Я из Зоны. Сегодня никто не умрет - Дмитрий Григоренко

– Если через десять минут с их стороны не будет действий, то мы отправим сообщение, – продолжил майор, словно его и не перебивали. Протянул руку, похлопал по карманам плаща Хрипа. Сталкер недовольно дернулся, достал серебристый КПК бандита.

– Все, по местам. Передвижение скрытное. Открывать огонь разрешаю без команды, – отчеканил Ставр и добавил: – Помните, сегодня никто не умрет.

Мы с Ренатом переместились на правую сторону, укрываясь за деревьями. Короткими перебежками, оставляя за спиной бетонные плиты. Бесстрашный майор вообще выдвинулся к цистерне и замер метрах в пяти от входа.

– Упал, – произнес я, и Баранов рухнул как подкошенный. Из входа повалили фризовцы. Видимо, даже не пришлось Ставру имитировать по КПК призыв о помощи: скорее всего, подоспела информация из Отходника. Значит, Слепой и Пуля начали проводить операцию. Странно и одновременно логично, что действия таких разных структур схожи. Майор приказал требовать помощи от военных на северном блокпосте, а бандиты запросили помощь с Фабрики. Я на миг заметил, что творится во дворе. Кроме главного здания Фабрики, там находилась еще и пристройка из красного кирпича.

И понеслось. На нас выскочила кодла бандитская, грозно ощетинившись оружием.

– Давай быро, не тупим! – успел крикнуть их заводила.

Майор принял эту команду как сигнальный свист на старте.

Кинжальный огонь в упор. Майор начал, остальные подхватили. Наши стреляли почти в упор, с трех-четырёх метров. От грохота «калашей» сознание порвало в клочья. Бегущие первыми фризовцы получили максимальную дозу свинца. Они падали, шедро разбрызгивая кровь, превращая серый асфальт в полотно экспрессиониста.

Открыли огонь бойцы, которые прятались за плитами.

– Засада, пацаны! – провопил кто-то тонким голосом. Ренат стрелял одиночными. Я толкнул его:

– Своих заденешь! Давай, двигай направо!

Я оценил картину «Не ждали». Бандиты, сволочи, сумели сориентироваться, или это страх им подсказал – они ломанулись под защиту стен. Назад, в ту дырку, откуда выползли! Оставляя большую часть пацанов убитыми. Вот тебе и майор Ставр, с шрамом на голове. Просчитал ситуацию!

Радовался я зря. Цистерна от пуль прикрывала не очень. Громом раздались выстрелы дробовиков, раздался писк «гюрзы».

Наше укрытие превратилась в сито. Грохот пальбы, крики бандитов, отборный мат – все смешалось в бою.

Я обогнал Баранова, стремясь как можно быстрее добраться до забора, а после, обогнув угол, найти эту проклятую плиту!

– Граната, уроды! – услышал я.

Я обернулся, собираясь предупредить Баранова.

Вращаясь в воздухе, летела граната. В нашу сторону. Почему-то я сразу понял, что это лимонка. А еще удивился: «Кто же кидает эфку?! У нее разлет осколков двести пятьдесят метров!»

Ренат же среагировал на крик бандита, толкнул меня на землю и сам упал рядом. Бахнуло. Взорвалось. Граната разлетелась на осколки, оставляя после себя мерзкий писк…

3

Писк. Так иногда пищал старый радиоприёмник в кабинете отца. Я всегда быстро подскакивал и, крутанув ручку, выключал этот пыточный аппарат. Сейчас же выключить этот звук не получалось. Писк стоял в голове, меня шатало, словно на корабле при девятибалльном шторме. Ладно, приврал. Не так все было страшно. Я больше испугался, чем пострадал от гранаты. Кто бы ее ни кидал, он сделал это криво. Граната перелетела наших и не долетела до нас с Барой. Думаю, в связи с паникой, которая охватила фризовцев, нашу манёвренную группу они даже не заметили.

Хотя землей нас засыпало. Мокрые комья застряли в волосах, да и мордой я хорошо вытер радиоактивную землю. Какой-то странный день получался – день нанесения грязи на лицо: то перед ловушкой для бандитов рядом с вышкой, то теперь…

Мы передвигались вдоль забора. Дурацкий писк сбивал меня с толку. Казалось, будто это подает голос счетчик радиации, которого у меня в помине не было. Дошли до поворота. Я обернулся, оценил состояние Рената. Глаза у того блестели, сам он весь был измазан грязью. Зато автомат наготове, бронежилет на здоровом теле, словно пластинчатая кольчуга на богатыре. Если я выглядел так же, то нас можно было бы снимать в рекламе военных сил. «Они защищают Зону!» Или наоборот: «Они защищают вас от Зоны!»

– Темп! – произнес я одними губами. Кричать я даже и не думал. Баранов кивнул, показал пальцами миниатюру – бегущий человечек. Все верно понял. После смены позиции главный вход, цистерны и плиты остались за его спиной. Даже сейчас я слышал автоматные очереди и одиночные хлопки дробовиков. Бой не прекращался, скорее, начал закипать. Промелькнула мысль: «Сколько же мы убили простых мужиков? Да, бандитов, но наших бандитов… Бр-р-р. Ненужные мысли во время боя».

Я вытер ладони о штаны. Было жарко. Очень жарко. Свитер, который мне дал Баранов, мы оставили Витальке. Мой бушлат без подстёжки раздражал. Я потратил несколько секунд, драгоценных секунд, но с остервенением стащил его.

Ренат не терял времени, развернулся, контролируя ситуацию. Вроде наши рванули в наступление, перегруппировались. Основные силы, под прикрытием огня группы майора за цистерной, рванули под стены.

– Двинули, – приказал я.

Осторожно выглянул за угол плиты. Противника не увидел. Забор оказался выше, чем ожидалось. На совесть строили, не жалея стройматериалов. Я, со своим высоким ростом, только с разбега мог попытаться зацепиться за верх бетонной плиты.

Овражек, несколько деревьев, странные кусты, словно их покрасили серебрянкой. «Так, вот их я точно обойду. Что еще? Завалившейся плиты не вижу, ну и фиг с ней. Баранов подкинет».

Очень хотелось побежать, ускориться. Сердце с каждым ударом кричало: там наших бьют! «Согласен. Темп, темп! Это Зона! И бегать надо по проверенной дороге».

Я проскочил дерево, обогнул куст. Пришлось пригнуться на случай, если кто-то из защитников Фабрики залез повыше. Например, на кран, на котором можно сделать замечательный наблюдательный…

– Ниже! – просипел я.

Все оказалось проще: бандиты на крыше кирпичного здания установили точку. И теперь я даже видел их головы, а значит, и они могли вычислить двух отважных идиотов: меня и Баранова.

Бара не тупил. Он тоже прижался к траве. Сбоку светилась аномалия, но у меня были другие проблемы. Я резко остановился, чуть не пролетел мимо цели. «Да вот же она, плита!» Правда, я ожидал большего наклона.

Мы приблизились.

– Там, на крыше недостроенного красного здания, – прошипел я на ухо Баре, – они точку установили. Делаем упражнение номер четыре… Готов?

Ренат, с красным лицом, словно его натерли свеклой, проверил автомат. Удостоверился, что все нормально, патрон в стволе, запасной магазин легко выдергивается из кармана на бронике.

– Готов. Я первый.

– Угу, ты первый приседаешь. Давай, сосредоточься. Если не зачистим их сразу, то фиг переберемся на ту сторону.