Гарнизон - Игорь Недозор

Глеб невольно залюбовался открывшимся пейзажем и необычными красками. Лесистые горы в лучах утреннего солнца казались темно-зелеными, скалы — шоколадными, а сама долина — изумрудной. Над всем этим в сине-белесой бездне неба плыли белоснежные шапки облаков.

Внезапно тишину нарушили звуки далекого обвала. Старлей насторожился.

В этих горах не нужно было бояться ни артиллерийских снарядов, ни мин, ни выстрела гранатометчика из зарослей дикого колючего держидерева, где мог пролезть лишь человек в специальных роговых доспехах.

Но была другая опасность — стрела из лука и арбалета из той же непроходимой (куда там афганской!) «зеленки», магический удар, который «зевнут» шаманы и не остановит защита, мелкие гадости, вроде отравленных шипов и колодцев. Но хуже всего — это обвалы, спущенные на голову землянам. Под такими погибло шестеро бойцов (с некоторым стыдом Глеб отметил, что не забыл добавить: хорошо хоть из местных). И хотя валуны и не разбили ни одну машину, но ремонтировать придется пять БТР и БМП.

Он оборвал мрачные мысли.

И без того жутковато становится. Ведь как бы то ни было, горцы воюют уже не одно столетие. Что с того, что их клинки не прорубят броню? Пара грамотно спущенных обвалов — спереди и сзади, не дай бог, и вся колонна застрянет в ущелье, запертая в этом каменном мешке.

В общем, хотя тут и суша, но жизнь вполне соответствует старым русским морским девизам, иные из которых даже в свое время давали название кораблям: «Помни войну!», «Смотри в оба!» и «Близко не подходи!».

Окрестности Октябрьска/Тхан-Такх. Руины храма Подземного Хана

— Когда истончится эта преграда, Небо и Земля поменяются местами, — глубокомысленно повторил Лыков туманную фразу с крышки колодца. — И что бы это значило? Предсказание конца света?

— Именно, — подтвердил Аор. — Там еще говорится, что мир перевернется, и то, что долгое время скрывалось в глубинах бездны, воцарится.

Второе путешествие в проклятый зловещий храм они совершили, весьма тщательно подготовившись и даже выбрав наиболее благоприятный день согласно фазам Луны и прочей астрологии. Но все равно уверенности у Макеева было куда меньше, чем даже в первый раз.

— Однако ж в преданиях сказано, — напомнила Алтеи, — что для пришествия… — Она замялась. — Для пришествия Его, — скосила глаза в сторону колодца, — необходимо, чтоб открылись все шесть черных колодцев. Один вряд ли сыграет существенную роль.

— Да, — согласился глава магической школы. — Но тут главное начать.

— Какому ж придурку могла прийти в голову столь дикая мысль? — скривился, как от зубной боли, Макеев. — Он что, не понимает, что может произойти?

Еще пару лет назад, услышь он от кого подобный бред, похожий на сказку, точно не поверил бы и решил, что собеседник либо изрядно принял на грудь, либо просто свихнулся. Но теперь, пожив в этом мире, где на каждом шагу можно столкнуться с проявлениями чародейства, Александр воспринял рассказы друзей на полном серьезе. Раз они говорят, что миру грозит опасность, значит, так оно и есть.

— А в вашем мире мало было таких сумасшедших? — скептически молвил Мак Арс. — Какой-нибудь очумевший от жажды власти царек для решения своих вопросов не бросал на алтарь темных богов народы?

— Это уж точно, — подтвердил Серегин.

— Только вот богов на нашей старушке Земле отродясь не водилось, — внес поправочку в духе материализма Лыков.

— А ты уверен? — бросил на него иронический взгляд кудесник.

— Ну-у… — протянул стушевавшийся Семен.

— Так ты полагаешь, — вернул разговор в нужное русло Макеев, — что здесь поработали слуги какого-нибудь маньяка-царя?

— Вполне возможно, — кивнул Аор. — Тот же Ундораргир мог постараться.

— Или те, кто стоит за его спиной, — задумчиво сказала Алтен. — Я слыхала, что в последнее время оживились слуги Его, до этого предпочитавшие скрываться во мраке неизвестности.

— До меня тоже слухи доходили, — изрек Мак Арс. — Не хотелось им верить. Прошло семь столетий со времени очередной попытки приверженцев того, кого называют Подземный Хан, захватить власть на Аргуэрлайле… Я полагал, что они тогда получили хороший урок.

— А почему ты сказал, что крышка непрочна? — уточнил градоначальник. — На вид так еще вполне ничего.

— Тут добрый центнер золота будет, — похлопал по кругляшу рукой Лыков. — Хороша монетка! Целый золотой запас! Вот бы переплавить да начеканить… золотых червонцев. Пора бы собственной денежной единицей обзаводиться.

— Тебе ж говорят, что ее трогать нельзя, — вздел очи горе майор. — Кому что, а курице просо.

— Да понял я, понял, — отмахнулся замполит. — Не дурак, чай.

— Я уже говорил, — терпеливо, как школьный учитель, пояснил маг, — что здесь был проведен обряд отверзания врат. Жертвенная кровь, пролитая на крышку, обладает разрушительной силой.

— Она разъедает металл как серная кислота? — встрял танкхен.

— Она разъедает Силы, которые запирают колодец, — посмотрел на него, как на идиота, маг. — Или ты думаешь, что Его, — он ткнул пальцем куда-то вниз, — можно удержать каким-то золотом?

— И насколько быстро может истончиться… магическое поле? — спросил Артем.

— Очень быстро. Если…

— Если?.. — с надеждой глянул на него Макеев.

— Если не найти противозаклинание и не провести соответствующий обряд.

— Тебе это по силам?

— Не уверен. Нужно искать. А времени у нас мало.

— А не взорвать ли нам тут все к хренам собачьим? — бесшабашно предложил Семен и демонстративно потянулся к поясу, где у него висела парочка гранат (на всякий пожарный).

— Думаешь, можно взорвать Высочайшего? — едко осведомилась Алтен. — Взорвать бога?

— Да, в самом деле, смысла нет… — сплюнул Макеев. — Я так понял, что взрывом тут делу не поможешь. Ну, завалим мы этот чертов колодец. Но крышку-то ведь все одно кровища проест, и оно выберется оттуда.

— Нет так нет. Главное ж предложить.

— Как всегда у вашего брата: выдвинуть лозунг, воодушевить массы, а самим со стороны наблюдать, — хмуро процедил сквозь зубы Артем. — Уедешь себе в свою степь, а нам тут один на один с этим оставаться.

— Ты что это сейчас сказал?! — взвился замполит. — Ты на кого варежку разинул?

— Мальчики, мальчики, не ссорьтесь, — встала между ними Алтен. — Это на вас так дурное место действует. Дарика, помоги.

Она сама возложила руки на голову брыкающегося, как норовистый конь, Семена и стала тихонько нашептывать какие-то заклинания. То же самое проделала со своим супругом знахарка. Постепенно парни успокоились.

Лыков отошел к стене и принялся рассматривать одну из ниш, что-то там ощупывая и ковыряя. Артем с Дарикой расположились у противоположной стены, от греха подальше. Алтен, Аор и Макеев продолжили потихоньку беседу, в которой главной темой была необходимость мобилизации сил всей магической школы Октябрьска на поиски выхода из создавшегося положения.