Мы из Бреста. Штурмовой батальон - Вячеслав Сизов

Успели вовремя. С самого утра прикатила целая делегация с большой геометрией в петлицах и с кучей народа в сопровождении с геометрией поменьше. Да еще с ними прикатил пяток грузовиков с бойцами в прикрытии. Представились 1 отделом по охране НКВД. Что народ из системы будущего ФСО я догадался сам. Все же не последние люди в часть прибывают, охрана должна соответствовать. Переговоры с ними вел Третьяков, вмешиваться я им не стал. Прибывшие все осмотрели, изучили программу мероприятия и место события, прошлись по стоянкам и землянкам. Вроде остались довольны. Правда, потребовали сдать все стрелковое оружие и боеприпасы в оружейки, а у тех, у кого оружие останется на руках бойки от него под надзором особистов сдать замполитам рот. Ну и опечатать все артиллерийские системы и сдать под охрану боевую технику прибывшим бойцам. Временно до завершения всех мероприятий. На оружие караула и дежурные зенитные расчеты они не покушались. Милостиво разрешили оставить оружие и часть боеприпасов для «показухи». Оружейки, когда все было сделано как потребовали «товарищи», остались охранять прибывших с ними бойцов. Хорошо, что хоть ключи от оружеек оставили у ротных старшин. Усилили они своими бойцами охрану района и особенно дороги из Москвы. Я вообще-то считал, что у нас охрана обеспечена на должном уровне — три линии безопасности как никак. Строилась она по образцу начала следующего века пусть и из подручных средств, но тем не менее. Оказалось мало. Я тогда потихоньку начинал звереть, да Иван Михайлович успокоил, сказав, что так надо и сделал таинственное лицо. Почему себя так вели «прибывшие» стало понятно, когда пришла колонна легковушек в сопровождении пушечных БА — 10. Именно тогда я в первых раз увидел СТАЛИНА и остальных.

Сюрприз для всех нас был исключительный. Смесь радости, удивления, восторженного изумления охватило всех стоящих в строю. Вот ведь я как бы вроде из другого времени и века и должен относиться ко всеми критически, а его вид и имя на меня подействовало, как и на всех присутствующих. Волновался и орал «Ура» вместе со всеми и порой казалось громче всех (чуть голос не сорвал). Обида на «ФСОшников» за все их придирки и недоверие практически сразу улетучилась. Я стал свидетелем прибытия ВОЖДЯ на фронт. Чтобы потом не говорили по этому поводу. Кто вообще прокричал славицу Сталину мы так и не смогли найти. Хоть Серега и Григорьев специально его искали, чтобы поощрить при всем честном народе. Спас он нас, дал выход эмоциям, охватившим бойцов и командиров. Ведь никто к такому заранее не готовился. А Сталин принимал все происходящее как необходимый элемент отношения к нему. Улыбался и приветливо махал рукой. Стоящие за его спиной остальные руководители страны аплодировали…

Все дальнейшее прошло как во сне. Командовал парадом полковник Третьяков. Награждение было долгим и утомительным для членов Ставки. Слишком много надо было вручить наград отличившимся, минимум по паре штук (именно после этого вручение наград от имени Верховного Совета СССР было поручено командирам соединений). Я боялся что возбуждение, охватившее личный состав сыграет с ним злую шутку, но был не прав. Все проходило четко и организованно по заранее отрепетированному сценарию. Накладок как таковых не было. Никому из вручавших бойцы, принимая награды и поздравления, не пережали руки (особенно Калинину, о чем всех строго предупреждал Третьяков). Оркестр, сверкая медью инструментов, наяривал изо всех сил. Все было празднично и неплохо смотрелось со стороны. Пара «хроникеров» в военной форме (в т. ч. и от нас) запечатляло все на фотоаппараты, был среди них и целый комиссар ГБ. Мне показалось, что они старались в первую очередь снять тех, кто стоял на трибуне и вручал награды. Оно и понятно. Там был Вождь.

