Господин мертвец. Том 2 - Константин Соловьев

Пальцы ощутили что-то твердое, упругое и холодное. Оказывается, рука безотчетно легла на кобуру. Как нелепо. Он ведь даже не думал об этом. Всерьез. Просто рука уловила какую-то эманацию рассудка, отражение мысли… В бою она никогда его не подводила.

Где-то позади почти бесшумно шел Шеффер. Его общество, обычно не ощущаемое Дирком, сейчас показалось тягостным. Он ведь, конечно, видел этот глупый жест с кобурой… Дирку стало стыдно. Не за то, что он сделал, а за то, о чем успел подумать.

– Рядовой Шеффер!

Шеффер показался из темноты, включив фонарь. Обычно он передвигался без света – таким образом посторонний не видел импровизированного конвоя.

– Ваше присутствие мне больше не требуется. Возвращайтесь в штаб.

Шеффер сделал неуверенный шаг и замер.

– Это приказ, рядовой Шеффер. – Дирк не позволил голосу дрогнуть. – Отправляйтесь обратно и ожидайте меня в штабе!

Игнорировать прямой приказ Шеффер не мог. Поколебавшись, отдал честь, забросил за спину «трещотку» и скрылся из виду. «Извини, – сказал ему мысленно Дирк. – Ты тут ни при чем. Но мне надо побыть одному».

Поболтать со Штерном, чей едкий цинизм поможет ему вернуть обычное расположение духа, выслушать пару неприличных шуток, вспомнить несколько старых историй, помянуть тех, кто полностью выплатил свой долг Чумному Легиону. Может, это сможет заглушить чувство вины, поселившееся внутри и шныряющее среди мертвых внутренностей голодной скользкой крысой.

Кажется, отделение штальзаргов уже где-то неподалеку. Дирк на ходу сверялся с ловко замаскированными знаками, которые «Висельники» оставляли для ориентирования в траншеях. Едва заметная засечка на доске, вбитый в стену гвоздь, протянутая проволока – для чужого глаза все это не имело смысла, но для тех, кто вынужден был здесь ютиться, каждый такой знак был явственнее, чем табличка с указанием улицы.

Впрочем, траншеи давно уже стали улицами во всех смыслах этого слова. Сейчас Дирк шел по Третьей Главной, которая, если его не обманывала память, должна была вывести к площади Вороны – кто-то из «Висельников» еще до штурма смеху ради повесил там дохлую ворону. От площади надо было держаться левой стороны, там идут два параллельных хода, Тощая Задница и Толстая Задница, и лучше двигаться по Тощей – на Толстой ребята Клейна установили фугас с хитрой системой подрыва, и лучше лишний раз не проверять надежность спускового механизма, хоть и в доспехе. Оттуда – Дьявольским Тоннелем Эшмана на юго-восток. Внутри придется сложно – тоннель намеренно сделали тесным и петляющим, чтобы проще было отбивать возможные атаки, да и высота постоянно меняется. Дальше будет Помойка – убежище в два перекрытия, нелюбимое из-за большого количества липкой глины внутри.

От Помойки в разные стороны разбегаются Ратте-штрассе и Дорниг-Спур^[18]. Можно срезать путь, отправившись по Дорниг-Спур направо, но там есть шанс надолго завязнуть – сверху уложены спиралями полтонны колючей проволоки, готовой рухнуть незваному гостю на голову. Поэтому лучше не спешить. Дальше будет проще, достаточно только миновать Поганый Камень, и где-то возле него найдется Коровья Тропа, она и выведет к штальзаргам.

Но не успел Дирк дойти до площади Вороны, как в грязно-желтом электрическом свете болтающейся на куске проволоки лампочки различил какое-то шевеление в одной из боковых «лисьих нор». Кажется, кто-то забрался внутрь – мелькнули только сапоги с истертыми подошвами.

– Эй! – крикнул Дирк, поднимая фонарь. – Кто там?

