Лед - Лалин Полл

– Конечно. – Взгляд Мартины на мгновение устремился на Шона.

Миссис Осман демонстративно проследила за взглядом Мартины. Все остальные присутствующие повернулись в ту же сторону.

– Да, я бы тоже хотела так считать. – Осман начала обтекаемо. – Стало быть, мог бы кто-то, к примеру, имеющий гибкие… моральные нормы в отношении личной жизни, перенести их на… деловые отношения?

– Вы меня в чем-то обвиняете? – Мартина сразу приняла боевую стойку.

– Разве это не правда, – продолжила миссис Осман, – что вас обвинили в краже драгоценности – ожерелья, если не ошибаюсь, – у жены мужчины, с которым у вас была любовная связь? Когда вы жили в Женеве. У меня где-то записаны даты.

– Это обвинение было низкой ложью, и его отозвали! – Мартина покраснела, что произошло впервые на памяти Шона. – Мне его подарили, у меня и мысли не было, что оно принадлежало ей. Я вернула его.

– Но только после угрозы судебного преследования.

Мартина издала возглас бессильной ярости.

– Она была старой и ревнивой и хотела отомстить.

– Где ваша женская солидарность, миссис Осман? – подключился Соубридж. – Я считал вас феминисткой.

– Правосудие прежде всего. – Миссис Осман продолжала тем же спокойным тоном. – Мой профессиональный опыт показывает, что люди, склонные к интрижкам, также имеют склонность и к… сделкам с совестью. И поэтому, мисс Деларош, у меня есть причина сомневаться, что поездка на Шпицберген была такой безупречной, какой вы ее нам представили. Я полагаю, что, несмотря на ваше совместное предприятие, между вами и Томом Хардингом не все было гладко, поскольку он оставался другом бывшей жены мистера Каусона и, справедливо или нет, считал вас ответственной за их развод. Я полагаю, вы недолюбливали мистера Хардинга, мисс Деларош.

– Я до сих пор сожалею об этой трагедии! И вы обвиняете женщину за то, что в нее влюбился мужчина? – Мартина опустила глаза. – Шон был очень настойчив, и я не смогла устоять. Я вначале не знала, что он был женат. И для меня это не предмет гордости.

Шон подался вперед – он был потрясен. У него перед глазами стояла Мартина в сауне берлинского отеля «Кемпински», спрашивавшая его, нравятся ли ему ее загорелые формы. Он пытался держать обещание, данное Гейл, – больше никаких адюльтеров. Но Мартина сняла купальник, открыв светлые участки своего загорелого тела, и сказала: ей известно, что он женат, и ее это даже больше устраивает. Он видел как сейчас, как она нависает над ним, и он не может сдержать свое естество.

– Я хотела понравиться Тому, – сказала Мартина миссис Осман. – Я знала, как много значит его дружба для человека, которого я люблю. И да, я хотела, чтобы он ценил мое участие в этом деле, а не вел себя так, будто он один устроил все это, а я – просто очередной бесчестный бизнес-партнер.

Миссис Осман выдержала театральную паузу, прежде чем произнесла совсем тихо:

– А было ли бесчестье?

– Я не говорила этого! Я имела в виду его отношение: он считал нас всех бесчестными капиталистами, а себя – святым, явившимся, чтобы вывести всех нас на чистую воду. Так что да, его отношение мне не нравилось. И да, ему не нравилась я. Но это никак не связано с несчастным случаем и с тем, сколько сил мы положили на поиск обоих пропавших и как я сожалею о его смерти! Я не знаю, что вы пытаетесь мне сказать, кем меня выставить и почему подвергаете сомнению мою порядочность. Это оскорбительно!

