АДвокат - Вика Кисимяка

— Силы Зла умеют молчать, вот это новость, — убедившись, что мы с Ясмин так и будем стоять, не произнеся ни слова, рядом с его столом, он решил заговорить сам. — Однако что-то мне подсказывает, что вы не просто поглазеть на меня пришли.

— Вы классный, — выпалила Ясмин, улыбаясь во все свои четыре вампирских клыка. Я раздраженно толкнул ее локтем в бок.

— Так, ну, с тобой все понятно, — ухмыльнулся Архивариус. — Ну, а вы, молодой человек, чего хотели?

— Говорят, вы знаете всё о Рае и Аде, — начал я.

— Кто говорит? — с интересом наклонил голову Зот, прищурившись.

— Ну… все, — пожал плечами я. — Она вот… — моя рука дернулась в направлении вампирши, все еще стоявшей с раскрытым от восторга ртом. — Я про вас, если честно, никогда до сегодняшней ночи не слышал, извините.

— Я прощаю тебя, — хохотнул Архивариус. — Сейчас я быстро введу тебя в курс дела. Я бессмертен, у меня 15 жен и при этом всего 3 любовницы, это потому что я верный и приличный человек. Я объездил весь мир, в моих сутках по сорок девять часов, сорок из которых я трачу на групповые оргии со своими фанатками, обожающими манускрипты и пророчества, которые я пишу. За советом ко мне обращается сам Господь Бог, но, в основном, конечно, мы с ним пьем напиток сорта «Delirium Tremens»^[23], который, как известно, божественен, а Дьявол ревнует к нашим идеальным отношениям, потому что я уделяю ему недостаточно внимания.

— Вы забыли еще упомянуть слухи о том, что война начинается в любой стране, в какую бы вы ни приехали, — с придыханием подала голос Ясмин, теребя край сарафанчика.

— А, точно, — театрально понурил голову Зот. — Именно поэтому мне нельзя посещать Диснейленд, они там друг друга передушат после этого.

— И что, все это правда? — скептически покосился на него я.

— Безусловно, куда удобнее, игнорируя общий мировой кризис, некомпетентность и коррумпированность большинства мировых правительств, а также подлую человеческую натуру, винить во всех грехах абстрактного Архивариуса Зота, — развел руками тот. — Однако, друг мой, вы уже сами как-то обдумайте это на досуге и решите для себя, что является правдой, а что — выдумкой.

— Нам нужна ваша помощь, — признался я.

— С какой стати мне помогать вам? — с неподдельным любопытством поинтересовался Архивариус.

— Больше просто некому… — едва скрывая отчаяние, ответил я, кусая губу.

— О, этот христианский мир, — закатил глаза Зот. — Бог на небе, Дьявол под землей, а обратиться не к кому. Это очень типично для большинства религий, вам не кажется? С одной стороны, только попробуй пойти против воли Всевышнего, но если у тебя проблемы, друг, действуй сам.

— Бог и Дьявол имеют к нашей проблеме непосредственное отношение, — попытался заинтересовать его я.

— Да ладно? — скривился Архивариус, осушая бокал с пивом. — Считается, что эта парочка прикладывает руку к любому чиху этого мира. В основном это не так, просто людям удобнее так думать. Если вы пришли ко мне с проблемой, в которой они РЕАЛЬНО замешаны, это либо большая редкость, либо неправда.

— Пожалуйста, господин Зот, нам дико нужна ваша консультация! — взмолился я. — У нас осталось около шестнадцати часов до того, как Ад сотрут с лица земли…

— Ад находится несколько с другого конца земли, я бы даже сказал, с противоположного ее лицу, — поправил меня Архивариус, а потом потер небритый подбородок в задумчивости. — До меня доходили слухи, что в Геенне что-то случилось, но не преувеличиваете ли вы, молодой человек?

— Я АДвокат, я постоянно преувеличиваю, но драматизировать настолько у меня бы не вышло! — настаивал я. — В Аду убили ангела. И судью. И моего клиента, милого демона Ахерона тоже собираются убить, хотя, он ни в чем не виноват. Да нас, в общем-то, всех убьют, если мы не найдем того, кто устроил диверсию с целью подставить все силы Зла разом.

— Что хорошего я получу, если уделю вам десять минут своего времени? — лениво поинтересовался Архивариус.

— Хорошего — ничего, но ее можете забирать! — ляпнул я, указывая на Ясмин. Вампирша обернулась ко мне, удивленно хлопая глазами. Я подумал, что она убьет меня, но вместо этого моя белобрысая спутница лишь расцвела в улыбке.

— Соглашайтесь, условия отличные, — заявила она. — Гарантирую.

— Весело с вами, дети, — хохотнул Архивариус, наливая себе еще пива из личного крана. — Расскажи мне, АДвокат, как выглядел этот твой убитый ангел, может, я его вспомню.

Прикрыв глаза, я попытался во всех деталях воспроизвести образ убитого и расчлененного юноши, лежащего на пыльной земле Подземного мира. Темноволосый мальчик с невидящим взглядом серых глаз предстал перед моим внутренним взором, озадаченно и обиженно качая головой. Я понятия не имел, за что его лишили жизни, и от этого мне стало страшно.

— Темноволосых ангелов достаточно много, — выслушав меня, ответил Зот, потягивая пенный напиток. — Серые глаза часто бывают у тех посланников Рая, кто много смотрит на смертных людей. У ангелов, наблюдавших Бога, зрачки всегда необычного цвета. Еще что-нибудь припомнишь?

— У него на щеке был отвратительный, глубокий рубец. Кровь запеклась, но я его, естественно, заметил, — передернуло меня. — Такое ощущение, что его пытали перед смертью.

— Шрам? — поднял брови Архивариус, поправив очки. — На правой щеке?

— Да! — выдохнул я.

— Никто не пытал вашего мертвеца, — помрачнев, ответил Зот, тяжело вздыхая. — У этого парня шрам был всегда. Кровь на нем запеклась уже после его смерти, а при жизни она текла без остановки.

— Вы его узнали… — в благоговейном шоке прошептала Ясмин. — С ума сойти.

— Его звали Амалиэль, — кивнул Архивариус. — Это имя означает «защитник слабых».

— Отлично… хоть бы раз прикончили кого-нибудь, чье имя означает что-то менее доброе и милое, — надулась вампирша. — «Насильник морских свинок», например, или «Оглушитель бабушек».

— Что такого сделал этот Амалиэль, чтобы заслужить смерть? — спросил у Зота я, наклоняясь вперед.

— Обычный канцелярский служащий, — пожал плечами тот. — В Раю таких много, кто-то должен фиксировать людские грехи, а потом вычеркивать их из личного дела человека, когда грех замолен.

— Только это Амалиэль и делал? — раздосадованно уточнила Ясмин.

— Нет. Еще он плакал кровавыми слезами за весь род человеческий, — отозвался Зот. — Его шрам под глазом кровоточил постоянно.

Внезапно воздух в «Посадоффест» замер, превращаясь в вязкую массу, облепившую нас со всех сторон. Казалось, из атмосферы пропал весь кислород. Я попытался сделать вдох, но не смог: словно большой и теплый кот лег мне на грудь, не давая ей подняться.

— Силы Добра пожаловали, — протянул Архивариус, смотря куда-то в дальний угол темного ресторанного зала. — Интересный сегодня вечер.