Воскресное утро - Михаил Алексеев

5. При достижении готовности обеих групп нанести одновременный удар с охватом Минска с севера и юга, по меридиану Борисова.

Эти меры позволят переломить ситуацию на центральном участке фронта в нашу пользу.

– Да. Возможно. За счет задачи по взятию Петербурга, соединения с финнами и ликвидации русского Балтийского флота, – задумчиво произнес Гитлер.

– Да, мой фюрер! Но если нам не решить проблему в центре – мы будем иметь постоянную угрозу тылам и коммуникациям группы «Север», – ответил Гальдер.

– Хорошо. Готовьте приказ. Все свободны! Гейдриха, Канариса и Геринга попрошу остаться.

Когда все вышли, Гитлер подошел к Герингу.

– Герман! Большевики бомбили Берлин, Хельсинки, Кенигсберг, Бухарест, Константу, Варшаву, разгромили нефтепромыслы Плоешти, разбомбили ракетный центр, при этом погибло много наших талантливых конструкторов и инженеров и работа центра практически парализована. Они даже нашли и разбомбили под Брестом две мортиры «Карл»! А мы, согласно вашим утверждениям, не можем ответить им тем же, разбомбив Москву. Так? Кстати, каким образом получилось так, что бомбоубежища уцелели, а люди в них нет?

– Так точно, мой фюрер! Радары в Минске, Смоленске, Вязьме не дают нам возможности нанести ответный удар. Что касается жертв в бомбоубежищах – врачи уверенно заявляют, все погибшие умерли из-за недостатка кислорода и резкого перепада давления. Причем, что странно – в убежищах огромным давлением изнутри вырвало входные бронированные двери. Нам неизвестен боеприпас с подобным воздействием.

– Тогда сотрите с лица земли Петербург. С территории Финляндии. Выполните работу танкистов. Раз уж так складывается, что придется отложить его взятие. Пусть этот город будет городом мертвых.

– Яволь, мой фюрер! – вскинув руку, ответил Геринг.

– Ну что, мои камрады! Чем дольше идет эта странная война – тем больше у меня вопросов возникает к вам, – раскачиваясь с носка на пятку, вопрошал Гитлер начальников разведслужб, стоя перед ними, – и пока что вы практически ни на один не ответили. А тут теперь добавляются неизвестные бомбы, танки, которые не пробиваются 8,8-см снарядами, удивительно точно стреляющие русские пушки, бронемашины неизвестных моделей, патроны, точнее гильзы под неизвестное оружие. Из всего перечисленного мной я сумел ознакомиться только с двумя новыми типами русских танков – Т-34 и КВ. Соглашусь с мнением наших конструкторов – танки хорошие, даже в чем-то лучше наших. Но никак не непробиваемые. Это не те танки. Но даже эти добыты не вами, а солдатами сухопутных войск. Возникает вопрос – а не зря ли вы хлеб едите?

Канарис и Гейдрих молчали.

– Так вот, – продолжил Гитлер, – в ближайшие дни я жду ответа хотя бы на какой-либо из этих вопросов. Иначе мне придется подыскать вам место с меньшим объемом работы.

7 июля 1941 года. Москва. Кремль

У Сталина было хорошее настроение. И дело даже не в том, что немцы получили по морде – Западный фронт ликвидировал котел севернее Минска. Сегодня, как ему доложил нарком танковой промышленности Малышев, на московском заводе № 37 начали производство самоходок СУ-76. Это была первая техника, сделанная с помощью потомков и доказавшая свою эффективность в ТОЙ истории. К этому моменту уже производились 23 и 37-мм снаряды для авиапушек и зенитных установок потомков, сделаны были пробные партии 125-мм снарядов к гладкоствольным танковым пушкам. Были уже изготовлены чертежи и уточнены технологические карты для производства танка Т-34-85, благо что они во многом совпадали с уже имеющейся документацией. С Малышевым живо обсуждался вопрос с заводом-изготовителем этих танков. В связи с необходимостью перевооружения Красной Армии хотя бы на Т-34-76, решили не снижать объемов производство на тех заводах, которые уже занимались его выпуском. Единственное – модернизировали их с учетом модели, поставив башню-гайку с командирской башенкой, улучшили качество дизеля В-2 и увеличили его моторесурс, поставили 5-ступенчатую коробку передач. К тому же для Т-34-85, в связи с более широким погоном под другую башню, требовался и другой карусельный станок, которых на этих заводах не было. Поэтому было принято нестандартное предложение – разместить производство новых танков на северных кораблестроительных верфях, где было все необходимое оборудование, кроме конвейера по сборке танков. Но корпус под конвейер решили строить по ходу освоения производства. На верфях с началом войны было заморожено строительство всех крупных судов и имелись возможности для изменения номенклатуры производства. К тому же было вывезено все оборудование и весь металл с Николаевских верфей.

Был еще завод, который Сталин имел в виду под производство техники потомков. Это Кировский завод в Ленинграде, который сейчас выпускал танки КВ. Но, во-первых, КВ сейчас были нужны на фронте, во-вторых, Сталин хотел там производить танки Т-54 потомков. А для этого было нужно разобрать один из их танков Т-55 и сделать по факту чертежи. Пока что он не хотел снимать с фронта ни одного из десяти танков Т-55 – слишком серьезные задачи стояли перед Западным фронтом, и каждый танк потомков был на счету. Их и было-то всего 41 штука. Но каждый из них стоил как минимум роты современных. Уже готовилась к выходу на фронт первая батарея реактивных минометов БМ-13 «Катюша». Название решили не менять. В срочном порядке перерабатывались снаряды для нее, с учетом знаний и изделий потомков. Это позволило серьезно увеличить мощность реактивных снарядов, дальность и кучность. Одновременно разрабатывалась трубчатая пусковая установка на 16 ракет, подобная «градам». Одновременно готовили к производству снаряды к системам «Град» и авиационным блокам для всех типов самолетов.

Самолет Ан-2 потомков оказался весьма пригоден для производства, и под него было решено перепрофилировать авиазавод № 387. К тому же двигатель на нем стоял аналогичный двигателям ПС-84. Батарею капитана Флерова решили передать в состав ракетно-артиллерийского дивизиона РСЗО «Град» 805-го артполка, имея в дальнейшем идею развернуть на его базе ракетно-артиллерийский полк в составе одного дивизиона БМ-21 «Град» и двух дивизионов БМ-13 «Катюша» под командованием пока еще капитана Соколова. Вообще, идея развертывания на базе подразделений потомков новых частей Сталину понравилась. Та же эффективность «катюш» вырастала в разы при использовании систем разведки, наведения и управления огнем потомков. То же самое он собирался сделать и с танковым батальоном и артдивизионом и мотострелковыми батальонами. При условии поступления достаточно эффективной и современной на сегодня техники. Предложение использовать имеющееся вооружение он отверг, после консультации с Жуковым и Оганяном. Эта техника вязала возможности потомков по рукам и ногам, особенно в маневре.

Кстати, артиллеристам очень понравилась прицепная гаубица Д-30 конструктора Ф. Петрова. Она идеально подходила для решения широкого спектра задач – от контрбатарейной борьбы до использования как противотанкового орудия. Сейчас ее освоением и занималось КБ Петрова.

Нудельман начал изготовление первых пушек НР-23 и Н-37. НР-23 уже начали ставить на пушечные истребители вместо ВЯ и ШВАК. Меньшая масса НР и боеприпасов к ним позволила увеличить боезапас. Н-37 устанавливали на штурмовик Ил-2, серьезно повысив его огневую мощь.