Зона Посещения. Сойти с обочины - Сергей Вольнов

Послышалось ли?! Глаза ученого расширились от удивления.

– Простите, что… вы сказали?

– Да уже и не важно что. Я мог вообще без предисловий обойтись… Мысли, знаете ли, действительно могут материализоваться, притянуть, примагнитить лихо, и потому лучше искоренять в зародыше, чтобы оно спало беспробудно. Не будите, пока оно тихо…

Последнее, что увидел в этой жизни перспективный молодой ученый, который в будущем мог повлиять на этот мир своими исследованиями и представлениями о возможных параллельных реальностях, было черное око накрученного на ствол пистолетного глушителя, внезапно появившееся в промежутке между спинками передних сидений такси.

* * *

Кафе «Гаспачо» только открылось, и колоритный пузатый бармен, открыв замки входной двери для клиентов, вернулся за стойку, чтобы заняться бутафорским протиранием стаканов и блюдечек.

На самом деле, естественно, всю посуду он «вылизал до блеска» еще минувшим вечером, но до появления клиентов бармену все равно нечего было делать, и он, чтобы не торчать статуей, принялся хотя бы имитировать бурную деятельность.

К тому же привычное занятие всегда помогало ему успокаивать нервы, если он был чем-то раздражен, или просто настроиться на продуктивную рабочую смену.

Попутно с протиранием посуды бармен наслаждался прослушиванием великолепной композиции «Flowers on the Wall» исполнителя «The Statler Brothers», звучавшей в ретрансляторах акустической системы кафе. Это была песня из горячо любимого им фильма «Криминальное чтиво». Наслаждаясь потрясающей композицией, бармен мечтательно прикрыл глаза, довольно улыбался и легко пританцовывал, покачивая головой и бедрами.

За этим занятием его и застал ранний клиент. Услышав выпадающий из общей мелодии «дзи-инь» колокольчика, висящего над входной дверью, бармен вмиг опомнился, подобрал живот и нагнал на себя официальный вид, втайне уповая на то, что некстати рано зашедший посетитель не успел ничего заметить. Обычно первые клиенты начинали появляться не раньше семи, а массово собирались ближе к восьми часам. Этот, похоже, либо из тех, кто встает в самую рань, неисправимый жаворонок, либо, наоборот, шатался где-то всю ночь, а под утро решил заглянуть в кафе, перевести дух.

Мужчина, своим внешним видом ни капельки не показывая, что он заметил что-либо неординарное, невозмутимо подошел к стойке и обратился к бармену с заказом. Тот услышал в говоре посетителя признаки русского акцента и, втайне радуясь выпавшей возможности попрактиковаться, тут же перешел на предполагаемый родной язык клиента, демонстрируя, что не зря много лет потратил, пытаясь на приличном уровне овладеть различными языками. Клиент тоже обрадовался, по достоинству оценив демонстрацию, и на лице его расцвела улыбка.

– По каким делам в наших краях? – между делом поинтересовался бармен. Сам он был человеком двухметрового роста, навскидку лет сорок семь – пятьдесят два, грузный, даже габаритный. Брюнет, подбородок покрыт густой, поседевшей в некоторых местах черной бородой, добродушный и умудренный опытом взгляд из-под толстых стекол солидных очков в старомодной каплевидной оправе. В общем, сразу видно, мужчина «старорежимный», крепкой закалки, как принято говорить такими же, как он.

– Я часто бываю в Хармонте, хотя недолго, проездом, – сказал клиент, при этом голос его приобрел заговорщическую интонацию, как будто он намекал на что-то, одному ему ведомое. Клиент взял заказанную им холодную воду с лимоном и сделал жадный глоток, словно всю ночь только и мечтал о стакане воды.

– И что ж вам так у нас приглянулось… – призадумался бармен.

И действительно – Хармонт, обычный европейский город со своей атмосферой, но ничем особо не примечательный на фоне тех же, скажем, Лилля, Страсбурга или Амстердама… Не слишком огромный, не мегаполис, упаси господи, но и не крохотное поселение на тысячу человек, которое в западных реалиях тоже может обладать статусом городской коммуны.

– Могу ли я вам чем-то помочь в ваших делах? – на всякий случай осведомился бармен.

– Ну, если бы это заведение называлось не в честь супа гаспачо, а, например, борща и являлось местом сбора нелегальных сталкеров, тогда, быть может, вы мне были бы крайне полезны.

Выдав этот спич, посетитель прищурился, глядя на хозяйничающего в кафе местного жителя.

Бармен не уловил, к чему тот клонит, уже мысленно коря себя за возможные лакуны в знании великого восточнославянского языка, но виду, что ни разу не врубился, постарался не показывать. Если чего-то не понимаешь – молчи и не выставляй напоказ свое невежество, пока не представится возможность наверстать недостаток знаний.

– А этот… бор… жч, насколько я знаю, такой русский суп? Вы ведь из России, мистер? – уточнил бармен, чтобы выкрутиться из неловкой ситуации и как-то дальше развивать диалог с клиентом.

– Нет, боржч – это не русский суп, а украинский суп, – просветил его клиент, – и кстати, я тоже украинец.

«Да, век живи – век учись!» – подумал впечатленный хармонтец.

В этот момент колокольчик над дверью подал сигнал, и в пустой зал кафе вошел еще один потенциальный клиент… точнее, клиентка. Женщина подошла к стойке, обратилась к бармену, и он, к своему изумлению… опять распознал неподражаемый русский акцент!

«Ничего себе! – подумал бармен, стараясь это сделать на русском языке. – Неужели сегодня в моем кафе намечается… э-э… гулянка русских?..»

Не удержавшись, он ироничным тоном сказал вслух:

– О, вы тоже русская! У вас что, тут встреча?

Девушка недоуменно посмотрела на него.

– Вы пра-авы, я русская, – голос незнакомки был мелодичен и обволакивающ, – но я здесь ни с кем не встречаюсь. Просто зашла попить прохладной воды.

– Ну, так и мистер тоже зашел просто воды попить! Ха-аха-ха! – раскованно расхохотался бармен, показывая на славянина, который сам себя определил как украинца. – Он тоже из ваших краев.

Посетительница, улыбаясь, посмотрела на сидящего неподалеку от нее у стойки мужчину.

– Но я его не знаю, – уверенно ответила она бармену.

Клиент же, затаенно усмехнувшись, выдал вдруг еще более загадочную фразу, чем те, которые до этого сбили с толку его собеседника, заправляющего в «Гаспачо».

– Человек далеко не всегда знает, кого он на самом деле знает, а кого не знает…

Женщина, естественно, как и любая среднестатистическая самка на ее месте, восприняв словесную заумь мужчины как попытку подкатить, тактично парировала:

– Если это способ познакомиться, то какой-то уж слишком странный. Я бы даже сказала, экзотический.

– Ну, если в самом сердце Хармонта, в заведении под названием «Бо…», извиняюсь, «Гаспачо», наш брат-славянин случайно встретил свою русскоязычную сестру, то это уже само по себе экзотика, – продолжил замысловато изъясняться настойчивый ловелас, явно оставаясь «на своей волне».