Черный меч царя Кощея - Андрей Белянин

Из темноты вышли сразу три тощих лесных хищника с высунутыми языками и неласковыми взглядами. Не очень крупные, размером со среднюю овчарку, но их трое, а я один.

— А ну пошли отсюда вон, псы блохастые! — как можно громче рявкнул я, помня, что зверю всегда надо показывать, кто здесь главный. По крайней мере, я такое где-то слышал или читал.

Волки не ускорили и не замедлили шаг. По-моему, они даже не восприняли мои слова как оскорбление.

— Ах так... — Я храбро шагнул вперёд и уставился в глаза самого крупного волка.

Ни одно животное не выдерживает прямого взгляда человека! Об этом ещё Редьярд Киплинг писал, я смотрел мультфильм «Маугли» в детстве. А вот волки, видимо, нет...

Вожак зарычал, его товарищи подхватили, дружно завыв, и, наверное, не меньше сотни волчьих голосов ответило им со всех концов леса.

— Я буду драться! — подхватив какой-то валявшийся на земле сук, честно предупредил я.

Три волка спокойно брали меня в клещи, не вступая ни в диалог, ни в переговоры.

Когда стало ясно, что сейчас тот, что слева, кинется, то я недолго думая запустил ему палку в лоб. Сильно, но не очень метко. Этот санитар леса легко пригнулся, а мне, пользуясь мгновением заминки, удалось в длинном кошачьем прыжке взлететь на близстоящее дерево. Але-оп!

Если бы здесь был бабкин любимец, он бы поаплодировал — даже ему не каждый раз доводилось столь элегантно уходить заборами от уличных собак.

— Вот фигу вам, агрессоры. — Я вовремя подтянул ноги, так что страшные волчьи зубы клацнули десятью сантиметрами ниже. — Не одному мне сегодня оставаться без ужина. Я голодный и злой, меня обманули и выперли, мне и так очень хреново — куда вы-то ещё лезете?!

Три хищника внизу грозно заворчали, давая понять, что если у меня всё не сложилось, то это ещё не повод портить им аппетит. А если моя жизнь настолько полна разочарований, то они даже готовы мне помочь! По-своему, но радикально и от души!

— Не греет, — честно признался я, стараясь обращаться ко всем волкам сразу. — Мне тут удобно, не дует, белки с жилплощади не выталкивают, а утром поглядим, кто кого. Может, тут в лесу охотники ходят или какие-нибудь добрые дровосеки?

Волки недоуменно переглянулись, со всей откровенностью удивляясь уж не знаю чему больше, моей наивности или моему оптимизму. Потом спокойненько уселись под деревом на хвосты, задрали морды вверх и стали ждать. Видимо, пока я созрею и упаду.

В течение получаса к ним присоединилось ещё штук пять-шесть серых собратьев. То ли всех зайцев в лесу переловили, то ли лоси бодливые попадались, то ли они просто милиционеров раньше на вкус не пробовали и я был для них редким экзотическим блюдом. Не знаю.

Честно говоря, всё это, наверное, уже чистой воды мои домыслы и фантазии. Потому что на самом деле я элементарно устал, забегался, умотался и жутко хотел спать...

— Даже на минуточку глаза закрывать не вздумай, — сам себя вслух строго предупредил я. — Уснёшь вмиг, а проснёшься уже в волчьих желудках по частям, кому что досталось. Даже по очереди глаза не закрывать! Не на лекции по баллистике сидишь, а ты и там умудрялся не спать, когда почти весь курс храпел вповалку... Не спать! Петь! Читать стихи! Загадывать загадки и разгадывать кроссворды, но держать глаза открытыми! «Врагу не сдаётся наш гордый «Варя-аг»!»

Как вы, наверное, догадались, дальнейшее времяпровождение необразованных волков было информационно и культурно насыщенным. Они узнали многое из школьной программы, советской эстрады, бардовской песни, анекдотов про Гитлера, Петьку и Василия Ивановича, песенку «В лесу родилась ёлочка», не отгадали ни одной загадки, зато высоко повысили уровень знаний о патрульно-постовой службе в городских условиях, о профилактике преступлений на бытовой почве и даже выслушали мои последние сбивчивые признания в любви Олёне.

Собственно, вот на этом я, кажется, всё-таки чуть-чуть уснул, рухнув вниз с милым именем на губах... Волки, не сговариваясь, бросились вперёд, но...

— Не сметь мне тут есть Никиту Ивановича! — грозно зарычал самый большой зверь, внезапно выросший позади остальных, как могучий сенбернар на выставке такс или миттельшнауцеров. Ну наконец-то, явился на сцену шекспироненавистник...

— Ить он не только мой непосредственный начальник (я через него жалованье получаю, чин в отделении имею, крышу над головой, работу перспективную), но ещё и друг сердешный! В хорошем смысле! А подумаете чего плохое, всем ноги повыдёргиваю!

— Митя? — потирая ушибленную поясницу, кое-как встал я.

Он лапой подтолкнул мне укатившуюся фуражку, встал рядом и ещё раз свысока уточнил:

— Ну, кто на нас с участковым?!

Вопрос оказался отнюдь не праздным. Обалдевшие от неожиданности волки быстро пришли в себя, решив сурово покарать чужака-предателя. Митя, разумеется, был не из их леса, по-волчьи не говорил, звериного языка не знал, а поэтому мигом настроил против нас всё местное население.

И напади они одновременно со всех сторон, исход драки был бы очевиден — моего младшего сотрудника изрядно покусали бы, а меня всё равно загрызли бы. Но судьбе было угодно попробовать избавиться от нас иначе...

— Я голоден, расступитесь, — тихо пророкотало за волчьими спинами, и хищники, вздыбив шерсть на загривках, тем не менее послушно шагнули в стороны.

Перед нами стоял тот самый младший Змей, на котором я устроил родео во дворце фон Дракхена. Вроде ведь получил уже люлей и от меня, и от Горыныча, а всё равно продолжает нарываться, препоганейшая морда...

— Торо, торо! Йи-ха-а!

— Тебя спасли, — старательно игнорируя мой незатейливый юмор, фыркнул Змей. — Дядя забрал мою игрушку, но не доел. Теперь ты снова мой...

— А у вас с ним раньше чё-то было? — ревниво уточнил Митя.

Я отрицательно помотал головой и неопределённо передёрнул плечами. Типа плюнь и забудь, у болтливой рептилии какие-то странные фантазии, не ищи в них смысла и подтекста.

— Умри, человечишка!

Змей бросился на меня с грацией коровы на роликовых коньках. Ещё по прошлой драке я отметил, что двигается он по-немецки — напористо, прямолинейно, тараном, а что такое манёвр или финт, ему в башку не вложили. Да и смысл? Бронетанковая техника в танцах не нуждается.

Так что мне не составило труда отшагнуть влево, крутануться на пятке и второй раз оседлать недалёкого, но мстительного гада. Звероящер возмущённо взревел, извергая из пасти струю пламени!

Не очень сильную, не очень толстую, метра на полтора, не более, однако волкам и этого вполне хватило. Они поджали хвосты, прижали уши и едва ли не уползли на брюхе от применения нами живой огневой мощи!

— Зд€орово, Никита Иванович, — восхищённо выдохнул мой четвероногий напарник. — А можно мне тоже так покататься?

— Валяй, — разрешил я, боковым кувырком падая в траву.