Детство, затянувшийся пубертат, — и вот передо мной умудренный жизнью мужичок, с хозяйственной хитринкой во взгляде и едва заметными серебристыми ниточками в каштановых волосах. Или это роман с ведьмой так на неокрепший организм повлиял?

— С Лизой все хорошо? Как она поживает?

— Как-то она, конечно, поживает, — неопределенно ответил Шитов. — Я давно с ней не общался.

— Она тебя бросила? — Я заранее обиделась за одноклассника.

— Нет, я сам сбежал. Все эти колдовские штучки не по мне, — покраснев, ответил Сережа. — Поначалу заводило жутко, а потом просто устал. У нее же вся жизнь на пределе.

— Угу.

— Иногда чего-то спокойного хочется, близкого, родного, — продолжал Сережа, ободренный моим возгласом. — Хочется, чтоб дома борщ горячий на плите ждал, а не отвар из лягушачьих ушек для увеличения потенции.

— Да что ты говоришь! — всплеснула я руками. — У жаб есть уши?

— Ты, Кузнецова, циничная стала, — протянул одноклассник. — Без разницы, из чего отвар, главное, что он вонючий и несытный. А побочные эффекты от него…

Мы синхронно вздохнули. Судя по салатному оттенку Сережиного лица, воспоминания удовольствия ему не доставляли.

— Ну так что? Надумала к нам возвращаться? Директор тебя обратно примет.

— Нет, — покачала я головой. — Мне теперь нужно такую работу найти, чтобы разговаривать поменьше.

— Голосовые связки застудила?

— Что-то вроде того.

Салон красоты «Фея» размещался на первом этаже обычной панельной пятиэтажки. На кованых перильцах крыльца сидела мастерица Леночка, покуривая и задумчиво глядя вдаль. Я внутренне поморщилась. С некоторого времени табачный дым стал меня раздражать.

— Ну, пока, — кивнула я Сергею, выходя из машины. — Соберешься в гости — предупреди, к твоему приходу борщ приготовлю.

— Заметано. Может, тебя подождать?

— Не надо.

Я не знала, сколько времени займет запланированное чудесное преображение. Серебристая «девятка» подмигнула фарами на прощанье. Леночка отбросила окурок и устремилась ко мне.

— Так, Кузнецова, колись давай, на каком курорте загорала и чем вас там кормили?

— Да ничем особенным, — поднялась я по ступенькам. — Привет!

Леночка звонко чмокнула воздух у моей щеки и еще раз внимательно меня оглядела.

— Та-а-ак! Минус «надцать» кило, новый цвет волос, линзы и очень много фитнеса. Ноги ты себе прокачала — будь здоров!

Я проследила за взглядом мастерицы. Ноги как ноги. Да, штаны пришлось перетягивать ремнем, потому как спадали, но упражнений никаких специальных для стройности я не делала.

— Я и Жанке уже позвонила, она сейчас с уроков сбежит и к нам присоединится, — щебетала Леночка, заталкивая меня в помещение салона. — Знаешь, как мы за тебя переживали? Даже подругами на нервной почве стали.

— Ну да. Общее горе, оно сближает, — криво улыбнулась я, усаживаясь в кресло. — Ты мне челку как-нибудь подровняй…

Лена потянулась к ножницам, задумчиво перебирая свободной рукой мои волосы.

— К черту, — вдруг решительно проговорила она. — Я не знаю, каким образом ты себе за три месяца на голове гриву вырастила, и, пожалуй, за секрет этот убить готова, но портить такую красоту я не позволю! Челку ей подровняй! Курица!