Сторожевые волки Богов - Олег Маркелов

Она увлекла Никсона дальше в заросли, то почти прижимаясь, то вновь отстраняясь, тихо смеясь и бросая взгляды, буквально физически ощущающиеся Майклом. Малыш двигался послушно, желая только одного – быстрее достигнуть той неведомой цели, к которой стремится девушка, и дать наконец волю своему желанию, растущему в нем с каждым шагом. Наконец движение прекратилось, и остановившаяся Эрея повернулась к Никсону. Он воспринял это как призыв к действию и решительно обнял хрупкие плечи. Девушка больше не отстранялась, а напротив, подалась навстречу. Волна ошеломляющих ощущений и чувств захлестнула Малыша, окончательно лишая рассудка. Теплый свет, желание, нега взаимного чувства. Весь мир утонул в слишком ярких образах и эмоциях. Пропали луны и окружающая действительность.

– Бесконечность впереди…

* * *

– Куда он мог исчезнуть?

Голос Лилит не предвещал ничего хорошего всем в радиусе десятка миль, за исключением, разве что, Упыря. Ладони привычно сжимали снайперскую винтовку.

– Он не оставил бы нас здесь, уйдя без предупреждения, – продолжила Ирмгард, переводя взгляд на девушку-ментата.

– Я не знаю, куда пропал ваш друг, – твердо ответила Эрея, неотрывно глядя в глаза Лилит сузившимися по-кошачьи зрачками. – Мы найдем его. Наст хоть и сильно подтаял, но кое-какие следы все же остаются. Воины Дагрофа уже ищут следы.

Этому диалогу предшествовали бесплодные поиски капрала в лагере и в непосредственной близости вокруг него и вызовы его по устройствам ближней связи. После серии бесплодных попыток Лилит и Упырь оставили эти усилия и с тревогой наблюдали за действиями молодых воинов.

– Самума бы сейчас сюда, – посетовал Упырь, самостоятельно пытаясь рассмотреть на плотном насте какие-нибудь следы. – Может, Малыш на охоту ушел?

– Нашли! Нашли! – перевела Эрея зазвучавшие со стороны ближайшего холма встревоженные крики.

И не столько смысл этой реплики, сколько звучащая в голосе молодых следопытов тревога или даже страх, заставили диверсантов помчаться во весь дух к кричащему воину. Упырь на бегу поудобнее перехватил подаренный кузнецом широкий меч да расстегнул ножны диверсантских ножей, а Лилит лишь проверила пальцем положение флажка предохранителя на своей верной «МРГ Матч». Проломившись сквозь густой кустарник, диверсанты выскочили на большую поляну, окруженную островками кустарника и молодыми деревцами, едва не сбив с ног при этом нескольких склонившихся воинов Дагрофа.

– Что здесь? – опережая Лилит, спросил Упырь.

– Вот его следы, – послушно начала переводить Эрея затараторившего следопыта. – Он стоял здесь довольно долго. А потом, вот видите, пошел в ту сторону. К холмам.

Зоркий глаз Лилит уже различил на плотном насте едва различимые следы от армейских ботинок. Будь Малыш чуть легче, и следов не осталось бы вовсе. Но такой громила, как Никсон, и на асфальте, кажется, чудом не оставляет следов.

– Вперед! – скомандовала Лилит, хотя Упырь и без того метнулся следом, тоже разглядев след.

Оставив позади причитающих воинов Дагрофа и кричащую что-то им вслед Эрею, диверсанты в несколько прыжков пересекли поляну и с удивительной бесшумностью врубились в заросли на противоположной ее стороне. Густой кустарник несколько замедлил продвижение превратившихся в охотящихся хищников землян. Теперь, оставив в покое ножи, Упырь водил стволом бэски, выискивая ту опасность, которая помешала капралу вернуться в лагерь. То, что опасность была и капрал в беде, не вызывало сомнений ни у него, ни у двигающейся в паре шагов справа Лилит. Стремительно-плавные движения, короткие жесты бессловесного общения… Заросли кончились, открыв новую, далеко не радующую глаз диверсанта на тропе войны картину. Следы Никсона пересекали небольшую площадку перед чернеющим зевом пещеры, а дальше наста, помогающего рассмотреть следы, больше не было. Лишь гладкий камень.