Шон убрал ладонь от своих губ. Мартина, явив по воле Осман свою подлинную личину, выставила себя в самом жутком свете. Расчетливая, дерзкая, надменная. Он услышал, как Соубридж шумно втягивает воздух, и понял, что он чувствует то же. Миссис Осман мягко кивнула:

– Я просто ищу правду относительно…

– Я скажу вам правду, – перебила ее Мартина. – Ледяная пещера обвалилась, Том провалился и умер. Это был ужасный несчастный случай, и я тут ни при чем. Я бы ни за что сюда не пришла, если бы знала, что со мной будут обращаться так. – Она взглянула прямо на Осман. – Так отвратительно.

– Правда часто бывает такой. Спасибо, мисс Деларош. – Миссис Осман села на место.

Шон смотрел на свои руки, пока взбешенная Мартина шла обратно к ним. СМИ сожрут его. Каким вообще образом Осман пронюхала, что Том в чем-то винил Мартину? И тут он подумал о вечной занозе в заднице – о Руфи Мотт.

Пораженный тем, как Мартина представила начало их отношений, он не решался заговорить с ней, пока они не останутся наедине. Она все совершенно извратила. Когда объявили перерыв, Шон извинился и направился в туалет, предоставив Соубриджу упрашивать ее составить ему компанию, пока он быстренько перекурит на пожарной лестнице, одновременно инструктируя ее, как вести себя дальше. Вернувшись на свое место, Шон уткнулся в телефон и сидел так, пока они не вернулись. Без единого слова Мартина поняла, что он сердится, а он понял, что ей все равно.

Далее все знакомились с «видеооткрыткой», как назвал ее коронер, от мисс Рэдианс Янг, соинвестора виллы «Мидгард». Коронер просил мисс Янг дать показания по скайпу, если она не может присутствовать лично, но связь была такой плохой, словно китаянка находилась в космосе. Тем не менее она прислала ответы на его вопросы.

Экран засветился, и на нем появилась улыбающаяся Рэдианс. В белой спортивной форме с полосками на рукавах, она сидела на фоне синей мозаики с кириллическим логотипом. Ее волосы были собраны в хвост, открывая уши с маленькими, но лучистыми бриллиантовыми сережками.

– Привет, Шон, – сказала она в камеру. – Привет всем, кто ведет процесс. Привет, Джо, ты шалун, если ты там тоже. Привет, Руфь Мотт, леди Медведица. – Она больше не улыбалась. – Привет, Мартин. – Она подалась вперед. – Сначала я хочу сказать: пожалуйста, передайте семье Тома, мне жаль, что мы не нашли его. Очень жаль. Спасибо вам, что донесли это до них. – Она взглянула вниз на что-то у себя на коленях. – Я собираюсь ответить на все вопросы один раз, верно? Ладно. Мы хорошо проводили время вместе, никакой такой возни-грызни, кроме хмурой леди Медведицы и Джо в ресторане. Но все любили Тома, без вопросов, все было круто! Самолет Джо был очень душевный, вилла «Мидгард» очень прекрасная, так что молодец, Мартин, ты справилась. Хороший вкус, плохой человек – это не шутка!

Коронер остановил запись.

– Когда мисс Янг говорит «Мартин», я так понимаю, она имеет в виду мисс Деларош. Верно, мистер Каусон?

– Полагаю, да, – кивнул Шон.

Он чувствовал, как Мартина, сидевшая позади него, насторожилась. Соубриджу явно не удалось умаслить ее.

– Джо поехал со мной к пещере, – снова зазвучал голос Рэдианс с экрана. – Очень сильный мужчина, но старый тоже, да? Нехорошо в узких местах, я ему сказала, когда мы вышли. Дышал вот так. – Рэдианс закрыла глаза и, скорчив гримасу, задышала быстро и прерывисто. – Я думала, он умирает от сердечного приступа. Но стало даже хуже! Плохой звук внутри – и тогда Мартин начинает вопить, вся никакая и кричит, и плохая погода приходит ниоткуда. Ниоткуда, как это бывает там. – Рэдианс покивала с глубокомысленным видом. – Мы вернулись в первое место, под лестницей, но и там могли чувствовать тряску стен – вот так. – Рэдианс затряслась всем телом.