Зона Посещения. Шифр отчуждения - Сергей Вольнов

«А не подбросить ли мне идею братьям по разуму?!»

Это соображение я собеседнику не отправляю, оно техническое, для личного пользования.

Зато отправляю Цепкому сообщение о том, как можно отразить внутренние фантастичные думы и переживания во внешней среде. Ввести обозначения для разных знаков, переслать их всем, кто в теме, и так общаться и делиться, оставляя вовне и воспринимая извне.

Знаки хоть палочкой на земле чертить, главное, чтобы их знали все и могли идентифицировать между собой. Иной, внешний способ контакта помимо ментального, допускающий какой-никакой обмен ещё и «странными размышлениями». Плодами фантазии то есть.

«А что-о-о, – теперь очередь удивляться Цепкому, – интересная мысль!»

Не то слово интересная, Цепкий!.. Знал бы ты, насколько огромный потенциал заложен в этой идее. Но я удерживаюсь от того, чтобы ему рассказать о перспективах.

Пусть идёт своим чередом. Я только подготовил почву для информационной революции, исполнил роль своеобразного Прометея из другого мира. Не только же огонь можно принести «людям»…

Образ гигантского мускулистого мужчины, в одной руке держащего факел и прикованного цепями к скале, – таким представлялся мне Прометей с детства. Я задумываюсь о том, по каким альтернативным путям развития могло бы пойти человечество, не случись в определённые моменты неких ключевых событий или эти события произошли бы позже либо раньше того срока, когда они реально произошли. Обуздание огня, приручение зверей, освоение земледелия… Вполне вероятно, что, если бы это всё имело другой характер, наша цивилизация сформировалась бы аналогично той, что у этих муравьёв.

А сильно ли мы отличаемся?.. Не можем ли мы в будущем стать такими, как они, а они – такими, как мы? Этакий обмен разумами… Существует ли вообще та цивилизация, к которой я думаю, что принадлежу? Может, всё, что есть в памяти до моего появления здесь, на ненормальной территории, – просто абсурдные фантазии?..

Запутываюсь в мыслях и не замечаю, как сон таки добирается до моего взбудораженного сознания…

«Подъём!!!»

Часовой ввинтил в мою голову острый тревожный импульс, и я, вмиг проснувшись и мобилизовавшись, пулей вылетаю из спальника.

На нас пикируют летуны! Они стремительными торпедами снижаются, а нам убежать некуда, мы отрезаны от спасения на открытом горном карнизе. Но в принципе шанс одолеть противника имеется… Не ожидал я так рано прямого столкновения с врагом, надеялся, что получится дальше пройти незамеченными.

Лихорадочно соображаю, как лучше: давать отпор нападающим сплочённой группой или рассредоточиться по всему «пятачку», чтобы драконы хреновы тоже разделились… Один на один с летающим гадом любому из нас, признаться, ловить нечего, а сомкнувшись, все рядом мы будем как муха под колпаком. Правильное решение – рассредоточиться, но взаимодействовать.

Численность противника составляет четыре особи. Когда один из драконов пролетает чуть ли не в паре метров над поверхностью платформы, Цепкий подныривает под него и каким-то хитрым тычком увесистой дубинки выбивает летучего из равновесия.

Бравый бросает дротик с роговым наконечником, который отскакивает от брони, покрывающей башку сбитого с толку врага. За этим дротиком следует второй, а потом третий и четвёртый. Бравый мечет их с интервалом в секунду – поразительная скорость!

Вреда они не наносят, но летун свирепеет и бросается в атаку, наметив себе в качестве первоочерёдных мишеней метателя дротиков и муравья с дубинкой. И вновь Цепкий наносит сокрушительный удар, а Бравый продолжает метать… Видимо, такая у них отработанная тактическая схема – Цепкий исхитряется и каким-то образом на недолгое время выводит дракона из строя, из нормального боеспособного состояния, а Бравый пытается попасть ему в глаза. Конечно, с ходу засадить дротик в глаз даже опытному метателю вряд ли удастся, но со второй-третьей попытки, при должном везении – вполне реально.

