Аркада. Эпизод первый. kamataYan - Вадим Панов

– Из порта тоже перестали выезжать?

– Перестали, – кивнул военный. – По той же причине.

Мог бы и не объяснять.

Агенты догадывались, что их ожидает, но реальность, как это часто бывает, оказалась страшнее ожиданий. Страшнее и тоскливее. И если уж Джа перестал улыбаться и спрятал глаза под черными, как битум, smartverre, то можно представить, что переживали остальные агенты, не такие хладнокровные, как улыбчивый «представитель заказчика».

– Море – самая большая проблема, – продолжил Конелли. – Эскадра прекрасно оснащена, но не в состоянии заблокировать все побережье, и контрабандисты уже наладили бизнес: за золото вывозят людей.

– Насколько успешно? – жестко осведомился Винчи.

– Мы считаем, проскочить удается примерно сорока процентам контрабандистов.

– Почему так много?

– Они идут ночью, не зажигая огней, на радарах не отображаются, от тепловых датчиков закрываются маскировочной тканью. Отыскать их могут только дроны, но мы пока не располагаем достаточным количеством. Через два дня мы удвоим группировку, и станет легче, а пока…

– Люди бегут из Кейптауна, и сорока процентам из них это удается, – подытожила Карифа. – Зараза расползается.

Она поняла, что имел в виду Джехути.

– Да, – помолчав, кивнул Конелли. – Мы прогнозируем новые очаги в ближайшие пару дней, надежда лишь на WHO – они должны отыскать вакцину.

И майор машинально посмотрел на правое крыло здания, в котором развернулась полевая лаборатория. Работа в ней шла круглосуточно, однако хорошие заголовки в новостных лентах пока отсутствовали.

– Смерти не прекращаются? – продолжила расспросы Карифа.

– Нет.

– Много жертв?

– Вам официальные данные или нашу оценку?

– Вашу.

– Мы считаем, что на сегодняшнее утро вирус убил примерно триста пятьдесят тысяч человек.

Гуннарсон прорычал что-то невнятное.

– Что делаете с трупами? – зачем-то осведомился Джа.

Рейган посмотрела на него осуждающе, Карифа – удивленно, Гуннарсон – зло, а вот Конелли, к удивлению агентов, вопросу не удивился и ответил на него тем же тоном, каким вел рассказ до сих пор.

– Мы платим тем, кто остался на территории, и они… – Он потер пальцами. – В общем, у них есть бульдозеры.

– Чем платите?

– Наркотиками.

– Как проверяете выполнение?

– С воздуха.

– Справляются?

– Пока – да, но работают на пределе возможностей.

– Я не ослышался? – не сдержался Гуннарсон. – Ты интересуешься похоронами? Почему?

– Если не хоронить мертвых, начнется распространение других заболеваний, – ровно объяснил Винчи. – Это важный и, я думал, очевидный вопрос.

Швед покачал головой, но промолчал. Рейган сплюнула за борт. Паркер что-то изучал в smartverre.

– Ты очень холоден, – заметила Карифа.

– Ты сама сказала, что я – говнюк, – без улыбки напомнил Джа.

– Ты гораздо хуже.

– Спасибо.

– Не могу не заметить, что в вашей команде царят удивительные взаимоотношения, – произнес Конелли. – В армии подобное невозможно.

– Поэтому мы и выбрали GS, майор, – хмыкнул бородатый. – Служить и защищать, и все такое.

– Прекрасно вас понимаю.

– Спасибо.

– Вы сказали, что прогнозируете другие очаги заражения, – осторожно произнесла Карифа. – А точных данных нет?

Конелли помолчал, спокойно реагируя на направленные на него взгляды, после чего напомнил:

– Все понимают, что эта информация – строго для служебного пользования?

– Разумеется.

– Сегодня утром WHO подтвердил наличие вируса в Порт-Элизабет. Мы пока придерживаем эту информацию.

Зараза поползла по Африке.

– Порт-Элизабет невелик, его можно прикрыть, но что будет, если полыхнет Йоханнесбург или Луанда? – пробормотал Джехути.

– Лучше об этом не думать, – угрюмо ответил военный.

– Мы здесь для того, чтобы они не полыхнули, – резко бросила Карифа.

– Знаю, – кивнул Винчи. – Но Орк нас опережает.

Внедорожник остановился у центрального входа в аэровокзал, и Конелли проводил гостей в кабинет генерала Стюарта. Командующий Международным контингентом адмирал Магара находился на флагманском корабле эскадры, авианосце «Рузвельт», и Амин договорилась, что встретится с ним после того, как разберется с «Белым Возмездием».

Стюарт оказался невысоким, очень сухим и очень улыбчивым мужчиной лет пятидесяти. Он встретил агентов по-простому – у дверей. Пожал руки, предложил присесть и, задав дежурный вопрос о дороге, перешел к делу – даже не выслушав дежурный ответ, что добрались нормально:

– Мои ребята проанализировали движение морских судов в указанный вами период и обратили внимание на два примерно одинаковых по размеру коммерческих судна, которые очень медленно, с остановками движутся вдоль побережья к экватору. Первое – «Русалка Доброй Надежды» – направляется к Луанде, второе – «Джонс 29» – находится на траверзе Мапуту.

– Луанда!

Гуннарсон хрюкнул. Рейган тихо выругалась. Паркер что-то посмотрел на экране smartverre и негромко сообщил:

– Девять с половиной миллионов жителей.

– Что случилось? – нахмурился Стюарт.

– Нельзя позволить «Русалке» войти в порт Луанды, – жестко ответила Карифа. – Мы предполагаем, что на судне находятся контейнеры с вирусом.

– Можем его потопить, – пожал плечами генерал.

– Нужно допросить тех, кто находится на борту.

– Гм… – Генерал вопросительно посмотрел на Конелли.

– Если верить спутнику, «Русалка» придет в Луанду не раньше, чем через десять-двенадцать часов, – сообщил майор. – В Гвинейском заливе находится авианосец «Картер». Полагаю, у них есть возможность выслать на перехват десантников.

– Свяжитесь с «Картером», – кивнула Амин. – Нужна штурмовая команда и страховка на тот случай, если десантники не успеют или не справятся.

– Поднимем истребитель и при необходимости потопим «Русалку», – спокойно произнес Стюарт. – Что со вторым судном?

– Я бы хотела заняться им лично. Мы сможем организовать штурмовую операцию отсюда?

– Безусловно.

А в следующий миг на крыше застучал пулемет. Первая очередь получилась короткой, резкой, похожей на вскрик, но затем пулемет зашелся в длинной «фразе», и его поддержали с двух вышек. Карифа вздрогнула, Паркер съежился, Рейган машинально сделала шаг назад, Гуннарсон повернулся к окну, а спокойными остались только военные и Джехути. Который поправил smartverre и небрежно осведомился: