Квинтет времени. Книга 5. Острова во времени - Мадлен Л`Энгл

Если Полли не способна понять его веры в то, что земля требует крови, не ужаснется ли он точно так же при мысли о трущобах современных городов, об уличной преступности, о торговле наркотиками, о ядерных отходах? Как могут звездные линии быть связаны с городским насилием и человеческим равнодушием?

Два каноэ сошлись бок о бок. Анараль ухватилась за руку Полли, одновременно подбадривая подругу и стягивая лодки поближе.

Тав встал, ловко балансируя в лодке, и переступил в соседнее каноэ. Лодки слегка качнулись, и все. Усевшись, Тав протянул весло Полли:

– Ты умеешь управлять каноэ?

– Да.

– Если будешь держать вправо и в сторону берега, то приплывешь в деревню Тынака.

– Хорошо.

– Клеп, – вполголоса проговорила Анараль, – дай своей ноге время зажить. Смотри не перегружай ее.

– Я буду осторожен, – пообещал Клеп. – И ты тоже береги себя! Береги себя, береги себя!

Было очевидно, какой глубокий смысл стоит за этими словами.

– Хорошо, – заверила его Анараль. – Хорошо.

– Держи весло! – сказал Тав Полли.

Не понимая, чего он хочет, девушка послушалась. Он притянул каноэ за весло, так что Полли и Тав оказались рядом. Одним пальцем он ласково коснулся ее губ – и то был самый чудесный поцелуй, какой она когда-либо знала. Полли протянула руку и коснулась в ответ его губ.

– Ах, моя Пол-ли! Ну, все.

И он оттолкнулся от ее весла.

Полли выжидала, провожая взглядом каноэ с Тавом, Анараль и Волчонком, уплывавшее на ту сторону озера.

– Тав хочет проложить связь между вами. – Голос Клепа звучал тепло и мягко.

Полли развернула каноэ в ту сторону, где, по словам Тава, находилось селение Тынака.

– Ты думаешь, он меня любит?

– «Любит»? Что значит «любит»? – переспросил Клеп.

Было ли это слово в блокноте епископа Колубры?

– Ну, когда двое очень хотят быть вместе, это называется «они любят друг друга».

– «Любят», – повторил Клеп. – Это значит «соединиться»?

– Ну да. Когда кого-нибудь любишь, ты готов сделать все, чтобы ему помочь. Это как друзья, только гораздо больше!

– Линии между вами, – сказал Клеп. – Они становятся короткими, так же как линия между Анараль и мной стала совсем короткой, а теперь она растягивается… – Он с тоской посмотрел в сторону каноэ, где была Анараль.

– Да. Это и есть любовь.

– А у тебя есть любовь?

– Да. Я много кого люблю.

– Кого?

– Ну, родителей, дедушку с бабушкой, моих братьев и сестер…

– Но ты не станешь соединяться с ними, чтобы быть одним целым.

– Нет. Это другое. Вот мои мать и отец – они да, единое целое. И бабушка с дедушкой.

– И вы с Тавом?

Полли покачала головой:

– Для этого надо знать человека дольше чем несколько дней. Если бы все было иначе…

«Если бы нас не разделяли три тысячелетия… И принципиально разные взгляды на мир… Если, если…»

– Вот если бы мы очень много времени провели вместе, тогда да, может быть…

– У нас с Анараль было немного времени, но связь очень прочная.

Да. Клеп и Анараль тянулись друг к другу так же, как Полли тянуло к Таву. Но Клепа и Анараль не разделяют тысячелетия. И если Анараль друидка, то Клеп в один прекрасный день должен возглавить свое племя, потому что его рождение сопровождалось великим знамением…

– Если пойдет дождь, если мой народ больше не будет воровать коров и овец у твоего народа…

Неужели заново повторяется – или, точнее, впервые разыгрывается – история Ромео и Джульетты? Народ Дальнего берега Озера против народа Ветра…

– Надеюсь, что у вас все получится. Это было бы очень… – Полли хотела сказать «уместно», но не смогла вспомнить нужного слова и потому закончила: – Правильно.

– Я хотел бы, чтобы линия между мной и Анараль стала как можно короче – так, как ни с кем еще не бывало.

В словаре Клепа не было слова «любовь». Ничего, Анараль его научит.

Они приближались к берегу. Полли видела тень: там кто-то стоял и ждал. Девушка погрузила весло глубоко в воду и направила каноэ прямо на песок с галькой. Потом выпрыгнула за борт и вытащила каноэ на берег достаточно далеко, чтобы оно не соскользнуло обратно в озеро. Ог не отходил от нее.

Тень направилась к Полли. Это был Тынак.

– Я привезла вам Клепа, – объявила она.

Она была богиней.

Когда Тынак принялся расспрашивать ее, она только улыбнулась в ответ:

– Я его привезла. Разве этого не достаточно?

Она сама удивилась тому, как надменно звучал ее голос.

Что касается Клепа, он тоже только улыбался и молчал. Юноша поднялся на руках, окинул взглядом свою деревню, и Полли заново осознала, насколько же она больше, чем селение народа Ветра. Тынак позвал четырех юношей, которые понесли Клепа к нему в шатер – то был один из самых больших шатров в селении. Тынак с Полли пошли за ними. Полли внимательно следила, чтобы они не потревожили ногу Клепа. Ог трусил рядом с Полли, временами тычась носом ей в ладонь. Он ее не оставит!

Клепа устроили на лежанку, над которой висели огромные раскидистые рога – еще больше тех, что у доктора Луизы.

– Когда рассветет, – заговорил Тынак, – целитель посмотрит на твою ногу.

– С моей ногой все хорошо, – отвечал Клеп. – Она, – юноша указал на Полли, – обладает целительными силами богини.

Полли немедленно перестала чувствовать себя богиней.

– Тебе холодно? – спросил Клеп.

Даже в меховой одежде Анараль Полли по-прежнему чувствовала холод озера… Она вытянулась во весь рост и велела Тынаку:

– Пусть мне принесут мою куртку.

Помимо того, что в куртке будет уютнее и привычнее, Полли хотелось узнать, не прикарманил ли Тынак иконку Закари.

Он что-то сказал одному из юношей, что принесли Клепа, и добавил:

– Быстро!

Парень убежал.

– Со мной хорошо обращались на том берегу, – поведал Клеп Тынаку.

Тынак кивнул:

– Бурая Земля говорил то же самое.

– Со мной не обращались как с пленником или с врагом. Со мной обращались как с другом.

– Легко добытое доверие так же легко исчезает, – пожал плечами Тынак.

– Где тот юноша, За? – спросил Клеп.

– В моем шатре. Видишь, я с ним тоже хорошо обращаюсь.

– Здоров ли он?