Тайяна. Влюбиться в небо - Галина Гончарова

* * *

Соседи словно дали обет – все как один – позабыть Валайру как страшный сон. Как Рошер понимал их! Сам бы позабыл, да не получится. Особенно после того, что он увидел. Все в один голос твердили, что вроде как она жила здесь, но это ж так давно! Чуть не пятнадцать лет тому! Целая жизнь!

Торес Шардан говорил, закатывая глаза, что видеть вот это в своем саду… ужасно! Он чуть от ужаса не помер! Какая б Валайра не была дрянь, все одно – нельзя так с людьми!

Рошер заинтересовался, почему именно дрянь, – и получил исчерпывающие разъяснения примерно того же свойства, что и от Славеруса.

Шпионила, пакостила людям, распускала сплетни, не прочь была прыгнуть в постель к чужому мужу, разбила семью… Гадина та еще. Да что далеко ходить – их сын из-за Валайры с женой сильно поссорился. Вали была уверена, что он на ней женится, а Лерн Шардан не захотел. Переспал с ней, да и женился на другой. Более доброй и умной. И несравненно более порядочной. Вот Валайра и отомстила.

Кто может рассказать в подробностях?

Да, пожалуй, только сар Турмис. Если он чего-то не знает, считай, что вы и ни от кого не дознаетесь. Сам-то Шардан не то чтобы ко всему прислушивался, неинтересно ему это, да и не нужно. Не важно. Сын вырос и улетел из родительского гнезда, кстати, вместе с женой. Как Валайра ни старалась им подгадить – не получилось.

А кому еще?

Да, кажется, кому-то… Но подробностей даже и не просите. Он что – вздорная баба, чтобы сплетни собирать?

Жена его? Кайта Шардан тоже не отличается любовью к болтовне у колодца. И вообще… идите-ка вы, а? Ходите тут, вопросы задаете…

Рошер вздохнул и отправился на поиски сатро Турмиса. Впрочем, того и искать не пришлось. Сей сатро действительно был в курсе всего происходящего на улице: стоял, облокотившись на забор, и с интересом наблюдал за Рошером.

– Мое почтение, сар Турмис, – недолго думая, раскланялся Вайст.

– И вам доброго дня, сатро Вайст. – Турмис улыбнулся. Вид у дедушки был благообразный донельзя, так что у Рошера аж зубы заболели. Точно прохвост. Но полезный ли? Сплетник – лучший друг сыщика, это Рошер уже понял.

– Вы меня знаете?

– Валайра такой шум подняла, что сложно не узнать. Да и то сказать – вы личность в нашем городке заметная. Руки лишились, пенсию от казны получили…

– Ну, сатро!

– Так слухами земля полнится, – усмехнулся старик.

Рошер посмотрел в хитрые голубенькие глазки:

– Сар, а вы со мной ли не поделитесь частью слухов? Или тоже верите, что моя подруга виновна в убийстве Валайры?

– Как не поделиться, – усмехнулся сар. – Вы проходите ко мне в дом-то, ланти попьем. Я в молодости в Равхе был, там они этот напиток уважают. Я и наловчился варить, человека угостить не стыдно. Да и на всю улицу о своих делах кричать не след.

Рошер заметил, что про виновность Тайяны старик и слова не сказал. Но…

Кухонька была маленькой, но очень чистой. Беленые стены, выскобленный до блеска пол, чуть ли не прозрачная посуда на полках. Но чего-то не хватало.

Рошер всматривался, пока не понял: уюта. Женщина это дело иначе обставит. Тут и яркие полотенчики появятся, и прихваточки-занавесочки, и вышивки, и вазочки… А здесь – ничего.

– Вы один живете, сар? – для проверки спросил Рошер.

Сар Турмис кивнул, выставляя на стол специальный сосуд для ланти и коробочки с пряностями.

– Как жена померла два года тому – так один и остался. Ходит тут одна… Помыть, убрать, еще чего по хозяйству… – Сар Турмис подмигнул Рошеру, и тот впервые пристально оглядел старика.

А старика ли?

Ну да, лет шестьдесят, но не старик, вовсе ведь не старик. Впечатление создается из-за окладистой белой бородки и седых волос, но и только-то, а так морщин, на удивление, мало, глаза задорные и яркие, да и тело под мешковатой одеждой не кажется по-старчески высохшим, совсем нет. Этакий боровичок, который, может, вовсе даже и ядовитый мухоморище.

– Надеюсь, ваша подруга в порядке?

– Да, сар, благодарю вас. Тайяна, конечно, понервничала, но сейчас в полном порядке. Живет у друзей…

– Это у Авельенов, что ли?

– Все-то вы знаете, сар.

– Чего уж тут герб не узнать? Семья известная. Младший уже женат, значит, старший подсуетился, нет?

Рошер промолчал.

– Вроде как у него невеста была, у старшего-то? Или ошибаюсь?

– Ошибаетесь, – не выдержал Рошер. – Вы про Валайру рассказать хотели, сатро?

– А что не поговорить с достойным собеседником, – сар Турмис усмехнулся. – Оставим вашу подругу, раз у нее все благополучно. Знаете, на мой взгляд, это все Вали виновата.

– Вали?

– Ну, Валайра-старшая. Жена Славеруса. Я ведь тут, почитай, с детства живу, всех знаю. Вали мне никогда не нравилась…

– Старшая?

– Сатро Вайст, давайте договоримся. Раз уж у Тенсора на большее фантазии не хватило – буду я старшую Валайру, с которой это и началось, называть Вали, как в детстве привык, а младшую Атион – Валайрой. Пойдет?

– Вполне, сар. Я слушаю.

– Ну, слушайте…

С точки зрения Турмиса, Валайра-старшая совершила одну, но главную ошибку. Не родила Славерусу еще детей. Глядишь, был бы Тенсор не один – человеком бы вырос, а не паразитом при властной и умной матери. Но там так получилось…

– Я-то знал, от кого она Тенсора родила.

– И от кого же?

– Вам это, сатро, ни к чему, он умер уже давно. Да и Тенсор про него не знал.

– Ой ли?

– Как Вали умерла, он пытался правды искать, да только кто ж ему расскажет?

– А вы, сар?

– А что я? Знаете, Тенсор мне никогда не нравился. Гнусная тварюшка, правду сказать, еще в детстве мерзким мальчишкой был. Думали, потом выправится, ан нет, гнилое дерево на доски не распустишь.

– И в чем это выражалось?

– Да так сразу и не скажешь. Вроде особых признаков и нет. Ну, чуть трусливее, чем обычные ребята, чуть подлее, чуть гнуснее, но по совокупности-то сразу видно – гнида. Неужто, сатро, среди ваших знакомых таких людей не встречалось?

– Еще как.

– Вот и я о том же. Все знали, все понимали, но Вали никто не жалел. Она девочка была хваткая, лавочку открыла, торговать начала, да так это дело лихо пошло, что Тенсор быстро нос задрал. В къянтийский шелк одевался, павлином расхаживал.

– А Славерус?

– Этот – нет, другой он был, совсем другой. Эх, занесло ж волка в лисью стаю, так и шкуру сняли…

– То есть?

– Вали ему ведь детей не родила. Не хотела больше. Я даже знал, у кого она зелье берет, чтобы детей не было. Советовал Славерусу поговорить с ней по-хорошему, но куда там! То ли он ее любил, то ли ему удобно было – Бог весть.