Восемнадцать с плюсом - Артем Каменистый

Всё дело в том, что брони, как таковой, на этой стадии у монстров не бывает. Кожа утолщается и грубеет, там и сям разрозненные бляшки разрастаются, на голове и вдоль позвоночника их больше всего, но говорить о полноценном биологическом доспехе, пока что, преждевременно.

Читер выстрелил, когда до цели оставалось шагов двадцать пять. Выбрал правый глаз – на тот случай, если завалить не получится. Тогда останется шанс успеть бросить нож, окончательно ослепив мертвяка.

Но хвататься за обрезиненную рукоять не пришлось, – тварь завалилась на полной скорости, прокатившись несколько шагов по сминающемуся овсу.

А Читер, игнорируя прозрачный намек Марта, что разбираться надо при помощи исключительно дальнобойного оружия, бросил лук под ноги, вытащил из петли на поясе топорик, крутанул его в руке, разминая запястье. Его ничуть не напрягала отставшая парочка.

Всего лишь бегуны, нечего на них стрелы переводить. Такие боеприпасы лишь в теории могут использоваться многократно, на практике всё куда печальнее. Даже при поражении в споровый мешок, зараженный не успокаивается мгновенно. Запросто сломает древко при падении или в предсмертных конвульсиях. Потому, если есть возможность справиться без лука, оптимальный вариант – справляться без него.

Дополнительный плюс – не придется задействовать всепожирающую меткость.

Успокоил обоих чисто, выделив ровно по удару на каждого.

А Март, похлопав в ладони, насмешливо поинтересовался:

– А первого парня на деревне ты тоже топором угощать станешь? Я, вообще-то, рассчитывал полюбоваться на работу с луком, но не огорчусь, если и без него справишься.

Читер завертел головой и едва не застонал, разглядев еще одну тварь. Несется с левой окраины деревни, ступни не разглядеть за овсяной порослью, но складывается впечатление, будто мертвяк подпрыгивает при каждом шаге на нелепо вывернутых ногах. Да только всё не так, это походка у него такая, уже не дерганная, как у бегунов и лотерейщиков, но не достигшая той стадии, на которой становится откровенно звериной.

Топнун. Монструозный кузнечик зараженного мира. Достаточно проворный, чтобы догнать не слишком разогнавшуюся машину, но еще не настолько стремительный, чтобы совершать характерные для кусачей и руберов рывки, которыми те способны достать даже быстро мчащийся транспорт. Разумеется, только на короткой дистанции.

Завалить из лука такого можно, но это уже высший пилотаж. Слишком много брони, бить придется строго по уязвимым точкам, для этого потребуются стрелы с повышенной пробиваемостью и разумеется, высочайшая меткость.

И то и другое у Читера имелось.

Выхватив из колчана сразу пару стрел, одну вонзил в землю перед собой, вторую наложив на тетиву. Руки чесались показать загадочно себя ведущему Марту тот самый высший пилотаж. Глядишь, изумится до глубины своей темной души и сболтнет что-то личное на тему странностей поведения. Но нет, переборол себя, ибо слишком рискованно, не хочется плюхнуться в лужу на глазах у такого зрителя.

Потому, чуть опустил оружие, выстрелил, поразив коленную чашечку. На этой стадии нижние конечности монстров почти не защищены, пробило насквозь. Тварь покатилась по полю, древко при этом переломилось с громким треском, от чего жаба печально вздохнула и пустила слезу.

Но эта мелочь не помешала Читеру с минимальной задержкой произвести второй выстрел, подловив топтуна в тот миг, когда тот, продолжая катиться по полю, показал голову с удачного ракурса.

Это конец, с пробитым насквозь споровым мешком зараженные ведут себя смирно. Пусть Читер не сумел справиться одним выстрелом, но получилось достойно. Далеко не каждый с тридцати метров попадет в столь сложную мишень.

Выхватил еще одну стрелу, наложил на тетиву, начал оглядываться в поисках новых целей.

Март, спокойным шагом приблизившись ко всё еще подергивающемуся топтуну, обошел его вокруг и громко сказал:

– Чит, это, вообще-то, обычная мелкая деревня, а не мегаполис с небоскребами. Я это к тому, что тут стаду мертвяков делать нечего. В общем, можешь расслабиться. И давай, в темпе выпотроши эту мелочь, мы сюда по важному делу пришли, а не по полю гулять.

– И что за дело?

– Что за дело?! Ты что, забыл?! В магазин надо заглянуть, там пиво ждет.

* * *

Очередные заросли кустарника сменились рядками невысокой акации. Дальше углубились в дубовую рощу, где, на крохотной тенистой полянке, спутник резко остановился и невозмутимо произнес:

– Вроде, ничё так, местечко, душевное. В таком не грех пивка попить. Давай, падай, дружище, ты, наверное, приморился.

– Да нет, что ты, – делано-небрежно начал отнекиваться Читер. – Я с детства люблю часами по такой жаре таскаться... с гаубицей на плече.

– Какими часами? О чём ты? Всего-то часа полтора прошло, не надо мне тут преувеличивать. И кто тебя заставлял такую артиллерию таскать?

– А что мне, бросать ее? Я, между прочим, из этой винтовки элиту завалил.

– Не ври лучшему другу. Ты оглушил ее чуток, а добивал уже в своем любимом стиле Робина Гуда. Повезло тебе, барану везучему.

– С чего бы это?

– Откуда мне знать, почему тебе так постоянно везет.

– Я не о том. С каких это пор ты стал моим лучшим другом?

– Слышь, а ты, часом, ничего не забыл? Я, как бы, тебе сегодня жизнь спас. Ну разве не друг, после такого? Ладно, не благодари, я же знаю, что ты баран бесчувственный и полностью неблагодарный. Тебе какое: темное, или светлое? Честно предупреждаю: то и то – моча разогретая. Тут ни одного свежего кластера во всей округе, так что, носом не крути, лакай, что дают.

– Светлое.

– Держи. Наслаждайся напитком, никуда не торопись. Разговор к тебе есть.

– Так ты поболтать захотел? И чего тебя ногами ко мне понесло? По чату не мог?

– А ты что, мне не рад? Или сильно хотел еще одну жизнь потерять, как всегда, по глупости?

– У меня всё нормально шло. Кто же знал, что эта пара непонятно откуда появится.

– Кто знал? Я, например, знал. То есть, подозревал.

– И откуда такие подозрения?

– Понимаешь, Чит, мертвяки тупые. Не такие, как ты, конечно, по-своему, но тупые. А тупых легко просчитывать.

– Давно за мной следишь?

– Нет, не очень. Случайно мимо шел и вовремя решил поздороваться. Так что повезло тебе опять, везунчику вечному.

– А без шуточек дебильных хоть раз можно обойтись? Или никак? Повторяю: давно следишь? И заодно скажи, зачем я тебе? Это начинает напрягать...

– Так об этом и разговор у нас. Всё тебе, сейчас, знать необязательно, но кое-что пора усвоить. Как ты, наверное, догадываешься, я за тобой присматриваю не из-за внезапно вспыхнувших романтических чувств. Дело у меня к тебе имеется. Выгодное. Взаимовыгодное, само собой, ведь я людей не кидаю и сам быть кинутым не люблю.