Одинокий рейд - Александр Плетнев

Вестовой принёс парящую чашку свежесваренного кофе.

«А вот в кофе все же можно-с…, коньячку-с»!

Рука дрогнула, многовато бухнув (по Фрэйду) из бутылки в чашку, и напиток горячил теперь во всех вкусовых приятностях.

«Ага, так что особист? А особист (во, даёт!) мутит там со своими хитрыми приспособами — тестовые вопросы, а скрытая камера фиксирует мимику, вплоть до рефлексии зрачков. Всё подаётся на комп со спецпрограммой анализа. Творческий, однако, подход — практически незаметный детектор лжи! Ещё сетовал, что девайса у него специализированного нет с наладонниками, снимающими показания влажности. Потных ладошек. Серьёзненько»!

Терентьев просмотрел отчёт по допросам пленных: красным подчёркнуты интересные места́, но ничего существенного. Отдельные листы по цээрушнику, с комментариями на полях. Вдумчиво перечитал.

«Юлит! Что-то знает или цену набивает? Играть с ним только время терять. А в итоге ещё и окажется, что тянули пустышку.

Вон и в конце красным приписочка от особиста (кстати, что-то долго его нет): «требуется перейти к допросу по категории….» и зачеркал. Хм! Понятно, это их — чекистские штучки. Интересно, особист ему иголки под ногти вгонять будет или у него что-то в препаратах есть? Вытянуть-то из американца может чего и вытянут, но это будут сухие, наверняка скудные факты, а мне нужны логические выкладки, предположения, даже фантазии, чёрт меня побери! Короче — сотрудничество».

В дверь каюты постучали.

«О! Наверняка особист пожаловал»!

Терентьев с сомненьем взглянув на листы с отчётами.

«Пожалуй, со стратегией допроса решу на месте, проникнувшись настроениями уже, так сказать (ухмыльнулся), в «пыточной» особиста. А по пути с ним и обсудим — всё же это он учился на контрразведчика, на его профессиональное мнение и обопрёмся».

Неторопливо застегнул китель, потянулся за фуражкой. После секунды раздумий, решил прихватить ноутбук.

Не наши.

Рассвет всё же отметился, на секунды пробившись солнцем ни над, ни под, а где-то между полосой тумана-туч на горизонте, матово мазнув красным по мокрой палубе «Таравы», по настывшим за ночь «си кингам», нахохлившимся позади «острова» и двум AV-8^[100] вертикального взлёта — свеженьким, только что поднятым из ангара.

Всю ночь американское соединение следовало за русским крейсером. Эсминцы сопровождения уже основательно оторвались вперёд, контактируя с преследуемым на самом кончике дальности РЛС, стараясь и свой флагман без прикрытия не оставлять. Командир «Таравы» считал вообще тупостью ввязываться в морскую гонку за «Вattlecruiser», но далёкое командование молчало. Промолчал и представитель штаба — контр-адмирал, видимо не имея других инструкций, после полуночи, не мудрствуя отправившись спать. Затем заметно поскучнев, исчез цэрэушник. Самым стойким из гостей оказался британец, но пару раз клюнув носом, немного сдулся в своей чопорности, попросив показать выделенную ему каюту.

«А и пошли вы все…, - мысленно сплюнул шкипер и, расставив вахтенных, сам ушёл отдыхать.

И только утром штабные «латунные шляпы» закопошились — пошли запросы об обстановке, а следом посыпались директивы.

«Ленивые задницы! — Командир универсального десантного корабля, просто прикинув время начала рабочего дня по часовому поясу Ди-Си и Виргинии^[101], время на обсуждение и принятие решений, пришёл к выводу, — они преспокойно дрыхли, не торопясь выпили утренний кофе и уж потом стали шевелится. И то вероятно их подгоняли англичане, у которых утро естественно наступило раньше».

И именно англичанин (из толпившихся на мостке) первым и принимал информацию от своих — из Нордвуда. Минутой позже приказ получил и контр-адмирал — «Тарава» с вооружением всё-таки отходит по лизингу Великобритании.

— Загоняйте «Харриеры» в ангар, у бриттов на них аппетиты! — Приказал вахтенному командир. По утру он намеревался отправить их в воздушное патрулирование и разведку, но ожидал новых вводных из штаба. Получил! А формулировка «корабль с вооружением» отписывала англичанам в том числе и все десять вертикалок на борту корабля.

«А ведь нам их подкинули буквально перед самым выходом из Сан-Диего. Наверняка всё планировалось заранее».

Провокации Вашингтона о возможности лизинга в пользу англичан в Буэнос-Айресе не забыли. Аргентинская разведка пыталась отследить перемещения американского соединения во главе с универсальным десантным кораблём, их контакты с англичанами. Но возможности, конечно, были ограничены.

Информация совершенно случайно поступила от агентуры из самой Англии — британцы формировали экипаж. По оценке и после анализа было признано, что количество и специализация личного состава соответствуют экипажу корабля со спецификой «Таравы». Срочный запрос американскому послу и непосредственно в Вашингтон остался без внятного ответа, но в Буэнос-Айресе сделали правильные выводы — их кинули!

Роптание «по углам» среди флотский после истории с русским союзником, а затем совершенно нелепая потеря «Бельграно» побудили Гальтиери приказать активизировать военные действия. Глава Хунты понимал, что только ряд успешных операций восстановят его рейтинг в глазах подчиненных. Что характерно и британцы были уверены, что уничтожив главные силы противника на море (крейсер и авианосец) теперь не имеют особых препятствий в своих планах отвоевать острова́. Всё это привело к серьёзным стычкам в воздухе и на море. Обе стороны понесли значительные потери.

Надо сказать, что для аргентинцев давление на противника имело определённый тактический смысл, и даже стратегический — успеть нанести противнику наибольший урон пока бритты не получили и не освоили (а на это нужно время) американскую военную технику. И успехи аргентинских военных в сравнении с реальной историей (не смотря на потерю авианосца) были существенными. Информация, полученная от русских с крейсера была принята ко вниманию. Так, например взрыватели на американских бомбах были доработаны — случаев несрабатывания было гораздо меньше и отделавшиеся лишь испугом «в прошлой жизни» британские корабли теперь исправно горели, а кому-то повезло ещё меньше^[102].