Конечно, это был не штальзарг. Штальзаргу нипочем не пролезть в «лисью нору», да и обычных сапогов они не носят. Значит, кто-то из «Висельников»? Но почему не в доспехах? Кто-то осмелился нарушить приказ? В этом случае его ждет суровое наказание. Но ведь он самолично четверть часа назад проверял личный состав, и отсутствовал лишь Тихий Маркус, который, конечно, не стал бы заниматься подобными глупостями. Кто-то из мертвецов Йонера? Еще менее вероятно. Йонер держал свой взвод в железном порядке, любителей пошалить по ночам, сбежав из расположения отряда, там не водилось.

– Выходите! – окрикнул неизвестного Дирк. – Это говорит унтер-офицер второго взвода Корф. И мне придется принять жесткие меры, если вы попытаетесь избежать встречи со мной!

В норе кто-то зашуршал, но наружу странный гость вовсе не спешил. Напротив, судя по звуку, пытался затаиться в глубине. Дирк рассердился и даже почувствовал облегчение – выплеснувшаяся злость притушила злые искры досады, чадившие в нем прежде. Сейчас он задаст кому-то трепку, самую настоящую, такую, чтобы напомнить, кто командир взвода…

Дирк присел на корточки возле лаза. Тяжелые шипованные доспехи лишали его движения ловкости, но лезть вниз он в любом случае не собирался. Не хватало еще изображать из себя таксу…

– А ну, живо наружу! – приказал он, устраивая удобнее фонарь.

Пятно света прыгнуло с одной стены на другую, потом поймало чью-то ногу в разлохмаченной грязной штанине, поползло по ней вверх. Покрой был непривычный, но знакомый, явно не французский. Наконец он увидел лицо. Совершенно незнакомое лицо мужчины лет тридцати. Судя по знакам различия и цифре на погоне – ефрейтор двести четырнадцатого полка… Дьявольщина! В руках у странного ефрейтора были мешок, катушка проволоки и лопатка. А в глазах – страх пополам с ненавистью. Дирк успел удивиться. И, кажется, почти успел понять…

Человек негромко свистнул, и Дирк узнал этот короткий отрывистый свист – точно так же «Висельники» предупреждали друг друга об опасности, орудуя во вражеских траншеях. Дирк попытался подняться на ноги и только тогда услышал за спиной скрип чужих подошв. Конечно. Никто не пробирается в логово к врагу без подмоги.

Если имеет дело именно с врагом.

Наверное, Дирк успел бы подняться, если бы не тяжелый доспех. В тесном проходе сложно было развернуться, и Дирк потратил полсекунды для того, чтобы подняться на ноги. Фонарик рассек темноту узким желтоватым клинком, в свете которого мелькнули чьи-то перепачканные землей и сажей лица, сапоги, лопатки… Трое? Четверо?

Вытащить пистолет ему не дали. Чей-то нож со свистом рассек портупею, «Марс» вместе с кобурой упал в нору. Дирк ударил фонариком, который держал в левой. Звякнуло стекло, кто-то испуганно вскрикнул, а потом вдруг с шумом выдохнул – и Дирку показалось, что ему в темя врезался осколок снаряда, раздробив череп и смяв его содержимое.

Погруженный в ночь мир на какой-то миг стал пульсирующим, теплым, затем накренился и стал скользить мимо Дирка, куда-то вниз и в сторону. Дирк попытался вцепиться в него руками, чтобы остановить, вернуть на место, однако тщетно – пальцы, схватившиеся за доски, были ватными, беспомощными.

Он куда-то падал, точнее, падало его большое тяжелое тело, Дирк услышал глухой шум удара и вслед за ним чьи-то резкие отрывистые голоса.

Встать. Надо встать и поднять фонарь. Единственная мысль раскаленной свинцовой каплей сидела в мозгу. Встать и драться. Если они думают, что смогут вот так запросто…