Тайяна. Раскрыть крылья - Галина Гончарова

– Что ты! Там такая история!

– Еще одна?

Чем дальше – тем больше Рошеру хотелось подвязать челюсть платком. А то надоело зубами об стол стучаться, когда та отпадает.

И ведь было от чего!

Нужная девица Диолату подвернулась достаточно быстро. Молодая, богатая, правда, не особо красивая, а главное – очень наивная. Тоже трайши.

Ташри Лионелла до совершеннолетия воспитывалась в одном из пансионов при монастыре. Потом вернулась под крылышко к папе, богатому трайши Эррею, который и вывез ее в свет. Пикантность ситуации придавало то, что вторая супруга Эррея была ненамного старше своей падчерицы. Но – дело житейское. Жениться законом не запрещено.

Вот на Лионеллу Диолат глаз и положил. Принялся похаживать в дом к девушке, сделал предложение по всей форме, расположил к себе отца и мать…

Мать – особенно.

Наверное, потому Лионелла так и расстроилась, когда застала жениха и мачеху в весьма недвусмысленной ситуации. На диване, с юбками на голове у мачехи и женихом – простите за подробности – с голым задом и в мачехе.

Очень неудачный первый опыт.

А девчонка-то была влюблена! Да еще из монастыря, да еще семнадцать лет…

Если бы не личная служанка, которая решила на всякий случай навестить ночью свою госпожу и посмотреть, как та спит… В ванной. С перерезанными венами.

Трайши Эррей едва успел спасти дочь. Наградил служанку и купил ей дом. А потом…

Скандал таки грянул.

Неверная жена совершенно случайно свалилась с лестницы. И никаких синих пятен на шее у нее не было, точно! Она просто переживала за падчерицу, ночью пошла попить водички, запуталась в пеньюаре, оступилась…

Так повелел считать его величество.

Девчонку принялись лечить и вправлять ей мозги.

Трайши Эррей бросился королю в ноги, умоляя о мести.

Диолата вызвали к его величеству и зачитали приговор. Казнить его формально не за что. Но он еще об этом сильно пожалеет, потому как почти все его поместья отходят в приданое пострадавшей от его гнусности девушке. Того, что остается, не хватит и на два дня жизни в столице.

Впрочем, в столице ему жить и не надо. Его величество не собирается лицезреть Диолата при своей жизни, так что до смерти короля столица нашему чижику не светит. Никак.

Чего он попал сюда?

А почему бы и нет? Далинар – это порт, отсюда можно уехать куда-нибудь…

Аэлена?

А вот тут непонятно. Вроде бы Диолата с ларой ничего не связывает. И чего он тут забыл? И к чему ему милая мать троих детей?

Кайта не могла сказать ничего определенного, но обещала узнать. Рошер не настаивал. Уже раскопав эту историю, она многократно окупила все купленные сладости.

Итак!

Диолату нужны деньги. И ему нужно в другую страну, если он пожелает и впредь вести привычный образ жизни, но при чем тут Аэлена?

Она – художница. Не трайши, не дочь купца-миллионщика, и наследства ей ждать неоткуда. Ну и что происходит? Что такого знает Диолат, чтобы начать охоту?

Надо попросить Аэлену связаться с матерью. Пусть та напишет дочери, не было ли в столице чего-то странного в последнее время? Чего-то, связанного с именем художницы?

* * *

Вторым пунктом был дом стражи.

Рошер собрался с духом – и подошел к нему, беззаботно улыбаясь. И тут же попал в руки старых знакомых.

– О, Рош!

– Старина!

– Здорово, умник!

– Ты куда пропал?!

Рошер тряхнул головой.

– Ребята, спокойно! Приглашаю всех в кабачок, побеседовать! Только уговор – вам чарка, а мне взвар. С вином я завязал!

Друзья беззлобно рассмеялись.

– Выпил свое море – и хватит?

– Так точно!

– Ну, тогда пошли! Нам нальешь!

Рошер рассмеялся. И чего он так не хотел никого видеть?

Мареш, Тарки, Шерик, Дион – отличные ж ребята! Он с ними и под стрелами ходил, и нищую слободку патрулировал, и в порту стоял, и контрабандистов ловил… И то, что у него сейчас нет одной руки, – не повод запираться от мира. Он остался тем же – и ребята остались теми же.

Только вот раньше он этого не понимал. Не хватало чего-то – дела, может быть? Или уверенности в себе?

И кабачок остался тем же. Стареньким строением с чуть покосившейся вывеской «Зеленый заяц», и трактирщик – старина Стайл – так же осклабился при виде Рошера.

– О, Рош! Здорово! Сто лет тебя не видел, сегодня выпивка за мой счет!

– Здорово, Стайл! Но я завязал! Так что ребятам вина за мой счет, а мне – ягодного взвара!

– Как скажешь, Рош.

И никаких подколок, никаких усмешечек и сожалеющих взглядов тоже нет. И чего он боялся раньше? Ох, Аэлена, Яна, спасибо вам. Вытянули! Жизнь продолжается!

Рошер и сам не понимал, что его изменило дело.

Его собственная нужность, необходимость, важность для кого-то. Пожалеть несчастного калеку?

Да запросто, это случается с каждым!

Пожалеть мужчину, который идет легкой походкой, улыбается, насвистывает, и на лице у него написан интерес к жизни?

А вот это у вас не получится при всем желании. Он не калека, он просто… так получилось! Но это же не конец света, верно?

Это и увидели старые приятели. И отнеслись к Рошеру, как и в прежние времена. Он ведь не изменился, верно? А что горе вином заливал, да кто из нас не грешен?

Бывает…

Теплая компания устроилась за столиком и повела душевную беседу. О вине, о женщинах, о работе, о том, что в прошлом месяце задержали три судна с контрабандой, о том, что начальник вконец озверел, о бабах и, наконец, о том, что заинтересовало Рошера.

О покушении на Аэлену.

Ну да, поймали двоих грабителей. Но те заявляют, что лезли грабить. А вот тот тип, который сдох, не успев уйти от стражников…

Да вроде как он просто лошадьми править не умеет.

А чего умер? Яд, не яд, кто ж там разберет…

Тюремщик, который в тот день работал?

Да, Слива.

Рошер аж вздрогнул.

– Слива?!

– А у него нос как слива. И сливовицу жрет. Взяли дурня чуть ли не из жалости, вот он и хлыщет…

– Слива, сливовица, – медленно произнес Рошер.

А ведь Яна о таком упоминала. И что теперь делать?

Он сидел с друзьями за столом, разговаривал о всяких глупостях, смеялся, а глубоко внутри…

Слива. А если это и есть отравитель? Или он знает отравителя?! Его обязательно надо расспросить. И в ближайшее время!