Дюна. Крестовый поход машин - Кевин Андерсон

Теперь, когда он и его товарищи сослужили Поритрину неоспоримую службу, Исмаил понял, что настало время представить свои заботы самому лорду Бладду. Бог направит его и научит верным словам. Исмаил докажет Алииду и всем дзенсуннитам, которые слушали у огня его притчи и истории, что вера его не напрасна.

Отчаявшись, Алиид попытался остановить и образумить Исмаила до того, как тот, ничего не подозревая, вляпается в страшную беду.

– Составь хотя бы план, друг мой! Как ты собираешься встретиться с лордом Бладдом? Ты же не можешь просто постучать к нему в дверь и выложить все, что на душе накипело.

– Если он действительно правитель своего народа, то должен выслушивать правдивые жалобы.

У пораженного собеседника округлились глаза.

– Ты раб, а не гражданин. У него нет никаких оснований тебя слушать. – Он придвинулся ближе к другу. – Включи свое воображение, Исмаил. Ты работал на саванта Хольцмана. Тебе известны его привычки, ты знаешь, как он общается с лордом Бладдом. Воспользуйся этим, чтобы найти повод, иначе ты к лорду и на сто метров не подойдешь.

Исмаил обдумал возможности. Он не любил лжи и уверток, но Алиид был абсолютно прав. В этом случае это было единственным средством.

Дождавшись конца следующей смены, Исмаил с другими рабами вернулся в барак. Он вымылся, переоделся в самую лучшую свою одежду, поцеловал жену и приготовился к выходу. С собой он взял стопку рабочих журналов, которые ему удалось захватить с работы, когда расформировали их бригаду, и отправился к известной всем конической башне – городской резиденции лорда Поритрина. На лице раба-ветерана отражалось уважение, но не угодливость. И вел его Буддаллах, придавая силы.

Два гвардейца-драгуна в золоченой броне скептически покосились на Исмаила, когда он остановился перед уличными воротами башни. Тщательно следя, чтобы поведение его не было вызывающим, он стал аккуратно выбирать слова, стараясь не лгать, но лишь слегка смещать акценты.

– Мое имя Исмаил; я должен видеть лорда Бладда.

Драгуны в изумлении принялись внимательно рассматривать стоявшего перед ними человека.

– Раб хочет видеть лорда Бладда? Тебе назначена встреча?

Напарник первого гвардейца добавил:

– Лорд Бладд не снисходит до аудиенций рабам.

Исмаил подумал, не захочет ли Буддаллах заставить этих людей отступить в сторону, освободив ему путь, но вряд ли стоило ожидать столь очевидного божественного вмешательства.

Чувствуя прилив необыкновенной отваги, Исмаил достал похищенные журналы и показал их гвардейцам:

– Я из рабов саванта Хольцмана. Он регулярно посылает подобных мне людей доставить лорду письменные документы. – Он помедлил, прежде чем произнести откровенную ложь. – Савант послал меня с этими бумагами. Он твердо сказал, что дело срочное, и чтобы я не возвращался, пока не передам эти документы лорду Бладду в собственные руки.

– У этого Хольцмана всегда все срочно. – Гвардеец, нахмурившись, посмотрел на Исмаила. – Сегодня у лорда Бладда нет на это времени.

Исмаил не отступил:

– Наверное, вам тогда самому придется объяснить это саванту Хольцману. Он не поверит, что лорд Бладд отказался принять эти журналы.

Затаив дыхание, он ждал. Вера делала его безмятежно-спокойным.

Наступило молчание, и второй драгун неуверенно сказал:

– Раньше мы всегда разрешали им доставлять журналы. Что, если у саванта наступило новое прозрение, как тогда с защитными полями?

Первый драгун согласился с товарищем:

– Пусть Бладд сам вышвырнет его из своего кабинета. Воспользовавшись этим колебанием, Исмаил низко поклонился драгунам и быстро прошел в ворота. Его уверенность обезоружила охрану, и драгуны пропустили раба. С широко раскрытыми глазами Исмаил вступил в дворцовую резиденцию наследственного владетеля, чьи предки в течение многих поколений порабощали последователей буддислама.

Уже внутри здания подозрительный управляющий нахмурился при виде темной кожи Исмаила и его дзенсуннитского наряда. Но имя Тио Хольцмана и внушительные рабочие журналы помогли преодолеть сомнения и снять вопросы. Один из гвардейцев, спохватившись, вошел в здание и приблизился к мажордому.

– Простите, сэр. Если вы хотите, чтобы я его выставил…

Придворный отрицательно покачал головой, потом взглянул на Исмаила, встретил его твердый взгляд.

– Ты уверен, что действительно хочешь передать эти журналы лорду Бладду именно сейчас? У него все равно не будет на них времени. Уже через час он дает банкет для инопланетных художников, которые хотят запечатлеть Старду при разном освещении. – Управляющий выразительно посмотрел на стенные часы. – Если это так важно, то савант Хольцман мог бы заранее оговорить твой приход. Ты уверен…

– Прошу прощения, господин, – перебил придворного Исмаил. Он не стал больше ничего объяснять, но и не изъявлял никакого желания уходить.

– У лорда Бладда будет очень мало времени на тебя.

– Даже одного мига его щедрого внимания будет для меня достаточно. Благодарю вас.

– Проверить, нет ли у него оружия? – предложил драгун.

– Конечно.

Когда обыск был закончен, Исмаила оставили ждать в гулкой пустой галерее. В центре стояла скамья, сделанная из полированного камня. Она выглядела прекрасно, но оказалась очень неудобной. Исмаил сидел неподвижно, терпеливо ожидая.

Мысленно храбрый раб повторял свои излюбленные сутры, стихи которых он заучил еще в детстве, сидя на коленях у деда. Он давно уже перестал желать перемен в жизни, перестал жалеть, что не сумел сбежать от работорговцев, напавших на жителей хармонтепских болот. Хорошо ли, плохо ли, но теперь Поритрин стал его домом, здесь была у него любящая жена и две красивые дочки, сами уже почти взрослые…

Прошел почти час, и вот наконец его повели по широкому лестничному пролету в личные покои лорда Бладда. Исмаила охватил жар, мысли его воспламенились в предвкушении открывающихся возможностей. Если позволит судьба, то его мольба тронет сердце аристократа, правящего Поритрином. Раб надеялся, что слова его будут убедительными.

Комната, в которую его ввели, пропахла ароматическими свечами и дорогими духами. Портные и лакеи наряжали лорда в подбитую мехами куртку, надевали на него золотые цепи и объемные белоснежные манжеты. Его рыжевато-золотистые волосы были уже основательно тронуты старческой сединой. В углах глаз были заметны небольшие плотные вздутия. Лакеи суетились вокруг хозяина, опрыскивая его волосы и щеки ароматической водой. Один из них, высокий и худой, вычищал пылинки из одежды лорда с видом философа, который вот-вот найдет ключ к всеобщему знанию.

Лорд взглянул на Исмаила и страдальчески вздохнул.

– Да, не слишком часто Тио посылает своих рабов лично ко мне, и обычно он не бывает столь настойчив – или тороплив – со своими докладами. Что хочет от меня савант в этот чудесный вечер? Время он выбрал очень неподходящее.