У границы мрака - Василий Головачев

– По сведениям Мертвеца. Боюсь, что за пролетевшие с того момента годы все цивилизации умерли. Попробую поискать предков толкиновцев.

– Как долго ты собираешься искать? – осведомился Вересов.

– Я чую уцелевшие базы, практически мёртвые, поэтому процесс не затянется надолго.

– Конкретнее.

– Несколько дней.

– Мы можем помочь?

– К сожалению, не можете.

– Я берусь поработать с вами в паре, – сказал Ядогава. – Если не возражаете. Не люблю сидеть без дела. Да и мой опыт может пригодиться.

– Не возражаю.

– Что ж, тогда объявляю двухдневный отдых, желательно активный, чтобы мышцы не застаивались.

– Пойду спать, – буркнул Мишин, развеселив остальных.

* * *

Два дня ничего не делали, отдыхали как могли.

Иван чаще проводил время с Елизаветой, общаясь с Копуном мысленно и зная все его заботы.

Команда Вересова, к которой он присоединялся с видимым удовольствием, путешествовала по паркам и отсекам «вселенолёта», изучая его архитектуру и технику, и даже удачно порыбачила на речке (Копун после консультаций с Иваном, имевшим опыт рыбака, соорудил неплохой клёв) и не один раз заседала в одном из жилых модулей, превратив его в кают-компанию.

Иван тоже обследовал дальние уголки «машины судного дня», до которых не добрался за время прошлых путешествий на борту Вестника, и был вполне счастлив, так как присутствие любимой и любящей женщины наскучить не могло. На третий день Копун вызвал его в зал контроля.

«Что-то нашёл?» – спросил Иван, приходивший в себя в одиночестве после активно проведённой ночи в объятиях Елизаветы.

«Надо поговорить».

«Говори».

«С глазу на глаз».

«Вот те на! – удивился молодой человек. – Неужели не можешь выйти ко мне в каюту вифом?»

«Есть проблема», – уклонился от прямого ответа Копун.

Иван прислушался к своим ощущениям, не увидел в них желания куда-то идти после купания под душем, но мужественно выиграл борьбу с ленью и принялся одеваться.

«Буду через пару минут».

В зале, по-прежнему украшенном гигантскими пятиметровыми саркофагами, предназначенными разработчиками Вестника для бригады толкиновцев, никого не было, кроме Ядогавы, дни и ночи проводившего время в рабочем ложементе.

Иван подошёл было к его ложементу, но остановился, так как перед ним появился молодой парень, его ровесник, в образе которого с пассажирами встречался Копун.

– Извините, землянин, – сказал он виноватым тоном. – Может, я просто перестраховываюсь.

– Что случилось? Неужели обнаружил планету предков создателей?

– Нет, в кластере не осталось живых разумов. Но в памяти Мертвеца, которую я перенёс к себе в аккаунт, обнаружилось упоминание о предках.

– Давно?

– Не понял вопроса.

– Давно ты обнаружил? Мы уже неделю в пути.

– Недавно, только что. Мне тоже с трудом удаётся расшифровывать записи Мертвеца. Но речь не об этом. Ваш коллега Ядогава слишком много загрузил в мозг информации и начинает изменяться.

Иван невольно оглянулся на «доспехи» ложемента, скрывающие тело эксперта.

– В каком смысле?

– Он не реагирует на вопросы, и в его мысленной сфере нет присущих человеческим определений и эмоциональных суждений.

– Это его обычное состояние, – пошутил Иван. – Он же японец.

– Ну и что?

– Люди разных рас ведут себя в одной и той же ситуации по-разному. И даже истина и правда для них могут иметь разные смыслы.

Копун изобразил смущение.

– Я не знал. И всё-таки в этом есть что-то неправильное.

– Сейчас проверим.

Иван подошёл к креслу эксперта, постучал по «доспехам» пальцем.

– Ядогава-сан, выгляните из берлоги.

Японец не ответил.

Иван напрягся, постучал сильнее – кулаком.

– Ядогава-сан!

«Доспехи» кресла мягко раскрылись. Показалось бледное лицо эксперта с затуманенными глазами.

– Ваня-кун? Что случилось?

– Всё в порядке?

Ядогава провёл рукой по лицу, пригладил волосы.

– Как будто… изучаю наследие Предтеч, исключительно интересно! Кстати, они тоже воевали.

Иван повернулся к вифу Вестника.

– Убедился? Сэнсэй Ядогава когда работает – ничего не видит и не слышит.

– Ну, почему… – озабоченно проговорил ксенолог.

Иван засмеялся.

– Копун переживает за ваше психическое здоровье, Ядогава-сан. Ему показалось, что вы превращаетесь в чудовище, в одного из Предтеч.

– Предтечи не были чудовищами.

– У меня просьба: сообщайте о результатах вашей работы время от времени, чтобы мы не волновались. Когда вы в последний раз беседовали с Даль Данилычем?

– Недавно… – Ядогава наморщил лоб. – Вчера… кажется…

– А нормально обедали? Тоже вчера?

Эксперт слабо улыбнулся, окончательно приходя в себя.

– Я вас понял, Ваня-кун, обещаю выполнять распорядок дня.

– Не пугайте нашего друга. – Иван кивнул на фантом Вестника, продолжавший стоять рядом со смущённым видом. – И пойдёмте завтракать. Уже утро, а вы, наверно, даже не ложились.

Ядогава посмотрел на лепесток биосъёма, служивший ему визуальным интерфейсом, поколебался немного, потом вылез из кресла.

– Пойдёмте, Ваня-кун, с удовольствием глотну кофе.

Копун извинился и исчез.

«Следи за ним, – мысленно попросил его Иван. – Ничего особенного не происходит, но психические отклонения от копания в бездне информации могут возникнуть».

«Ок», – коротко ответил Вестник.

К вечеру Вересов собрал всех в кают-компании.

– Копун нашёл след предков своих создателей, след ведёт в глубь границы Вселенной. Какие у кого будут мнения?

– Идти дальше, – пожал плечами капитан Мишин. – Хватит прохлаждаться на речке и ловить рыбку, пора делать то, ради чего мы и упросили Копуна взять нас с собой.

– Другие мнения есть?

Присутствующие начали переглядываться, но сомнений или нерешительности на их лицах Вересов не заметил.

– Переходим на режим «экстрим». О своих наблюдениях, сомнениях и ощущениях докладывать постоянно. Возражения?

Все молчали, даже Ядогава, которого с трудом удалось вытащить из центрального зала Вестника.

Иван поймал взгляд Елизаветы, еле заметно кивнул. Он тоже волновался, но искренне верил, что они выдержат все испытания.