Санитары подземелий - Дмитрий Пучков

– Чисто Бэтмэн! – покачав головой, сказал Кабан.

– Упражнение называется «Полет шмеля», – откомментировал инструктор. – Примерно вот так и действует эта штука, как маленькая лебедка. Она, так же как и бластер, всегда будет при вас по умолчанию. Основная польза – позволяет занимать высокие позиции, до которых некоторые умники не знают как добраться, – инструктор сурово посмотрел на Пушистого, – а попутно отменяет рокет джамп. Не насовсем, конечно. При уходе от погони обратный рокет джамп незаменим, потому как позволяет быстро оторваться и отстреливаться на лету. Вообще же скорость тяги превышает скорость бега, поэтому с крюком очень хорошо перемещаться быстро. Особенно это помогает при погонях и дальних заплывах. Правда, под водой надо не забывать держать клавишу «вперед» нажатой, иначе результат будет совсем не тот. Кстати, рекомендую сразу забить в консоли две вещи:

cl_blend 0

gl_polyblend 0

От воды останется только поверхность, а свет от озверина не будет застилать глаза. Отвлекся, давайте дальше. Людей прихватывать крюк не может, только тюкнет и сразу возвращается назад. Вреда причиняет немного, как бластер. Зато при таких попытках позволяет отследить тебя по тросику, так что дурью не занимайтесь. Еще одна область применения – прыжки с большой высоты. Вцепляемся крюком в пол, спрыгиваем, падаем – и никакого вреда организму и хыканья от прыжка…

– А как привязать?

– Легко. Прописываем в консоли, к примеру, так:

bind mouse2 «use grapple»

– А как повиснуть на стене?

– Тоже ничего хитрого. Выбираем крюк, выстреливаем его в нужную сторону, а во время полета или уже на месте меняем оружие. В этом случае по месту крепления и зависаем. А когда надо спрыгнуть, снова переключаемся на крюк и сразу сваливаемся вниз. Вообще-то висеть на одном месте не надо, вы не в тир мишенями устраиваетесь. Хорошо повиснуть над дверью, подождать, когда войдет враг, выстрелить ему в башку сверху, сразу спрыгнуть и добить его на пол. И твердо помним, что крюк меняется так же, как и оружие, – никуда не торопясь, поэтому сообразуем все переключения с ситуацией на поле.

– За небо цепляется?

– Нет.

Внезапно все насторожились. Со стороны входа как будто донесся чей-то голос. Мгновенно похватав оружие, солдаты бесшумно разбежались по помещению, занимая выгодные позиции. Голос становился все громче, и уже можно было разобрать, что это кто-то громко поет. А еще немного погодя стали слышны слова:

На реке навигация, на реке битый лед.

Скоро демобилизация, скоро дембель придет…

Чемоданчик мой дембельский, ни пылинки на нем.

Мы протрем его тряпочкой и домой заберем…

В проходе показался высокий человек, продолжавший распевать на ходу:

Не пойду в самоволку я, чтоб нажраться опять.

И бутылки по полочкам так и будут стоять…

Офицеры-начальнички не приснятся во сне,

И с холодной гауптвахтою не встречаться уж мне…

Бодрым шагом он направился к инструктору и, подойдя поближе, раскинул руки и радостно заорал:

– Всем – стоять, трамвай – прижаться вправо!!! Гоблин, камрад, как ты, жив-здоров, дорогой?!

Опустив оружие и тихо матерясь, солдаты понуро побрели к лестнице. Было от чего расстроиться: это и вправду оказался Лютый, появление которого никому ничего хорошего не сулило.

Гоблин наконец-то оторвал задницу от ступеньки и шагнул навстречу другу, протягивая руку. Вошедший протянул свою, и, с размаху ударив ладонь о ладонь, они обменялись крепким рукопожатием.

– Ну, как сам-то?

– Че как?

– Ну, и ты туда же… Как добрался?

– Да отвратительно! Два подпространственных прыжка, четыре месяца гибернационного сна. Я к этому делу никогда не привыкну. Как начнут в легкие эту слизь паскудную закачивать – хоть караул кричи.

– А кому сейчас легко?

– Это ты к чему?

– Да анекдот такой есть. Мужик в бане в парилке умер, приехала «скорая», полиция. Осмотрели труп, начали опрашивать друзей, что и как. Ну, один отвечает: «Да сидели, парились… А он ныл и ныл». Полицейский: «Чего ныл?» Друг: «Ой, мне тяжело, да ой, мне тяжело…» Полицейский: «Ну, а вы что?» Друг: «А че мы?! Кому сейчас легко?!»

– Да, смешно, – сказал пришедший, перестав улыбаться. – А ты-то как?

– Я? – Гоблин почесал подбородок, покрытый двухдневной щетиной. – А че я? Да как обычно. Пытки, расстрелы, – по лицу инструктора скользнула хищная улыбка. – Ты же сам знаешь. Одно здесь плохо – женщин нет.

– Так у тебя же жена есть, камрад!

– Ну, блин… – фыркнул Гоблин. – Ты бы еще маму вспомнил! – Лютый обернулся к солдатам, глянул на них, увидел сержанта и улыбнулся:

– О-о! Кабанчик! Как ты в целом?

– Нормально, – ответил сержант. – Вашими молитвами.

– Мы с Гоблином, Кабан, вообще никогда не молимся. Только псалмы поем по приколу, в стиле «диско». Молятся обычно те, кто напротив. Сколько у тебя уже боевых?

– Тридцать пять. Не считая учебных.

На Строггосе продолжалась война, плавно перешедшая в партизанское русло. Строгги попрятались по замаскированным гарнизонам, спустились в подземелья и оттуда проводили дерзкие вылазки на поверхность. Особого успеха они не имели, поскольку после разгрома в операции Alien Overlord и физического уничтожения военного руководства действовали слабо скоординированными, разрозненными группками. Однако в последнее время активность их стала расти, четко просматривалось наличие единого руководства. Взвод Кабана специализировался на перехвате караванов с оружием, однако зачастую принимал участие и в общевойсковых операциях. Последний выход был как раз таким.

– Однако! – удивился Лютый. – Тридцать пять! И сколько гекков в последний раз завалил?

– Точно не знаю, но вообще всех, что попались.

– Хвостов нарезал?

– Какие там хвосты…. В этот раз мы «чистильщиками» шли, во втором эшелоне за Мэдди, а вы же знаете, что за штурмовой группой редко что остается. Но тут на целое гнездо в сторонке напоролись. Бежим с Негативом по катакомбам, вдруг слышим – как будто песню кто-то поет. Конечно, не так круто, как вы… мастер… – Кабан шмыгнул носом. – Но тоже громко. И вроде как хором. Мы подкрались сверху, незаметно так, по-военному. А у них там вроде как сходняк какой-то: не то какой монстрюганский праздник, не то свадьба. Стоит опрошенная толпа гекков кольцом, лапами как в ладоши дружно так бьют, а внутри штук сорок по кругу в затылок друг за другом как козлы скачут. И все хором воют. А у нас только один BFG на двоих был. Ну, тут Негатив из него ка-ак дал в самую середину! Первый же Шар сдетонировал в середине круга так, что в воздухе аж туман кислотный повис. Кого сразу не порвало, орали так, что в Цербероне было слышно. Залегли, я Негативу – батарейки, он мне – свои патроны. Мы их враз к земле прижали, и все бы ничего, да BFG после восьмого выстрела отказал из-за перегрева. А Негатив ка-ак дернул! Ну и ручку отломал. Тут такое началось…. Один к нам прямо снизу на карниз запрыгнул, черт нерусский.