Охранитель. Шаг к цели - Константин Назимов

– Николай Сергеевич, инициатором выступил Иван Макарович, ему и карты в руки, – хмыкнул Портейг и с интересом на меня посмотрел.

– Гм, – кашлянул я в кулак, – да, действительно, Семен Иванович абсолютно прав, у меня к вам несколько предложений. Одно из них касается работы в нашей больнице, а возможно, и сообществе. Второе – попытка излечения от вашего заболевания.

– Вашим инновационным методом? – уточнил Николай. – Введением лекарства в мышцу чуть ниже спины? Но, насколько слышал, от туберкулеза данное лекарство не помогает.

– Иван Макарович! – предупреждающе поднял руку профессор. – Мне лестно, что вы мне доверяете, но испытания не проводились! Экспериментировать на живых людях – безответственно! Да и у нас нет патента и никаких документов на данное лекарственное средство. Я категорически против! Если повезло с первым лекарством, но там вы мне все объяснили и принцип был понятен, то…

– А давайте это решит больной, да еще врач, понимающий все последствия, – перебил я Портейга. – Правда, остается один нюанс, – взял я паузу, не закончив фразы.

– Какой же нюанс? – ожидаемо спросил Коротков. – Стоимость этого самого лекарства, наверное. Увы, господа, не могу себе позволить тратить большие средства, работаю чуть ли не на общественных началах. Платят мне копейки, и за душой сбережений не имею.

– Нет, что вы! – махнул я рукой, про себя улыбнувшись (повелся хирург и изобретатель!). – Необходимо за вами присматривать и наблюдать, как лекарство действовать станет.

– Ага, иными словами, вы хотите провести эксперимент, – догадался Коротков.

– Совершенно верно! – подтвердил я. – Но чтобы не терять времени даром, предлагаю работу в нашей больнице. Лабораторные мощности у нас небольшие пока, но Семен Иванович с вами ими любезно поделится. Не так ли, профессор?

– Гм, – потер переносицу Портейг и нахмурился, но почти сразу продолжил: – Поделюсь, куда же мне деваться, да и вдвоем иногда полезнее работать. Хотя мне очень жаль, Иван Макарович, что у вас времени не остается на изыскания. Помнится, вы обещали…

– Профессор, ей-богу, – приложил я руки к груди, – нет времени. Да и вам ли не знать о моем напряженном графике! Пора уже на переговоры с Келером идти, о покупке фабрики говорить, а никак не соберусь. Да, кстати, а где наша Сима? Она расчеты должна была сделать и распорядок дня в больнице, – вспомнил я, наблюдая за Коротковым, который прислушивался к нашему разговору.

– Иван, она все уже сделала, в том числе и тебе показала, что-то ты одобрил, а что-то перечеркал и свои предложения внес. Естественно, их мы утвердили! – покачал головой профессор, а потом встал на защиту нашей распорядительницы и бухгалтерши: – Но рассчитать и учесть, как и какими способами окупить фабрику, в том числе и через сколько мы сможем погасить заем, – сложно, тут не меньше недели требуется.

– Можно подумать, что у нас есть другой выход, – буркнул я, мысленно загибая пальцы, кого сегодня придется навестить.

К сожалению, Катька никак в данный план не вписывается, не остается времени. А еще стоило бы проведать ротмистра и полковника. Я даже головой тряхнул, а потом на самого себя разозлился! Стараюсь объять необъятное, лучше действовать постепенно и вдумчиво, так больше пользы будет. Правда, не слишком-то на это способен. Того же Короткова хочется заполучить и довести до ума его аппарат, а еще стоит отыскать пяток выдающихся людей в медицине, чтобы их в команду объединить. Кстати, стоит и германскому послу визит нанести, про Рентгена переговорить. Пока не объявила Германия войну России, стоит попытаться ученого соблазнить и перевезти, боюсь, правда, что не успею. Однако тут уже от меня мало что зависит на текущий момент, без денег ничего обещать не могу, придется ждать.

– Господа, так что за лекарство-то? – поинтересовался Коротков.

– Могу выкладки и динамику в микроскоп показать, – мгновенно предложил Портейг.

– Любопытно бы взглянуть, хотя у меня и не эта специализация, но понять сумею, что к чему, – встал с кресла Николай Сергеевич.

– А по результатам и решение примете, – продолжил я ход его мыслей.

– Иван Макарович, вы очень проницательный человек, – согласился со мной хирург.

– Хорошо, идите и осмотрите вотчину профессора, я вас тут подожду, – резюмировал я, а сам увидел входящую в дверь Симу и пожалел о сказанном.

Чертов порошок от давления вновь свои свойства стал резко проявлять, – одно радует: сидя за столом, мое состояние могу скрыть. А ведь мне еще с визитом Марию посетить после обеда нужно. Этак там точно опозорюсь, или мы с ней окажемся на супружеском ложе и у ее мужа вновь «рога отрастут». Так, придется навестить Элизу, девушка наверняка волнуется, расскажу ей о некоторых своих проблемах, она не пуританка – поймет и поможет. Да и не хочется с ней отношения рвать, нас этот союз пока устраивает, хотя и слишком рано говорить, что дальше последует, времени с момента знакомства прошло еще мало.

– Иван Макарович, взгляните на расчеты по содержанию фабрики, зарплаты персонала и какова получится стоимость лекарства, чтобы не работать себе в убыток, – положила Сима передо мной исписанные листы.

Голос ее звучал чуть хрипловато, на шее, под поднятым воротником блузки, виден явный засос. Анзор времени даром не теряет, как бы не сманил у меня такую прелестную работницу. Черт, а какие у нее духи изумительные, так и хочется в ушко поцеловать. Ну, профессор, лично ему в чай порошок от давления подсыплю, пусть помучается, изобретатель хренов.

– Спасибо, Сима, ты молодец, – взял я в руки первый лист и пробежал глазами по расчетам, стараясь вникнуть в смысл цифр. – Иди отдыхай, а потом обсудим.

– Хорошо, – ответила и, чуть виляя бедрами, направилась на выход.

Мля, деловой костюм ей очень идет, наверняка сейчас отправится к вору, чтобы у того выдержку проверить.

– Стой, – спохватился я. – По твоему заключению, мы фабрику сможем выкупить и дооснастить ее всем необходимым? Стоит овчинка выделки?

– Да, расчет показал, что окупаемость отличная, – обернулась она ко мне. – Могу все показать.

– Иди, сам разберусь, – сглотнул я и невидяще уставился в цифры.

Мля, ну и порошок! Так и до глюков недолго, уже цифры причудливые формы и позы принимают.

– Иван, с тобой все в порядке? – удивленно спросил Портейг.

Профессор и хирург еще не отправились в лабораторию, но об их присутствии я позабыл напрочь.

– Голова слишком резко заболела, прямо так и пульсирует, – ответил Портейгу с ударением на последнее слово.

– Гм, голубчик вы мой, уж простите старика, дозировку не рассчитал, – сдерживая улыбку, ответил тот. – Иван Макарович, вам эту боль следует снять, скажем, традиционным методом, а то так и до радикального можно дотянуть.

Это он на ампутацию, мля, намекает?! Двойную ему дозу в чашку сыпану!

– Знаю, – перебил я его. – Попрошу вас в половине четвертого прийти к дому графини Смеевой, нужно ее обследовать.