Напряжение - Владимир Ильин

– Вот, другое дело… – прорвался до паникующего сознания довольный голос.

Я вновь открыл глаза и сам не узнал того, кто стоял в отражении – и одежда та же, но вид… Так выглядел Толик в свой первый день в интернате.

– Ты уже придумал, где живешь? Улицу, дом, соседей, друзей, школу, учителей?

– Дом по улице Ямаша-мурзы, мы прошли его десять минут назад. Помните, еще вывеска ресторана лежала на полу, в крошке стекла, пришлось обходить?

– Помню, – кивнул Валентин.

– Я с семьей приехал из Верхнего Новгорода, снимали здесь квартиру. В том доме много кто сдает жилье. Друзьями пока не обзавелся, в школу мне только в сентябре надо. Гулял один, успел оббегать половину города, но хорошо знаю только свой квартал. Семью я позаимствую у хорошего знакомого, его отец и мама погибли в автокатастрофе, он много о них рассказывал. О бывшей школе и друзьях – тоже.

– Сойдет, – согласился дядька. – Кто тогда я?

– Попутчик.

– Вот так, без истории? – глянул он искоса.

– А вы расскажете мне о себе? – полюбопытствовал я, надеясь на историю жизни.

– Вряд ли, – обескуражил Валентин.

– Значит, мы просто идем вместе, пока вам не надо будет по своим делам, а мне – по моим.

– Что с договором? – похлопал он рукой по правому карману.

– Будут спрашивать – покажете.

– Да кто тут будет спрашивать?

– А вон стекла на солнце мигнули, – указал я подбородком на полуразрушенную высотку с будто бы откушенным боком. – Под самой крышей. Окон там нет, так что бинокль, наверное.

– Ждем гостей, – подобрался Валентин и одним широким шагом опередил меня, закрывая от высотки телом.

Через разбитое витражное окно первого этажа небоскреба выскользнула тройка человекоподобных созданий в грязно-серой броне. Высокие, в два моих роста, они походили на кузнечиков угловатыми сочленениями ног, вывернутых назад, овалом грудной пластины и узкими разрезами красных глаз. Только оружие в их руках напоминало о людях – винтовка не несла в себе ничего чужеродного, разве что была огромной, под стать владельцам. Несмотря на все это, гости почти не создавали шума, шагая со звуком удара газеты по шустрому комару – словно парили, а земли касались, чтобы направить свое движение.

– Не шевелись, говорить буду я, – отчетливо произнес Валентин, замерев у правого плеча. – Этим соврать не получится.

Двое остановились в пяти метрах от нас – справа и слева, направив стволы винтовок в землю, третий замер в тридцати шагах, рисуя красным огоньком лазерного прицела восьмерки возле наших ног.

– Сержант Тетерин, патруль внутренних войск, – прогудело справа словно в водосточную трубу. – Наблюдаем за передачей города. Среди вас есть раненые?

– Нет, – ответил дядя.

– На вас совершались нападения? Вы были свидетелями преступлений, насилия, мародерства?

– Нет.

– У вас есть заявление, требующее немедленного рассмотрения?

– Есть. Вы жук или другое насекомое? – поинтересовался я, глядя снизу вверх, – даже на таком расстоянии приходилось задирать голову.

– Максим! – шикнул Валентин.

– Я человек, – показалось, со смешком ответил монстр.

Щелкнул механизм на голове существа, отстегивая верхнюю часть, и мне улыбнулся усталый мужчина, сильно загорелый и почти без волос. Выходило, что он вроде как сидит в этом механизме, словно на кресле, и как-то управляет всей этой махиной. Тоже такую хочу.

Его напарник тоже решил нам улыбнуться – его маска открылась следом, показывая перебитый нос и усталый взгляд.

– Ух ты! – восхитился я конструкцией и вышагнул вперед, но плечо вовремя удержал дядя, показав подбородком на последнего в группе, целившегося теперь в меня – огонек прицела на мгновение ослепил, когда я дернулся полюбопытствовать, а теперь алой каплей поселился у меня на груди.

– Не надо подходить, – чуть строже попросил мужчина. – Это ваш сын?

– Наниматель. – Валентин чуть наклонил голову, напряженно отслеживая реакцию на свои слова.

– Вот как… – задумчиво протянул сержант, глядя только на меня.

– Документы в правом кармане, – озвучил дядя и только затем не торопясь полез выуживать прямоугольники бумаг.

Он раскрывал каждый документ перед собой, перелистывал страницы и заменял следующим, пока не дошел до прямоугольника договора на гербовом листе.

– Он под моей защитой, – подытожил Валентин, складывая все обратно.

– А у парня наверняка документов нет, – задумчиво кивнул своим мыслям сержант.

– Пожар виноват.

– Понятно. Семеныч, тут выживший из старых хозяев, – полуобернулся он к третьему патрульному.

Яркий огонек прицела пропал с моей груди.

– Боюсь, вы неверно нас поняли, – полуобернулся ко мне Валентин, продолжая обращаться к солдатам. – Мы не имеем отношения к этому городу и конфликту.

– Не наше дело, – отмахнулся Тетерин. – Император против лишней крови, но это не наш город, поэтому обеспечить вашу безопасность мы не можем.

Доспех щелкнул, окончательно раскрываясь – теперь стали видны руки сержанта, что-то нащупывающего в нагрудном кармане.

– Вот документы, – перекинул он связку в сторону Валентина, а тот успел ловко подхватить на лету. – Найдены у погибших жителей, но пока не внесены в общую базу. У вас будет два дня.

– Господин сержант, вы не за тех нас приняли, – терпеливо повторил дядя Волк.

– Древич, я стараюсь тебе помочь, – с легким раздражением отреагировал солдат. – Не рассказывай мне сказки про случайного парня на улице без родителей и с кучей денег.

– Но все примерно так и было, – пожал Валентин плечами.

– У пацана герб на обуви.

Мы чуть не столкнулись головами, одновременно опустив взгляды вниз – к моим симпатичным и очень удобным серым тапочкам, с затейливым рисунком алой и красной нитью поверх носка.

– И? – удивился я.

– А вот, – еще одно движение винтовки указало на покосившийся столб освещения, на вершине которого угадывался невероятно похожий узор, только проще и в одном цвете.

Хм…

– Максим?! – в ярости прошипел Валентин. – Ты где их взял?

– Так на вокзале парень продавал… – запустил я пятерню в волосы. – Дешево, и мой размер. Вот.

– Сэкономил! – рявкнул дядька, как будто это что-то плохое. Он бы на свой гонорар сначала посмотрел!

– Тут недоразумение, – повернул он голову к солдатам. – Мы их купили.

Солдат жизнерадостно гоготнул и повел стволом, показывая городские руины.

– Где?!