Голубая луна - Макс Мах

И вот теперь граф де Гравина искал щедрого нанимателя, путешествуя с остатками своей наемной армии. Однако, на его несчастье, именно в этот период времени в ойкумене человека ненадолго воцарился мир, и услуги маршала оказались временно не востребованы. Ну, а Конгар, в чем Герда лично убедилась задолго до маршала, был известен как тихая гавань для всех тех горемык, у кого есть деньги, но кому при этом «негде приклонить голову».

Однако существовала принципиальная разница между Гердой, прибывшей сюда максимум с пятью десятками вооруженных людей, – о колдуньях никто тогда, как, впрочем, и сейчас, ничего не знал, – и одиннадцатью трехмачтовыми кораблями, перевозящими наемную армию в четыре сотни бойцов. Леопольд III Конгарский, славившийся своим добрым нравом и щедрым гостеприимством, такие вещи понимал не хуже других и поэтому, встретив маршала как родного, не позволил кораблям с наемниками пристать к берегу. Капитан порта распорядился пропускать их на внутренний рейд по одному: одно судно раз в два дня.

Провизию и воду возили с берега на лодках, но увольнительную в город могли получать только те моряки и солдаты, чей корабль стоял у причальной стенки, да и то сходили они на берег без оружия, за чем бдительно следила портовая стража. Леопольд был добрым королем, но дураком не был. Поэтому, с одной стороны, он тепло принял в Конгаре знаменитого полководца и родича императора, устроив в его честь торжественный прием, а с другой стороны, привел в готовность свои войска.

Герда узнала и о том, и о другом из личного послания короля. Леопольд приглашал ее в гости, но одновременно предупреждал о необходимости проявлять бдительность. Герде такой подход был по нраву. Максимальные меры безопасности она приняла и без чужого напоминания, а съездить к королю было и полезно, и приятно. Себя показать, на других посмотреть, проветриться и «понюхать воздух». Попытки покушения ее давно уже не пугали, напротив, они привлекали Герду возможностью понять, кто имеет на нее зуб, за что и как далеко этот некто готов пойти, чтобы ее уничтожить. Поэтому, даже имея в виду все те угрозы, о которых она была осведомлена, и предполагая наличие иных угроз, о которых она пока ничего не знала, Герда решила ехать и приказала готовить кортеж.

– Уверена? – спросила ее Дарья, обеспокоенная возникшими угрозами.

– Не сомневайся! – улыбнулась Герда. – Ты остаешься за старшую. С тобой Ян и Том. В замке сорок человек охраны и пятеро колдунов. Если что, Ирма дотянется до меня практически мгновенно, ну или я до нее. Так что не волнуйся, но и не расслабляйся. Мир не без добрых людей, и кто-нибудь всегда точит на нас свой нож. Не мой отец, так твой брат.

– Думаешь, Иван способен?..

– Тот Иван, за которого я собиралась замуж, ни мне, ни тебе плохого никогда не сделал бы…

Подразумевалось, что он предпочел бы любовь Герды власти и никогда не оставил бы в беде Дарью. Но власть меняет людей, и в нынешнем Иване Герда уже не была настолько уверена. Но и помимо этого всегда существовала вероятность того, что кто-то захочет выслужиться перед великим князем и сделает то, на что сам самодержец решиться не может и, возможно, не сможет никогда.

– У свекра тоже в этом деле есть интерес, – нехотя согласилась с Гердой Дарья.

– Вот именно! – поддержала подругу Герда. – Поэтому и говорю, расслабляться нам нельзя. Иди знай, что они там себе вообразят.

Возможно, по прошествии времени боярин Кротов уже не пускал слюни на пышную грудь и широкие бедра свой невестки, но фактом являлось то, что на данный момент старший сын Дарьи – Алексей Кротов-Полоцкий – оставался единственным прямым и бесспорным наследником своего отца, а значит, и деда. Так что династические проблемы, связанные с детьми, имелись не у одной только Герды.

– Будь осторожна! – попросила Дарья.

– Обещаю, – улыбнулась Герда и занялась сборами.

Ехать она собиралась в карете вместе со своими фрейлинами Тильдой ван дер Слёйтер, Аленой Неревиной и камеристкой Николетт, недавней выпускницей школы «Неофелис». Соответственно, в кузове, в сундуках под диванами, хранилось их оружие – кроме тех стилетов, которые дамы прятали в складках юбок, – и «доведенные до ума» сверские «ночные наряды», на случай, если обстоятельства вынудят их окончательно сбросить маски. На этот же случай конюхи, ехавшие верхом в составе конвоя вместе с двенадцатью гвардейцами княгини Нотебургской, вели в поводу четырех оседланных коней. Юэль Брух и боярский сын Осип Остафьев возглавляли кавалькаду. Сила это была немалая, так что Герда за себя всерьез не опасалась. Ни двенадцать «каменщиков», ни семь «купцов», даже объединив свои силы, не могли ей серьезно угрожать, хотя, скорее всего, сами об этом пока не догадывались. Впрочем, Герда не исключала возможности, что, зная о ее магическом Даре, новгородцы включили в состав своего тайного «посольства» какого-нибудь колдуна или двух. Однако они не могли знать о том, что истинная сила Герды куда выше задекларированной и что Дар ее продолжал развиваться все эти годы.

– Ты, как всегда, прекрасна, – ухмыльнулась Тильда, с нарочитым вниманием осмотрев Герду с ног до головы, но сама Герда давно не нуждалась в стороннем мнении. Ей вполне хватало своего.

Она бросила взгляд в ростовое зеркало, улыбнулась себе из зазеркалья и повернулась к Тильде. Если сама Герда была одета в весьма сдержанное и, пожалуй, даже консервативное с точки зрения покроя, платье из пунцового и алого шелка и золотой парчи, то золотоволосая Тильда была одета в воздушное и несколько легкомысленное персиковое платье с крайне смелым декольте. Камни на первой фрейлине тоже были нерядовые – преимущественно желтые бриллианты и золотистые топазы, так что выглядела она настоящей знатной дамой. Другое дело, что по сравнению с ней Герда в своем ярком наряде и рубиновой парюре, включавшей в себя между прочим и княжескую диадему, представала настоящей королевой.

«Но на самом деле я все еще не королева…»

* * *

Он подошел к ней сам. Сказал, что хотел бы представиться ей лично, и, разумеется, представился:

– Граф ди Гравина, к вашим услугам!

Он был высок, широкоплеч и, чего уж там, красив. Черные вьющиеся волосы, черные внимательные глаза, крупной лепки правильные черты лица.

Не мальчик, но и не старик. Одним словом, мужчина в самом расцвете сил, опытный, умный, уверенный в себе. И, что совсем удивительно, учитывая все то, что слышала о нем Герда, не наглый и не заносчивый. Просто идеальный кандидат в любовники.

– Я слышала, маршал, – улыбнулась она, начиная игру, – ваши услуги стоят дорого.

– Не дороже денег, ваше высочество, – парировал он.

– Сиятельство, – безмятежно поправила его Герда, – максимум светлость. Я удельная княгиня, граф. Это не совсем то же самое, что быть правящей княгиней.

На самом деле, ее насторожило его обращение: не тот человек Берт дела Магре граф ди Гравина, чтобы ошибиться в титуловании. Знал, что делает, и, судя по всему, знал, для чего.

– Да, – согласился с ней собеседник, – но это в случае, если вы не наследная принцесса.