Из чужого мира - Николай Степанов

В это же время, загородный особняк на юго-западе от Москвы

– И это все, что ты хотел мне сказать, Виталий?! – закончив просмотр видео, грозно спросил тучный мужчина.

– Нет, вот еще. – Парень испуганно кивнул в сторону седого.

– Кого это ты сюда притащил? – Тон ничуть не изменился.

– Никодим Васильевич, мы могли бы переговорить наедине? – Неизвестный Жукову гость в окружении гориллоподобных телохранителей держался абсолютно свободно.

– С какой стати? – Полководец вдруг сообразил, что мужик назвал его настоящее имя, которое было известно строго ограниченному кругу лиц.

– Я буду говорить о вещах, которые позволят за месяц увеличить прибыль вашего предприятия в десять раз. Хотите сделать ее достоянием всех здесь присутствующих?

– Ладно, уважим гостя. Все вон отсюда! – После выполнения приказа в комнате остались двое.

– Анисим Валентинович, – представился седой и сразу заговорил о деле: – Средство, действие которого вы сейчас наблюдали, не затормозит ваш основной бизнес. Скорее наоборот. Таблетки могут увеличить количество потребителей вашего товара.

– Думаешь, я поверил в эту чушь? – Хозяин кивнул в сторону экрана.

– Господин Жуков, такой человек, как я, не рискнул бы принести сюда откровенную туфту. Лучше уж сразу в петлю залезть.

– Откуда ты знаешь мое настоящее имя?

– Вы слишком громко думаете, уважаемый. Например, сейчас подозреваете Курносова в предательстве и выбираете способ его убийства. Но он правда не заслуживает столь жестокой казни.

– Какой?

– Заливать глотку расплавленным свинцом… это как-то неэстетично и отдает дремучим средневековьем.

– А копаться в чужих мозгах? – побледнел Жуков.

– Иногда бывает полезно. Например, чтобы быстрее наладить контакт.

– А если я сейчас прикажу кое-кого на ноль помножить, какие песни ты запоешь?

– Вы готовы отказаться от миллиардов, только чтобы потешить свое самолюбие? Не верю. У серьезных людей на первом месте дело, а уж потом все остальное. Или я не прав?

– Складно говоришь, но пока из всей болтовни меня еще ничего не заинтересовало по-настоящему.

Онзи сразу почувствовал человека, трудно поддающегося внушению. С таким требовалось действовать аккуратно.

– Хорошо, давайте о деле. Виталий принес сюда сто таблеток, которые можно пустить в продажу по бросовым ценам. Причем распространять их следует среди особо запущенных клиентов, некогда находившихся наверху, а потом сброшенных оттуда. Я имею в виду артистов, журналистов, политиков…

– Зачем?

– Излечившись, они быстро распространят информацию о чудодейственном средстве, которое не только избавляет от зависимости, но вдобавок омолаживает организм.

– Допустим, – кивнул Жуков.

– В результате к вам хлынут тысячи желающих толстосумов. Поправить здоровье и помолодеть охота каждому.

– А сам? Ты эти таблетки принимаешь?

– Нет. И вам не советую.

– Почему?

– Вы же свою продукцию тоже не употребляете.

– К чему она приводит, знают все. А твои таблетки?

– За все хорошее рано или поздно приходится платить, – ответил Анисим. – Мое лекарство лет через пять втрое повышает риск умереть от сердечного приступа. Но это ведь легкая смерть, не правда ли?

– Возможно, – задумался Полководец. Если бы собеседник принялся уверять, что средство абсолютно безвредно, то разговор на этом бы и закончился. Но таблетки оказались отнюдь не безобидными. – Сколько товара имеешь на руках?

– Несколько сотен тысяч доз. Их желательно распространить в ближайшие сорок дней. Готов вложить в дело и собственные немалые деньги, чтобы потом иметь долю с прибыли.

– Не пойму я тебя, Анисим. Почему пришел ко мне? Деньги имеются, рецепт, если Виталик не соврал, знаешь…

– К сожалению, не я один, – придумал на ходу Онзи. – Но у конкурента пока нет партии товара. Получит ее, самое раннее, через два месяца. К этому времени рынок должен быть нашим. С вашими связями полагаю, это сделать несложно.

– Возможно.

Агент Зира наконец пробил брешь в стене недоверия. Требовалось закрепить успех.

– На какой счет перевести деньги?

– А ты не боишься, что я просто возьму их, а сотрудничать с тобой не буду?

– Нет.

– С чего вдруг такая уверенность?

– Свое я могу забрать в любой момент. А при большом желании – и чужое прихватить. Даже из самого надежного банка.

– И каким образом?

– Хотите посмотреть?

– Заинтриговал.

– Я позвоню, с вашего позволения?

– Звони.

Онзи набрал номер Гурзаева:

– Рустам, мы тебя ждем.

Через секунду в комнате объявился кавказец:

– Здравствуйте, уважаемый.

Полководец молниеносно выхватил ствол. Едва удержался, чтобы не выстрелить:

– Кто это?

– Мой ученик.

– Как он здесь оказался? Или мне это кажется? Гипноз?

– Нет, телепортация. Для него вообще не существует стен.

– Не верю!

– Своим глазам или мне?

– Пусть он исчезнет! – распорядился Жуков.

По знаку учителя кавказец выполнил приказ.

– Опасный ты человек, Анисим.

– Но я ведь не собираюсь с вами враждовать, Никодим Васильевич.

Когда я рассказал Семену обо всем, что случилось сегодня утром, он надолго задумался. С минуту парень смотрел куда-то сквозь стены, потом сфокусировал взгляд на мне:

– Зеркало было треснутым?

– Точно. Кстати, помнишь мой первый сон, в котором я тебя видел с зеркальными глазами?

– Ну…

– Я тогда не упомянул одну деталь: именно трещина в зеркале помогла избавиться от оков.

– Откуда она взялась?

– После моего удара.

– Мне в глаз?

– Ну, это же сон… – Все равно почувствовал себя неловко.

– Твою ж недосказанность и мать ее путаницу под рентген прозорливости! А ну, пойдем к зеркалу!

Мы перебрались в прихожую.

– Нет, это слишком большое. Жалко бить. Надо у Виктора спросить.

– Он за хлебом ушел, но у нас в комнате есть настольное. С две ладони.

– То что надо! Неси.

На кухне Зайцев положил зеркало на стол:

– Здорово, что оно в рамке. Бей.