Всем (в т. ч. и мне) удостоенным Звания Героя Советского Союза орден Ленина и медаль Золотая Звезда Героя вручал сам Сталин. Представлял нас Вождю полковник Третьяков. Награждение проходило от меньшей награды к высшей. До того как подойти за своей Звездой я успел пообщаться с Калининым, получить свои ордена и даже часть из них закрепить на гимнастерке (не зря с Иван Михайловичем все заранее промерили и дырки в нужных местах проделали). Поэтому к встрече с Иосифом Виссарионовичем сверкал как новогодняя елка. Вручив мне коробочки с наградами и грамоту Верховного Совета и поздравив с награждением Сталин, заинтересовавшись внешним видом бойцов и командиров, спросил у меня об этом. Пришлось объяснять.

После вручения наград было прохождение торжественным маршем и показуха. Если до этого нас удивлял Сталин с остальными, то тут уже оторвались мы. Для начала была марш — песня, украденная мной у будущих авторов Дудина и Соловьева — Седова «Путь далек у нас с тобой», они ее должны были бы написать лет через десять, но я решил, что она нам сейчас больше подходит. Проблема возникла, как говорится почти на пустом месте. Какую музыку и когда, что играть оркестранты знали и без нас, у них был свой давно отработанный репертуар, но мне хотелось чего-нибудь особенного, запоминающегося. Поддержал меня в этом и Третьяков. Перебрав репертуар оркестра, мы сошлись на «марше Гренадерского полка» для торжественного прохождения, а вот с песней для батальона было плохо. Не было ее, а те, что были нам не подходили. Вот тогда то и пришла на память ротная песня со «срочки». Дальше была сплошная импровизация на гитаре. Народ, когда я выдал стихи и музыку принял их на «ура», даже с учетом того что использовалось старорежимное «солдат». С согласия Третьякова мы ее и исполнили многотысячной колонной, уходя с плаца. Получилось очень даже неплохо.

Потом гостей удивили на полигоне и стрельбище, показав действия штурмовых подразделений в наступлении и обороне, захвату и удержанию отдельных зданий и укрепленных пунктов противника, проведение диверсии на жд. дороге, засада и разгром колонны врага, «захват языка», действия снайперских групп, рукопашный бой. За немцев играли ранее провинившиеся бойцы. Все было как в настоящем бою со стрельбой, взрывами гранат, дымом, действиями танков и имитацией действия артиллерии. Рядом с трибуной была организована выставка обмундирования и вооружения как трофейного, так и нашего — модифицированного в батальоне. Пояснять действия бойцов, рассказывать об оружии и отвечать на вопросы гостей пришлось мне. Тогда же всем гостям были вручены комплекты обмундирования батальона. Сталину, Калинину и Берии подарили краповые береты, а Булганину с Ворошиловым цвета фельдграу.

Дальше был показ техники, поэтому я предложи гостям переодеться и оценить наше обмундирование. Ворошилов, Булганин и Калинин этого не сделали, а вот Сталин и Берия зашли в палатку и быстро переоделись. Форма на них смотрелась неплохо. Петрович молодец расстарался, всем без примерки подобрал форму по размеру. Паршин с Алексеевым и Козловым показали технику в лучшем виде. Гостям понравилось, они все облазили, попробовали и осмотрели.

Праздничный обед на свежем воздухе им и нам тоже понравился. Петрович и его повара, правда, обиделись, что им заранее не сказали о приезде Сталина, а то бы говорят, не обед был, а настоящий пир со всеми необходимыми причиндалами. Хотя обижаться не стоило, кто же знал и так все отлично получилось. Обед, накрытый ими, был хорош даже по меркам ХХ1века. Было много поздравлений и пожеланий. Побыв немного с нами, отведав блюда и похвалив поваров, гости уехали.