Мир жизни и смерти 4 - Павел Пуничев

— И что, это всё?

Оказалось, что нет. Не знаю, успел ли я проклясть себя, за этот вопрос, когда из разрушенного саркофага начало подниматься еще одно тело. Дальнейшее проходило как в тумане. Вот я прячусь за одним из столбов: сердце ломает грудную клетку, стараясь выпрыгнуть наружу, в глазах серо от ужаса, а я молюсь Богине жизни, отсчитывая секунды обратного отсчета. Время растянулось до бесконечности, секунды, как века с тяжелым грохотом падают на часы вечности, глухим звоном отдаваясь у меня в ушах.

4... 3...

Внимание! Хранитель замка "Логова Демона" погиб. Повторный призыв возможен через одни сутки.

2...

Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

1...

Облако перегретой плазмы разрывает мою грудь, наконец, выпуская взбесившееся сердце на волю, а клубы огня рвутся вперед, полностью заполняя все окружающее пространство.

Тишина. Пепел серыми хлопьями кружит в раскалённом воздухе, опадая и вновь взлетая в воздух, закручиваясь вихрями и протуберанцами. Тишина.

Длинная костлявая рука вползла в поле моего зрения, схватила меня за горло, вздергивая в воздух. Вслед за рукой появилось лицо. Оно мало отличалось от предыдущего, хотя при жизни оно явно принадлежало мужчине и светящиеся глаза тоже отсутствовали: веки когда-то были сшиты грубыми нитями, да так и высохли до мумифицированного состояния. А вот ноздри, не смотря на отсутствие носа были очень живыми, и не успокоились, пока не обнюхали меня с ног до головы. А затем он уронил меня на пол и заговорил, так растягивая слова, что иногда его было трудно понять.

— Де-е-емо-о-он? По-о-о-че-е-ему-у де-е-емо-о-он? Мы-ы жда-а-али-и че-е-ерно-окни-ижни-и-ика-а.

Мертвяк замолк и вопрошающе уставился на меня зашитыми глазами.

Что-то в груди у меня щелкнуло, убирая преследующий нас беспрерывный ужас. На душе стало так легко, что я, наконец, полностью смог осознать выражение: "Гора с плеч свалилась".

— Чернокнижника? Ты ждал чернокнижника?

— Ко-о-оне-е-ечно-о-о. Пу-у-ути-и-и го-о-о-то-о-овы-ы-ы. Ну-у-уже-е-енпро-о-ово-о-одни-и-икме-е-ертвы-ы-ых. Клю-ю-юч у те-е-ебя-я-я, но-о-о ты-ы-ыне-е-ече-е-ерно-о-окни-и-ижни-и-ик.

— А! Чернокнижника! — Картинка со щелчком сложилась у меня в голове, — чернокнижник был… чернокнижник будет… но сейчас его нет. Он оказался слишком слабым для этой ответственной миссии, и мне пришлось его удалить, и принести ключ самому. Приказ с самого верха. Вернее, с самого низа, — я ткнул себе пальцем под ноги, — с девятого круга ада. Вам, кстати, большой привет от начальства и небольшой презент от Самого, из лучших виноделен преисподней с дополнительными пожеланиями безграничной силы и мощи!

Я вытащил из сумки пыльную бутыль демонского вина и сунул ее прямо к дергающимся ноздрям мумии.

Тот принюхался и удовлетворенно кивнул, забирая ее у меня из рук:

— Э-эне-е-ерги-и-и-я-я-я.Мно-о-ого-о-о.Хо-о-оро-о-ошо-о-о.

Мумия пару секунд помолчала, а затем спросила:

— Где-е-е мо-о-о-я-я-я су-у-упру-у-уга-а-а? Хо-о-очу-у-у ра-а-аспи-и-ить ви-и-ино-о-о с не-е-ей.

— Жена? Какая жена? — Зачастил я, бросил взгляд на отдельно друг от друга валяющиеся конечности и небольшой кусок черепа оставшиеся от уродины и громко сглотнув сказал, — А! Ваша жена! С ней все отлично, она вышла по своим дамским делам. Душу — другую там выпить, растерзать какой-нибудь труп.., да мало ли что...

— Ве-ерти-ихво-остка-а, — недовольно пробурчал мертвяк, когтем отщелкивая пробку на бутылке и жадно присасываясь к горлышку, — и-и-иди-и-и де-е-емо-о-он, при-и-иве-е-еди-и-и че-е-ерно-о-окни-и-ижни-и-ика-а-а, то-о-олько-о-о по-о-ото-о-оро-о-опи-и-ись, я-я у-у-уста-а-ал жда-а-ать!

Мертвяк отвернулся и приложился к бутылке еще раз.

Я никуда не шел: застыл с открытом ртом и поднятой рукой, направленной на мумию, выдавая нечленораздельные звуки. Все это было, потому что мертвяк начал дымиться. Сначала слабо, а затем все сильнее и сильнее пока не вспыхнул жирным чадящим пламенем. Но мумия не обратила на это внимания, продолжая поглощать вино, пока не выпила последнюю каплю. Отбросила в сторону бутыль, повернулась, уставился на меня.

— Ты-ы-ы е-е-еще-е-е зде-е-е-сь?! Ох ты ж, ёпть...

На этом мудром замечании одна из его бедренных костей выпала из тазового сустава, за ней вывалилась вторая и тут же вся фигура окуталась неудержимым, ревущим пламенем, кости посыпались одна за другой. Последним, лишившись нижней челюсти, свалился череп, зазвенев упавшей короной. Я механически нагнулся, подбирая царский головной убор.

Поздравляем! Найдена вторая часть портала в мир мертвых 2/4.

Поздравляем! Царь Спящих уничтожен. Уровень???

Я икнул и ошарашено пробормотал:

— Обоих траванул, нафиг. Охренеть.

Но логи не успокоились, продолжая доставлять информацию:

Убийство Царя Спящих невозможно, награда не предусмотрена.

Я мало обратил на это внимания, на автомате обошел чадящие останки, поднял вторую корону, свалившуюся с его боевой подруги и его посох.

Я оглянулся вокруг еще раз — кажется мне только что удалось избежать неминуемой смерти.

Поздравляем найдены все части портала в Мир Мертвых, желаете объединить их?

Ответить я не успел: мир померк и появились новые логи, только уже красные.

Ошибка игровой сессии. Начата процедура принудительного вывода из игры.

3...2...1...

Темнота сменилась размытой серостью, затем снова темнотой, в свою очередь сменившаяся разноцветными мутными пятнами, затем к пятнам добавилось невнятное бормотание слуховых галлюцинаций, медленно трансформирующиеся в непонятные слова.

— Броневой! Что ты опять натворил? Почему тебя выкинуло из игры?

— Марья Алексеевна, он вас не слышит, — ответил ей знакомый мужской голос, — а если и слышит, то ответить не может.

Соглашаясь с этим сообразительным человеком, я пошамкал пересохшими губами, выдавая набор нечленораздельных звуков. Поморгал глазами, превращая размытые пятна в пару склонившихся надо мной лиц. Стоило мне раскрыть глаза, как надбровные разбрызгиватели прыснули в них растворенный в физрастворе лекарством, губки прошлись по глазам, смывая накопившийся за неделю гной.

— Да чтоб вас черти драли!

В этот раз мне удалось выразиться достаточно внятно.

— Вроде норм, надо его вытащить отсюда.

Я ухватился за протянутые руки, с трудом вываливаясь из открытой капсулы.

Васильич тут же сунул мне в руки стаканчик с энергетиком.