Интроверт. Врага уничтожить - Родион Кудрин

— Антон, а ты что скажешь? — снова взял слово Океан.

— Скажу, что я очень хотел бы оказаться на том трофейном корабле, который будет воевать с чужими в космосе. В бункере, конечно, сейчас тихо и спокойно, но всё это ненадолго. Если мы не рискнём сейчас и не нанесём декаподам удар, которого они совершенно не ждут, то наши шансы на победу невелики. В общем, я — за!

— Кто ещё хочет высказаться? — обвёл собравшихся взглядом Океан.

— Можно мне? — поднял руку Шен, сидевший на галёрке. — Считаю, что план, предложенный командующим, вполне осуществим. Более того, это, пожалуй, единственная возможность переломить ситуацию, которая складывается не в нашу пользу. Когда мы уже подъезжали к Саратову, наш тягач был атакован с воздуха кораблём противника. У меня сложилось впечатление, что чужие пытались взять нас в плен. По крайней мере, стрелять на поражение они не спешили. Против таких военных технологий, которыми обладает противник, нам не устоять — это факт. Да и численный перевес далеко не в нашу пользу. Зомби всё ещё толпами бродят вокруг. Похоже наш антивирус до них ещё не добрался, или эти твари стали к нему нечувствительны. Одним словом, враг превосходит нас по всем статьям. Но у нас есть огромное преимущество — мы защищаем свою планету от внешнего вторжения. Правда на нашей стороне! Именно поэтому мы должны победить, несмотря ни на что.

— Спасибо, Шен! — ответил Океан. — Мы рады, что ты и другие выжившие присоединились к нам за последнее время. Мне искренне жаль, что не все смогли добраться до Саратова. Мы будем помнить их имена до тех пор, пока живы. Наши друзья, ушедшие в иной мир, сейчас смотрят на нас с надеждой. Они верят в нашу победу над чужими, которые хотят уничтожить людей и превратить Землю в колонию. Каждый из нас потерял кого-то на этой войне. Вернуть их уже невозможно. Тем не менее в наших силах бороться за свою свободу до конца.

Будущее сейчас туманно, как никогда. Я не вижу того, что будет впереди. Возможно, нас ждёт бесславная гибель и забвение. О том, что станет с Землёй при таком раскладе, лучше не думать. С другой стороны, быть может нам повезёт, и сопротивлению удастся отстоять своё право на жизнь и свободу. В любом случае терять нам практически нечего. Подпольное существование в бункере трудно назвать полноценной жизнью.

— Что верно, то верно, — согласился Гвоздь. — Думаю, что вопрос решён. Кто из нас не хотел бы сразиться с чужими в космосе. Верно?! — обратился Гвоздь к собравшимся. Из зала послышались одобрительные возгласы. — Вот и я о том же. Жаль только, что не каждому это удастся. В любом случае командующий примет верное решение, когда будет подбирать экипаж для полёта на корабле.

— Что будет, если наш план не сработает? — поднялась со своего места Кира. Выждав паузу, она сама же себе ответила: — Мы разом потеряем всё — людей, корабль и последнюю призрачную надежду спастись. Так стоит ли рисковать жизнью всех оставшихся в бункере ради такого крохотного шанса на победу?

— Думаю, стоит, — мрачно ответил Гвоздь, жестом останавливая поднявшегося было Океана. — Если всё пойдёт кувырком, то мы погибнем в бою, защищая свой дом, как и подобает настоящим войнам. В этом нет ничего трагичного — это наш долг. В любом случае мы будем знать, что сделали всё возможное для защиты Земли. Если же сидеть в бункере и покорно ждать своей участи, то довольно скоро чужие постучат своим щупальцем в дверь. Вот тогда всем нам придётся крепко задуматься над тем, всё ли возможное было сделано прежде. Если ответ будет отрицательным, то я не завидую никому из нас.