Не раздумывая ни секунды, диверсанты шагнули в мрачную темноту, активировав в прицельных комплексах своего оружия режим ночного и биологического видения.

– Постойте! – окликнула их выбравшаяся из зарослей Эрея. – Туда нельзя. Это пещера клора.

– Иди с нами, – не оборачиваясь, предложила Лилит.

– Туда нельзя так. Надо подготовиться, – возразила девушка-ментат. – Сначала нужно…

– Вот и готовься, – оборвала ее Лилит и решительно двинулась в глубину пещеры.

Каменный коридор позволял диверсантам двигаться плечом к плечу, осматривая пространство впереди себя через прицелы. Однако в коридоре не было видно не только зверей, но даже мха или плесени на стенах. Продвигаясь шаг за шагом, они забрались глубоко в недра холма, когда в окуляры прицелов увидели глухую стену тупика.

– Ты видел какие-нибудь ответвления? – спросила шепотом Лилит.

– Ничего, даже мышиной норы, – покачал головой Упырь, словно девушка могла увидеть в темноте этот жест.

– Придется возвращаться, – чуть громче предложила Лилит, вытягивая руку и делая шаг к стенке. В тот же миг она исчезла, коротко вскрикнув. Упырь торопливо повел стволом и неожиданно не увидел пола возле стены тупика. Вместо пола здесь, незаметное еще шаг назад, зияло отверстие, размером с большую шахту лифта.

– Лилит, – позвал он, склонившись над краем шахты. – Лилит!

Не дождавшись ответа и не задумываясь о последствиях, он шагнул через край. За мгновение до падения промелькнула мысль о том, что чувство самосохранения и привычка диверсанта не бросаться сломя голову в неизвестность будто совсем покинули его разум. Тело привычно сгруппировалось как при десантировании с низко летящего бота без средств индивидуального приземления. Но пол все же довольно ощутимо ударил по подошвам ботинок, отозвавшись болью в коленях и заставляя мускулы буквально трещать. Упырь перекувыркнулся, гася энергию падения и, как только оказался снова на ногах, вскинул бэску. В пещере горели лучины и свечи, пахло неведомыми благовониями. У одной из стен, потрескивая, горел в каменном очаге огонь. На высоких подушках неподалеку от очага полулежал Малыш с причудливым кубком в руке. Над ним, двигаясь плавно и завораживающе, танцевали причудливый танец три почти полностью обнаженные девушки. Одна из девушек повернулась к Упырю и призывно вытянула руки навстречу, не прекращая волнующего танца.

– Мы его ищем, а он тут… – задохнулся от праведного гнева Упырь, не сводя глаз с одной из танцовщиц, как две капли воды похожей на…

Выстрел показался громом среди ясного неба, прозвучав в пещере оглушительно, несмотря на работу глушителя-компенсатора. Свечи и лучины исчезли, как и жаркий камин. Только через несколько небольших трещин в своде пещеры пробивались жалкие лучи дневного света, позволяющие, однако, видеть все вокруг. И тотчас Упырь с удивлением обнаружил стоящую в двух метрах от него Лилит со снайперской винтовкой у плеча. В широко открытых глазах девушки плескалось крайнее изумление, и, переведя взгляд на танцовщиц, Упырь, к своему ужасу, понял его причину. Капрал действительно лежал там, где и видел его Макс Майер несколько секунд назад Только он возлежал не на подушках, а на каменистом полу и в руке его не было кубка. Бледный как сама смерть, он явно пребывал в бессознательном состоянии. А танцующие девушки… Сейчас над телом Никсона, опутав его пульсирующими щупальцами, нависал жуткий монстр из фильма ужасов. Огромное яйцеобразное тело, покрытое узлами кровеносных сосудов, скрывалось нижней своей, тупой частью в густой бахроме щупалец. Эти щупальца служили монстру ногами, и ими же он спеленал тело капрала. В верхней части туловища колыхались несколько толстых длинных щупалец с кругляшами присосок, предназначенные, скорее всего, для силовых действий. Между этими массивными верхними щупальцами, немного выше середины тела, выступала уродливым наростом голова. Огромные, мерцающие тусклым красным светом глаза с ненавистью глядели на Упыря и Лилит. А чуть ниже этих дьявольских глаз разверзлась бездонная широкая пасть…