Дорога к Вождю - Алексей Махров

Но трое бойцов, судя по всему, на помощь со стороны и не надеялись: бросившись к танку, сорвали с развернутой пушкой назад башни чехлы и скрылись внутри. Несколько секунд, показавшихся Наметову долгими часами, ничего не происходило, затем зарокотал двигатель, корма окуталась сизым солярочным дымом, и танк съехал на землю, намотав на гусеницы укрывавшие корпус чехлы и оборвав непривычного вида плоские оранжевые тросы или ленты, удерживающие его на платформе.

Осназовец наконец рассмотрел таинственную боевую машину во всех подробностях. Ходовая «секретного прототипа» оказалась практически один в один с новым средним «Т-34», который им показывали на полигоне. А вот броневой корпус был раза в три ниже, приземистей. Но самое главное – башня! Неожиданно большая, размерами даже шире, чем у «КВ», зализанная по граням. Длиннющая пушка солидного калибра. Сергей не слишком хорошо разбирался в артсистемах, но, судя по длине ствола, орудие этого танка по мощности и дальнобойности вполне могло соперничать с любой не то что противотанковой, а и зенитной пушкой! Да и калибр был, похоже, побольше, чем у «тридцатьчетверки». Ого, это на кого ж такая рассчитана?! Танки у немцев не шибко бронированные, их и «сорокапятка» берет, не говоря уж про орудия калибром в семьдесят шесть миллиметров. Может, это новый танк прорыва, идущий на смену «КВ» и «тридцать пятым»?

Танк же, отъехав тем временем от тягача десятка на два метров, остановился и развернул башню. Боясь пропустить что-то важное, Наметов не отрывал от лица бинокль – аж глаза заболели. Медленно текли секунды – одна, вторая, третья… на четвертой танк выстрелил. И… промазал! Сергей видел взметнувшуюся в паре метров от немецкой машины землю, подброшенную врезавшейся в грунт болванкой. Вражеский наводчик пальнул в ответ, куда более прицельно, но ударивший в башенную броню снаряд лишь высек сноп искр, уйдя в рикошет. Советский танк выстрелил еще раз – и снова промах! Судя по мощному огненно-дымному фонтану, взметнувшемуся перед самой вражеской машиной, на этот раз стреляли осколочно-фугасным. Фашистский мехвод торопливо отвернул в сторону, напуганный близким разрывом, и наши наконец попали. Подсвеченный донным трассером снаряд вошел в борт чуть ниже граненой башни. Мгновение – и танка попросту не стало. Рвануло так мощно, что башню отбросило метров на десять, а корпус разорвало по швам, вывернув наружу бронелисты. Ни хрена себе! Видать, боекомплект сдетонировал.

В этот момент немецкий снаряд попал в тягач: кто-то из фашистских наводчиков не стал упускать возможность поразить столь крупную мишень. Брызнули остатки стекол, кабину разворотило взрывом, вывернув вперед, и тут же взорвался бензобак, превратив автомобиль в пылающий факел. Отцепившийся прицеп встал на ребро, секунду помедлил – и грузно перевернулся кверху колесами. Эх, жаль, а он-то думал и диковинную машину с собой захватить!

Дальнейший бой длился еще минут десять, не больше. Секретный танк не очень умело, постоянно дергаясь, маневрировал, но все же уходил из прицела вражеских наводчиков. И беспрерывно стрелял в ответ, подбив еще три танка и одну самоходку. Но и снарядов он при этом потратил как бы не четыре десятка.

Поскольку на инструктаже у наркома им доводили, что один из «объектов» (которых, кстати, на деле оказалось трое) – полковник-танкист, Наметов решил, что тот, видимо, какая-нибудь штабная шишка, просто не знакомая со столь новой и современной боевой машиной. Небось еще на легких «двадцать шестых» с японцами или белофиннами воевал, а тут такая махина, вот и мажет!

С другой стороны, у немцев и танков-то уже почти не осталось: вон две штуки драпают к дороге, да еще один еле ковыляет следом, дымя поврежденным двигателем. Правда, и чудо-танк тоже целехоньким не остался: уже в самом конце боя немцы разбили ему ходовую. Видать, целили-то в двигатель, но попали по ведущему колесу. Серега видел, как танк дернулся, проехал еще метров пять, разматывая перебитую гусеницу, и замер. Довернув башню, пальнул в сторону обидчика, того буквально в клочья разнесло. На этом бой по большому-то счету и закончился.

А еще через минуту над головой завыли наконец моторами прилетевшие «сто пятьдесят третьи» авиационной поддержки, долбанувшие по забитой автомашинами и броневиками дороге реактивными снарядами и очередями из бортового оружия. Пехотный батальон подошел чуть позже, с ходу вступив в бой. Впрочем, серьезного сопротивления деморализованные авианалетом немцы и не оказывали, так что «махре» хватило двадцати минут, чтобы полностью сломить всякое сопротивление.

Разумеется, лейтенант ОСНАЗа Сергей Наметов даже не догадывался, что полковник бронетанковых войск Советской Армии[42]Бат впервые сидел на месте наводчика «Т-44», который для него, начавшего службу в начале восьмидесятых, уже тогда являлся музейным экспонатом. И который, в отличие от привычного «Т-72», не имел ни двухплоскостного стабилизатора, ни баллистического вычислителя, ни лазерного дальномера или автомата удержания цели. А угол обзора с места наводчика составлял всего семь градусов. Впрочем, немцам это мало чем помогло. Вот только хреново, что один из последних выпущенных по танку фрицевских снарядов раздолбал-таки ходовую, своротив ведущую «звездочку» и порвав гусянку.

Когда бойцы Наметова добрались до танка, экипаж уже выбрался наружу. Самый здоровенный парень, присев за башней, обозревал окрестности в мощный даже по внешнему виду бинокль, свободной рукой придерживая под рукой тот самый автомат-карабин с примкнутым к ствольной коробке непривычного вида патронным «рожком». А двое остальных стояли возле поврежденного катка, что-то бурно обсуждая, густо перемежая цензурные слова отборным матом. Впрочем, первым облаченных в камуфлированную «амебу» осназовцев заметил как раз один из них, батальонный комиссар. Каким-то отработанным жестом он вдруг скинул с плеча висевший стволом вниз автомат-карабин и резко отпрыгнул в сторону, одновременно приседая и вскидывая ствол.

– Свои! – успел выкрикнуть Наметов, поднимая вверх руки.

– В такую погоду свои дома сидят, телевизор смотрят, только чужие шастают! – непонятно ответил комиссар и резко скомандовал, не опуская оружия: – Представьтесь!

– Лейтенант Наметов, группа особого назначения «Поиск-10». «Брест – сорок один», товарищ комиссар.

– Здорово, парни! – слегка расслабился комиссар, вставая с колена, но не опуская оружия. – Подозреваю, вы именно нас ждали?

– А как вас зовут, товарищ комиссар? – в свою очередь, спросил Наметов.

– Виталий Дубинин, – почему-то усмехнулся тот. – Но меня не зовут, я, блин, обычно сам прихожу. А вот этот товарищ, который сейчас так бурно матерился, полковник Бат, Владимир Петрович.

– Верно! Нам именно эти имена назвали, – окончательно успокоился осназовец.

– Ты своим доложил, что нас встретил?

– Так точно, сразу же, как вы на поле… появились.

– Вот и здорово. А теперь слушай меня, лейтенант. Нужно срочно проверить позиции артиллеристов, найти всех уцелевших и эвакуировать их в тыл.