На гиперскорости - Алексей Кузьмин

– Ура! – сказал Тимур. – Давай-ка положим эти штуки, пока они нас не придавили.

Они бросили тяжелые, искореженные пулеметным огнем блины на пол и уселись сверху.

– Это было тяжело, – сказал Тимур, с гримасой боли разминая кисти и рассматривая вздувшиеся веревками вены.

Даже Кирик, несмотря на свою силу и всегдашнюю невозмутимость, осунулся и выглядел, как выжатый лимон. Рубашка выбилась из штанов, пуговицы отлетели, а штаны порвались на коленях. Парадный мундир валялся, скомканный, в углу.

Неожиданно, он выпрямился и пристально посмотрел куда-то за голову Тимура. Тот обернулся и охнул. Вдали показались несколько быстро приближающихся черных точек.

– Еще дроны?! – спросил капитан и посмотрел на Кирика. – Ну что, ты отдохнул?

– Да, капитан, – ответил помощник и встал на ноги.

Тимур покачал головой.

– Может, не поздно сдаться? Я к этим железякам больше не притронусь, – он показал на тяжелые пластины.

– Дод сказал, боевые дроны будут в любом случае стрелять на поражение.

– Сколько их, четыре?

– Шесть, капитан.

– Принцесса! – крикнул Тимур. – Попробуй добавить газу.

– Едем на пределе, – крикнула в ответ Сильвия. – До крейсера минут пять.

– Попробуем укрыться в кабине, – скомандовал Тимур с сомнением посмотрев на легкую алюминиевую крышу. – Нам, наверное, конец, но хотя бы встретим его вместе.

Они закинули металлические листы на крышу и на полной скорости, через боковое окно забрались в кабину. Место было мало, и пришлось потесниться. Капитан оказался зажат между первым помощником справа и принцессой слева. Даже в эту отчаянную минуту, тепло ее тела одурманило его, на мгновение заставив забыть обо всем.

Сильвии пришлось оторвать подол платья, чтобы оно не путалось в ногах, так что белый шелк едва доходил до середины бедра. Тимур старался сидеть так, чтобы не прикасаться к обнаженной загорелой ноге, но это было невозможно.

– Расслабься, капитан, – сказала она, мельком бросая на него взгляд. – У тебя что, девушки никогда не было?

Тимур глянул в зеркало. Шесть точек стремительно увеличивались в размерах. Еще полминуты и они откроют огонь. Жаль, что все так по-глупому вышло. Он представил, как Вавилон прилетает на Землю, чтобы сообщить матери печальное известие. Лучше об этом не думать.

– Просто не хочу показаться одним из этих сальных мужиков, знаешь, – сказал Тимур.

– Понимаю, – сказала Сильвия. – Мы сейчас умрем?

– Похоже на то, милая.

Реактивные дроны приблизились на расстояние выстрела. Слышен был ровный и холодный звук двигателей, напоминающий жужжание шмелей или оводов.

Принцесса бросила руль и посмотрела на Тимура. Взяла в руки его лицо и притянула к своему. Жара в пустыне стояла невыносимая, но ее пальцы были прохладные и гладкие, будто сделанные из особенного бархатного стекла.

Поцелуй продолжался маленькую вечность, словно они оказались в гиперпрыжке или на секунду заснули. Вот так и надо умирать, подумал Тимур, а потом жесткая длинная рука отпихнула его назад, в дырку между спинками пассажирского и водительского кресел.

Он ударился головой о железную стенку кабины и выругался. В глазах потемнело. Гиперцикл резко развернуло и так накренило, что Тимур почувствовал, как отрываются от земли колеса с левой стороны.

– Эээээээй, – вскрикнула Сильвия.

Кирик, перегнувшись через капитана, одной рукой крутил руль. В боковом окне мелькнула какая-то конструкция, от которой очевидно и отвернул в последний момент помощник.

Сильвия взяла себя в руки и перехватила управление, жестом показывая, что все в порядке. Кирик вернулся на место, а капитан, наконец, принял сидячее положение. Посмотрел в зеркало и ничего там не увидел. Только синее небо с редкими перьями облаков. Реактивные дроны пропали.

– Что это было? – спросил он.

– Мы чуть не въехали в подъемник, пока вы целовались, но я успел отрулить, – ответил Кирик.

– А где дроны? – спросила принцесса, крутя по сторонам головой.

– Они упали.

Тимур украдкой посмотрел на Сильвию, поймал такой же быстрый взгляд и отвернулся, покраснев.

– Думаешь, это как-то связано? – спросил он. – Ну, что мы начали это… И дроны вдруг упали.

Он покраснел еще сильнее. Давненько такого с ним не было. Наверное, даже Бриус так не смущается, когда приглашает на свидание одноклассницу. Успокаивало, что и Сильвия выглядела как школьница.

– Дод передает, чтобы ты не говорил глупостей, капитан, – ответил Кирик, прикладывая ладонь к уху. – Своим спасением мы обязаны ему.

– Он же вроде… – протянул Тимур. – Того. Вынужден был уехать.

– Говорит, что не мог нас бросить в решающий момент, – сказал Кирик.

– Черт, – сказала Сильвия. – Передай, пожалуйста, Очкарику… Что он не такой засранец, как я думала.

Громадина крейсера возвышалась прямо перед ними. Принцесса остановила гиперцикл у центрального портала, предназначенного для входа членов экипажа и администрации корабля.

– И пусть скажет, где его забрать, – сказала она. – Сейчас мы поднимем эту штуковину в космос, и я сама лично прилечу за ним на боевом шаттле и расцелую!

Тимур нахмурился.

– Ты что-то сегодня расцеловалась вся.

Она потрепала его по ноге.

– Ну-ну, ты, надеюсь, ничего себе не возомнил? – со смехом сказала она. – Все-таки мы прощались с жизнью.

– Дод отключился, – сказал Кирик. – Сказал только, что за ним кто-то гонится и что ему надо срочно смываться.

– Так он успел сказать, где его забирать? – спросила Сильвия, глуша двигатель. – Что же нам, искать его по всему городу?

– Еще он сказал, чтобы мы его не забирали, – ответил Кирик, открывая дверь со своей стороны. – Он остается на Гаутиме.

Тимур растерянно посмотрел на своего первого помощника. Не может быть, чтобы Дод их вот так бросил.

– Ты ничего не напутал? – спросил он.

– Кажется, нет.

Принцесса с сожалением посмотрела на капитана.

– Не время раскисать, – сказала она. – Если Очкарик все верно рассчитал, то крейсер должен быть в нашем распоряжении. Предлагаю это проверить.

Они вышли из гиперцикла и направились к порталу. Стойки по обеим сторонам издавали частое мелкое пликанье и мигали всеми цветами радуги, но проход был открыт.

Внутри крейсер напоминал гигантскую больницу. Коридоры и залы, выложенные крупной кремовой плиткой, освещались холодным белым светом. Повсюду стоял чистый медицинский запах, который источали вмонтированные в потолок кондиционеры-стерилизаторы.