Бегунья в это время отвлекает ещё двух врагов, виртуозно уходит от нападения то одного, то другого смертоносного создания, вынуждая их проскакивать мимо себя. «Танцует», перемещаясь по всей площадке, а Мастак тоже времени даром не теряет – подобием короткого меча, выточенным из осколка твёрдого камня, он дерётся с четвёртым летуном. Да так яростно, словно за двоих – себя и другого Мастака.

С начала нападения миновало от силы полминуты.

Сориентировавшись, я вступаю в схватку, участвуя то тут, то там. Сначала один из драконов, обманутый быстрой Бегуньей, кидается на меня, так как в этот момент нас разделяет всего несколько шагов, но я в упор выпускаю в него очередь из «Викинга», и летун с истерическим визгом отскакивает. Не ожидал такого отпора, гад?!

А я уже спешу на подмогу Бравому и Цепкому, которым никак не удаётся нашпиговать глаза самой крупной твари. Подхватываю кассетный разрядник, лежащий возле спальника, и влепляю из «Теслы» в дракона энергетический удар на полной мощности.

Прежде мне ещё не доводилось применять это оружие на максимуме, но предыдущий опыт наблюдения за летающими бестиями сподвигает задействовать наиболее тяжёлую артиллерию, какая есть в наличии. Ночь озаряется вспышкой, бронированного летуна отбрасывает прочь, и он душераздирающе воет.

Живучий, сволочь, как-то он умудряется не обрушиться, держится в воздухе и орёт, как сирена. Второй разряд – и сирена захлёбывается, броня пробита, тварь поджарена, крылья подламываются, враг срывается и камнем рушится вниз.

Тут раздаётся грохот, и меня по голове со страшной силой что-то бабахает! Дальнейшее происходит стремительно, сперва помрачнение перед глазами, мелькает обрывок мысли, что это летун меня приложил, потом я вижу ночное небо, и сверху рушатся камни, за ними опускаются сверху ещё две новоприбывшие твари… Удары камней по карнизу, одним из них только что задело меня, чувствую, что голова и волосы мокрые, там кровь… Не успевая очухаться, стреляю в драконов, но промазываю, низкая скорострельность «кассетника» работает не на меня… Одного летуна прямо надо мной сбивает Цепкий. Я поднимаюсь на ноги, голова невыносимо трещит, словно вот-вот разойдётся по швам… Мне относительно повезло, камень долбанул небольшой, размером с головку сыра и без острых граней.

В многострадальной черепной коробке пульсирует страх: обвал, надо уносить ноги! Хотя если обвал, нам уже точно конец. По инерции отбегаю ближе к краю площадки. Камни перестают падать, наверно, это драконы, задев скалу, спровоцировали обрушение. Бросаю полный отчаяния взгляд в пространство за краем и… за изгибом склона примечаю едва заметную дыру чуть больше человеческого роста, ведущую внутрь, в толщу горы.

Обернувшись, вижу тварь, приближающуюся ко мне по прямой траектории. Соприкосновения с ней не избежать, хотя тело уже само, инстинктивно, прянуло в сторону… выпускаю очередь из пистолета-пулемёта, чтобы она хоть немного притормозила монстра и смягчила ту страшную силу, с которой он ударит по мне… Меня сбивает многотонный грузовик – жуткая боль, я отлетаю и ощущаю под собой пропасть, судорожно пытаюсь вцепиться во что-то руками. Делаю это очень вовремя – пальцы смыкаются на выступе, и я висну на кромке карниза, с которого чуть не сверзился. Напрягаю мышцы и рвусь обратно – половина тела наверху. Адресую всем муравьям ментальный посыл: сообщаю о норе, открывшейся моему взгляду в скале.