Новая Зона. Дикий Гон - Игорь Недозор

И Шквал выстрелил прямо в это лицо. Зомбячка завалилась на спину. Урод замер, а затем словно в ярости воздел щупальца. А потом оно повернуло голову, и выяснилось, что ртов у этой твари было больше, чем два, – добавочный был на затылке. Тварь присела и плюнула.

Ядовито зеленый сгусток не долетел до них метров пять. Слюна расплескалась о строительный блок, с шипением разъедая бетон.

Их обдало потоком смрада, словно из распоротого брюха давно сдохшей и протухшей коровы. Шквал подавил рвотные позывы. Его напарник не сумел.

А затем в два ствола они свалили уродливого гиганта, чтобы через пять минут о нем забыть.

Началась новая атака, на этот раз совсем особенная: в головах раздался зудящий шум. Хреново… В дело вступили мутанты псионики.

Слева от Шквала сталкер схватился за голову, уронив автомат, турист рухнул на истоптанную землю. Однако и на это у «гидр» было кое что припасено. Загрохотала «Шилка», кинжальным огнем поражая прячущихся гипнотизеров. Всего то несколько бойцов, снабженных блокирующими чужую волю артефактными сборками, и пара хитрых датчиков, засекающих направление биоизлучений.

И вновь Зона отступила.

Через считаные минуты пространство снова огласилось грохотом выстрелов и пронзительным визгом, местность перед мостом заполнили бьющиеся в агонии монстры.

Неподалеку раздались приглушенные хлопки «Вала», и на сталкера упало внушительных размеров дергающееся тело, выбив остаток воздуха из легких.

Изо всех сил оттолкнув от себя навалившегося обезьяноида, он быстро крутнулся в сторону. Рядом матерился Жук, меняющий опустевший магазин, а раненый монстр начал медленно вставать на колени, несмотря на несколько ран. Шквал выхватил нож и всадил лезвие в третий глаз, горящий во лбу.

Урод дернулся и рухнул сталкеру под ноги. А клацнувший затвором Капитан разрядил «Моссберг» контрольным твари в голову. Та разлетелась в разные стороны серо красными ошметками.

Опять налетели когтекрылы. Турист и «леший» погибли мгновенно, истекли кровью из разодранных сонных артерий, но все таки налет с воздуха был отбит.

Очередная атака монстров закончилась ничем. Противник, как это бывало с Гоном, вдруг откатился обратно. Шквал начал перекличку. Не отозвались еще трое. Одним из них оказался турист охотничек. Так и не узнают родные, как он сгинул.

* * *

Эта передышка длилась довольно долго.

Шквал еще успел наведаться в импровизированную медсанчасть – навестить Леску.

Госпиталь, конечно, еще тот. Сталкеры и несколько мирных жителей, занятые примерно одним и тем же – отделением еще живых от мертвых и в меру своего разумения лечивших живых. Несколько сидящих там, белеющих свежими бинтами на разных частях тел фигур вразнобой орали от боли на множество голосов.

Обгрызенная костяной гончей рука у Лески все еще кровоточила – кожа и мясо были кое где содраны почти до кости.

Набор лечебных артефактов вполне справлялся – «янтарик» мало того что способствовал быстрой регенерации поврежденных тканей, так еще и убирал заражение, а «магнето» останавливало кровотечение.

Тут же один черноволосый худой сталкер приматывал «магнето» к окровавленной шее другого, бритого наголо, приговаривая:

– Терпи, Сорока, сейчас мы тебя подремонтируем… Еще пару «бусинок», и будешь как новенький.

Бритый лишь молча скрежетал зубами. Зато его сосед, смуглый и горбоносый, низ лица которого был в кровавых волдырях – след плевка василиска, матерился по русски и по своему. Языка Шквал не знал, но интонация была вполне понятна.

Медсестра, молодая, в берцах не по размеру, берете и новомодном, с погонами сержанта, форменном платье от Юдашкина, сейчас особо нелепо выглядящем, умело бинтовала голову полицейскому в забрызганном кровью комбезе. Он стонал и всхлипывал.

Тут же торчала санитарная «Газель» защитного цвета с красным крестом. На пороге машины стоял чемоданчик с инструментами, в глубине которого тускло отсвечивала хирургическая сталь: скальпели, турникеты, пинцеты… Рядом – беспорядочная мешанина ампул, тюбиков и таблеточных упаковок.

Возле машины с потерянным видом бродил немолодой лейтенант медслужбы. Из мобилизованных, а может, беженец контрактник (сейчас многие стремятся в армию – хоть какое то дело, да и крыша над головой). Он явно не знал, что делать. Только жалобно тявкал в телефон:

– Нужны аппараты для переливания крови и инфузионной терапии, срочно!.. И аппараты искусственного дыхания. Нужны кровезаменители, хотя бы физраствор. Какие препараты? Любые! Я даже кордимида не нашел! Артефактами прикажете обходиться? Так и обходятся, а я в этом шарлатанстве не понимаю…

И в самом деле, в Зонах своя медицина. Вместо пенициллина – «стеклорез», вместо йода и зеленки – сок «разрывника», вместо бинтов – «магнето» или «глобула».

За те четверть часа, пока Шквал здесь был, двое умерли, но остальные шли на поправку.

Он вернулся на позицию ждать новой атаки…

* * *

И нарастающую дрожь почвы он в первый момент воспринял как очередной выброс.

Обороняющиеся тревожно загомонили и заоглядывались, но признаков нового нашествия не было.

Зато земля вздрагивала все сильнее. По полотну шоссе побежали трещины. Они смыкались друг с другом, разбрасывая черную крошку асфальта.

Затем придорожный ларек покачнулся и ушел в землю тонущим кораблем.

Края воронки осыпались. И гигантская туша медленно выползала наружу, волоча закованное в хитиновую чешую тело. Осыпалась земля с ходивших шатунами сочленений, грозно дергались жвалы. Дракс! Старый знакомый! Они редко выходят из воды, но могли довольно долго жить и на суше.

Мутантное чудище повернулось к Шквалу и, окончательно выбравшись из под земли, двинулось на него. А гранаты кончились.

Шестиметровое тело на множестве ножек. Панцирь, блестящий, как вороненая сталь, измазан в глине. Пилообразные передние лапы и чуткие щупы антенн, пытающиеся поймать направление. Жвалы интенсивно работали.

Его движения были медлительны. Его броня – неуязвима. Пули отскакивали от пластин панциря. Не зря из них делали бронежилеты даже на продажу. А у них ни «Мухи», ни завалящей «лимонки».

«Да сделайте что нибудь!» – захотелось ему заорать во весь голос.

И судьба услышала – воздух рассекла свистящая плеть и взревела вибрация обмоток. Подоспел Гамбургер со своей гауссовкой. Рассеченный дымящийся панцирь дракса обнажил серо желтую широкую трубу пищевода и судорожно трепещущие мышцы, все еще перекачивающие гемолимфу. Упало наземь недоразвитое крыло – отличительный признак молодняка.

Но за этим драксом полезли еще. Их тщетно поливали автоматным огнем, двоих окатили огнесмесью, кого то прибили из РПГ.

А вот у оборонявшихся уже не стало ни гранат, ни даже бутылок с бензином. А к ним ползут аж два панцирных мутанта.