— Нам всем нужна твоя поддержка, Кира, — взяла слово Нота. — Особенно Гвоздю. Хуже того, что есть, уже вряд ли будет. Если мы сейчас упустим этот шанс, то о победе можно забыть навсегда. Рано или поздно чужие просто уничтожат нас, а Землю превратят в свою колонию. Ты этого хочешь?!

— Конечно, нет! — снова вскочила со своего места Кира. — Ты же знаешь, что я предана сопротивлению и до последнего вздоха буду бороться за нашу свободу! Но сейчас я очень боюсь потерять единственного близкого человека, что у меня остался. Если с Гвоздём что-то случится, то я этого не переживу! — глотая слёзы, проговорила Кира.

— Думаю, что этот частный вопрос мы решим позже в рабочем порядке, — сказал Гвоздь, прожигая взглядом плачущую Киру. — В любом случае наши семейные дела не должны мешать общему делу.

— Поймите меня правильно! — сквозь слёзы продолжила Кира. — Я не против плана, который предложил Океан. Я против того, чтобы Гвоздь вошёл в состав экипажа и полетел на корабле чужих. Это же верная смерть!

— Я уверен, что и эту проблему мы сумеем решить в более спокойной обстановке, — ответил Гвоздь, с трудом сдерживая бушующие эмоции.

Океан ещё некоторое время переводил взгляд с Гвоздя на Киру и наоборот. Им на удивление быстро удалось взять ситуацию под контроль. По всей видимости подобные сцены не были редкостью в их прошлой семейной жизни. В любом случае Гвоздь оказался морально готов к такому развитию событий и вовремя сдержался. Кира вытерла слёзы и успокоилась. Гвоздь же чуть заметно кивнул Океану в знак того, что теперь всё в порядке.

— В таком случае объявляю наше собрание закрытым, — прервал затянувшуюся было паузу Океан. — В ближайшее время из добровольцев будет сформирован экипаж корабля. Менее, чем через двадцать часов он отправится на орбиту. О составе экипажа и перераспределении полномочий между руководителями служб бункера я объявлю через час. Надеюсь, что сегодняшняя ночь станет именно тем рубежом, что отделяет нас от победы. Искренне верю, что всё получится, и нам удастся отстоять родную планету. Удачи всем нам!

* * *

Как и обещал Океан, через час он сообщил о составе экипажа из числа добровольцев. Помимо самого командующего туда вошли Нота и Шен. Вопрос с Гвоздём Океан откладывал до самого последнего момента. Ему очень не хотелось причинять боль Кире. Однако когда запыхавшийся Гвоздь сообщил, что все семейные проблемы улажены, и Кира не против, Океан принял окончательное решение.

Гвоздь сразу передал полномочия начальника службы безопасности бункера своему заместителю. Подробно проинструктировав его, теперь уже бывший начальник похлопал Руслана по плечу и на прощанье произнёс:

— Самое главное — проверяй всё лично. На веру никогда ничего не принимай. Только так ты сможешь обеспечить безопасность бункера. И вот ещё что: на личном примере показывай как нужно работать. Верят не словам, а делам!

В свою очередь Нота выбрала преемником Киру. Несмотря на недавний инцидент во время собрания, это был достойный кандидат на должность инструктора по рукопашному бою. Кира долгое время практиковалась в различных стилях — от вин-чунь до самбо. В прошлом они с Гвоздём частенько устраивали спарринг в полный контакт. При этом Кира никогда не пренебрегала защитой и всегда выходила на ринг только в полном снаряжении. Гвоздь же иногда ограничивался только кимоно, легкомысленно полагаясь на своё армейское прошлое. В такие дни ему доставалось от Киры по полной программе.

Сам же Океан передал Антону обязанности командующего бункером и всем саратовским сопротивлением. Тот поначалу, разумеется вовсю отказывался, пытаясь войти в состав экипажа корабля. Однако после доводов Океана Антон сразу стих и согласился, что лучшей кандидатуры не найти. Мечту о космосе пришлось оставить до лучших времён.