Магия до востребования - Олег Таругин

— Да, Ванюш, не советую пытаться связаться со своим шефом. Да и с этим фокусником-недоучкой — как там его, Симон, что ли? — тоже. Все равно от меня этого не скроешь, — ведьма притворно зевнула, томно прикрыв неживые глаза. — Да и рацию я того, замагичила маленько…

Вакулов, не останавливаясь и даже не вздрогнув, прошествовал по узкому проходу. Вряд ли ведьма именно читала его мысли — скорее, просто прекрасно понимала, какая идея может прийти в голову при мысли о бортовой радиостанции. Проницательная, сука! Вольф Мессинг в юбке, мля!..

В кабине все оставалось по-прежнему: второй пилот пребывал в глубокой магической отключке, а капитан лайнера сидел, вцепившись побелевшими от напряжения пальцами в штурвал. Третий член экипажа, вырубленный Иваном при посадке, сейчас тоже витал в каких-то непостижимых астральных далях: живая-мертвая постаралась, видать, не удовлетворившись анестезирующей силой вакуловского хука. Переключенная упырихой в режим громкой связи радиостанция исправно оглашала тесное пространство кабины голосом одного из пилотов-истребителей:

— …вторяю, борт «тридцать три-двадцать семь», немедленно подтвердите прием! Ваш пролет по данному маршруту несанкционирован, требую немедленно опуститься на эшелон «четыре-ноль» и выйти на связь!..

Капитан искоса взглянул на пилота: похоже, бедняга вовсе не воспринимает, что это к нему обращаются! Неужели это его ведьма так напугала? Блин, хреново! Еще собьют ненароком…

Вакулов стянул с головы второго номера радиогарнитуру и собрался было напялить ее на голову, однако летчик неожиданно обернулся к нему:

— Не получится, я пробовал. Она что-то сделала с радиостанцией, работает только на прием. Нас никто не слышит.

Иван размышлял несколько секунд:

— Далеко до Москвы?

— Рядом уже, минут двадцать лёта. Только на городские аэродромы нас все равно не пустят, на Чкаловском посадят или в Кубинке. А если сейчас на связь не выйдем, могут и вообще сбить. Кстати, у меня недавно на радаре такие странные отметки были, как будто по нам…

— Ясно, — не дослушав, перебил Вакулов — не хватало только объяснять и без того перепуганному пилоту, куда и чьими стараниями делись запущенные по ним зенитные ракеты. — Какие-то общепринятые знаки у вас есть? Ну крыльями там помахать, габаритные огни зажечь или еще что? Короче, дай им понять, что у нас проблемы со связью, но мы готовы выполнять их требования.

— А мы готовы? Разве она?.. — едва ли не против воли летчик понизил голос. Похоже, Иван угадал, и виданную всего лишь раз ведьму он боялся куда больше капитана. Даже несмотря на то что ножом в горло ему тыкал как раз последний.

— За нее не беспокойся, — мрачно буркнул Вакулов, постаравшись придать голосу побольше уверенности. — Я уж с ней как-нибудь сам разберусь…

Круто развернувшись, он собрался было покинуть кабину, но в последний момент остановился:

— Слушай, летун, у тебя сигареты есть?

— Не курю, — удивленно ответил пилот, — глянь у Валюхи в кармане, он вроде курящий.

Вакулов кивнул, без особого труда обнаружив искомое в брючном кармане бесчувственного Валюхи. И не в силах больше сдерживаться (точнее, не желая лишний раз злить живую-мертвую сторонницу здорового образа жизни — во оборот, а?!) закурил прямо в кабине, одну за другой сделав несколько судорожных затяжек.

Пилот поморщился, но спорить не стал, внезапно ожившим голосом задав вопрос:

— Что, давно не дымил?

— Угу, — Иван снова затянулся, в сердцах сообщив, — понимаешь, эта сука дохлая отчего-то табачный дым не переносит… — в следующий миг он осознал, сколь глупо это прозвучало: капитан будто жаловался закадычному другу на «запилившую» его супругу, даже зимой заставляющую благоверного выходить курить на балкон. Вакулов громко хрюкнул, с трудом сдерживая готовый вырваться наружу смех.

Не уловивший всех нюансов столь необычной реакции «террориста», пилот с удивлением взглянул на капитана. Иван же, совершенно неожиданно даже для самого себя, вдруг принял некое решение, выдернув из кармана второго пилота замеченную во время поисков сигарет гелевую ручку. Покачав головой в ответ на непонимающий взгляд летчика, он быстро нацарапал на оторванной от сигаретной пачки картонке восьмизначный номер, приписав ниже: «как сядем, позвони, скажи, капитан Иван Вакулов просит помощи, опиши, где, что и как». Сунув писульку пилоту, он, не оборачиваясь, покинул кабину. Еще неделю назад капитан и представить себе не мог, что даст постороннему и непосвященному человеку прямой экстренный номер дежурного оператора Приюта! Да что там оператора — самого шефа, Георгия свет Ростиславовича! Но, похоже, сейчас пошли такие игры, в сравнении с которыми вся их былая деятельность стала просто детскими игрушками. А значит, можно смело плюнуть даже на основу основ — конспирацию. Ведьма встретила его возращение иронической ухмылкой:

— Фу, а накурился-то! Просила же без табака обойтись.

— Вот и намагичила бы, чтобы не хотелось, — огрызнулся Иван, плюхаясь в соседнее кресло. В тот же миг самолет ощутимо качнуло с крыла на крыло: пилот привлекал внимание истребителей. — Ты-то, может, и просила, но уши-то у меня пухнут, не у тебя! На фига рацию испортила? Вот собьют нас сейчас — и привет. Тебе-то, может, и ничего, а вот мне…

— Не собьют, Ванечка, не переживай. Ты им живой нужен. Или, по крайней мере, более-менее неповрежденный. Иначе ведь никакой некромант не справится…

— Это в каком смысле? — опешил Вакулов.

— Да неужели ты думаешь, что про наше с тобой возвращение никто из власть имущих еще не прознал? Не-ет, Ванюша, они нас прямо в аэропорту взять попытаются. Ну или куда там нас посадят? На военный аэродром, наверное?

Капитан сразу и не нашелся, что ответить. Нет, он, конечно, давным-давно сбросил розовые очки (да и были ли они вообще? При его-то специфике работы?) и прекрасно понимал, что в среде магов есть превеликое множество агентов государственных спецслужб — и наоборот. Но вот что касалось последнего заявления ведьмы, которому Вакулов отчего-то склонен был очень даже доверять? Ведь Служба, по недавнему заверению Симона, его потеряла. Да и ведьма вполне грамотно изъяла его из череды происходящих событий. Как же их так быстро вычислили? Ну угнал кто-то самолет, ну перехватили его на подлете к столице и вот-вот посадят на пригородный аэродром… и что с того? Мало ли таких, ушлых да отмороженных? Почему именно он, беглый капитан и — как там у классика? — «бывший лучший, но опальный стрелок»?[31]

Вакулов обернулся к живой-мертвой:

— Почему… почему ты так уверена?

— Ох, Ванечка, да ты ж сам прекрасно понимаешь! Ваши следят за нами, наши — за вами… все старо как мир. Что самое обидное, меня хотят прижучить и те, и другие, и третьи, но я тоже кое-что придумала. Так что не переживай, прорвемся. Ты, главное, мне не мешай, ладно… любовничек? — с явной издевкой докончила она.