Подлинная судьба адмирала Колчака - Олег Грейгъ

— Я могу говорить только о том, что происходило до моего ареста. Замечу, что все то, что я сказал, планировалось осуществить в феврале этого года. А как и что происходило… в мое отсутствие… сколько всего тонн золота и сколько сотен ящиков передано… я не знаю.

Понимая, что Бокий владеет какой-то информацией, Александр Васильевич не стал развивать свою мысль. И добавил: «Я не знаю…» У него была манера, чтобы себя успокоить, второй раз произнести одно и то же.

— Александр Васильевич, я думаю, что придет тот момент, когда возникнет вопрос о возможном возвращении золота. И тогда мы с вами вернемся к этой теме.

Голос Глеба Ивановича звучал почти вкрадчиво, завораживающе. Да, при таком раскладе ему обязательно нужен будет Колчак, как гарант возвращения огромных финансов.

— Глеб Иванович, должен заметить, что даже если вам удастся приблизиться к этому золоту, нащупать его, все же ни вам, ни правительству Ульянова-Бланка не удастся его вернуть. Меня можно проклинать за то, что я способствовал тому, что наше золото уплыло за границу. Но что, что, по-вашему, я должен был сделать? Оставить евреям? Так они и так заполучили все… всю мою Родину… Вот сюжет, я ведь разобрался, довелось… просчитывал и так, и эдак… В руках большевиков находится план развития инфраструктуры всей Сибирской магистрали, а также имперский план строительства гидроузлов на трех сибирских реках с целью дать энергию этой инфраструктуре. Так что и крестьяне, обживающие новые места, будут иметь электричество. Замечательный, в высшей степени благородный план, подтверждающий заботу о своих подданных и империи. Но… Но большевики знают, что на эти цели Император предусмотрел «Золотые эшелоны». И, конечно же, за этим золотом охотится алчное большевистское правительство. Человеконенавистники, вы — человеконенавистники… Я понял, что ко всему причастны те же люди, что обучали меня в Америке. Это они сумели организовать еврейско-большевистскую партию и ее руками свергнуть Государя Императора и захватить власть, которая незаконна. Я подчеркиваю, Глеб Иванович, власть Ульянова-Бланка незаконна и потому преступна! Это подтверждается множеством факторов, в том числе и ведением войны против русского народа.

Александр Васильевич сделал паузу, чтобы отдышаться. Нет, эмоции не захлестывали его, он говорил почти спокойно, но каким волевым усилием давалось ему спокойствие в разговоре с человеком от «новой» власти.

— Естественно, можно предполагать, что Орден так же хотел овладеть этим золотом, причем не для себя. Или не все для себя. А для того, чтобы затем облагодетельствовать большевистскую власть, своих ставленников. Дескать, какие мы добренькие, заботливые… заботимся о вас, вот и исполняйте все, что мы от вас хотим… В этой ситуации нам с генералом Семеновым ничего не оставалось, как обратиться к нашему восточному соседу, к Японии. Мы во многом рассчитывали на эту страну. Тем более кабинет министров Страны восходящего солнца официально признавал правительство, которое возглавлял мой генерал Пепеляев. Признавал также как имперское войско и казаков, возглавляемых генералом Семеновым. Так что на деле все выглядит так: Япония берет золото у представителей Российской империи, то есть у нас. Теперь додумывайте развитие сюжета: кому Япония станет отдавать золото, коли нет ни Российской империи, ни…

— …вас?

В советских источниках атаман Забайкальского казачьего войска, генерал-лейтенант (с 1919 г.) Белой армии Григорий Михайлович Семенов (1890–1946) назван не иначе, как «одним из главарей контрреволюции в период Октябрьской революции и Гражданской войны». Честь и хвала этому достойному человеку, вызвавшему столь яростную ненависть большевиков. И все-таки посмотрим на этого человека глазами советского Агитпропа, полистав фундаментальный труд — «Советскую историческую энциклопедию». «Родился в Забайкалье в семье зажиточного казака (зато все „большевики и коммунисты“, коли и рождались случаем в дворянских семьях, то обязательно якобы в бедных…). Окончил Оренбургское военное училище в чине хорунжего в 1911 г. Участник Первой мировой войны. С июля 1917 г. — комиссар Временного правительства Забайкальской области по формированию добровольческих частей…не сразу признал Колчака Верховным правителем России; позднее Колчак назначил Семенова командующим Читинским военным округом, а после падения своего правительства передал Семенову (январь 1920) всю полноту военной и гражданской власти…Была расхищена часть золотого запаса страны, отправляемого Колчаком во Владивосток и перехваченного Семеновым (711 ящиков с ценностями на сумму 70–90 млн. рублей). 5 января 1920 г. Колчак передал военную и государственную власть „на территории Российской восточной окраины“ ставленнику японцев Семенову, который 8 января создал свое правительство. Сосредоточение белогвардейцев и интервентов (корпус семеновцев и два корпуса каппелевцев общей численностью до 20 000 штыков и сабель, 20 000 японцев, 11 бронепоездов, 496 пулеметов, 200 орудий) создало т. н. Читинскую пробку — антисоветский буфер. После образования 6 апреля 1920 г. Дальневосточной республики (ДВР), японцы, начиная с августа, начали уходить из Забайкалья… Бежал в сентябре 1921 г.; жил в Японии и Китае. 25 лет был связан с японской разведкой, возглавлял белоэмигрантов Дальнего Востока и руководил их антисоветской деятельностью. После разгрома империалистической Японии в 1945 году был арестован в Маньчжурии и по приговору Военной коллегии Верховного суда казнен» (СИЭ, т. 12, разделы 729–730). Ничего не комментируя, добавим, что генерал Григорий Михайлович Семенов был повешен, и главной причиной явилась не столько «антисоветская деятельность», а то, что он открыто заговорил о возвращении Японией имперского русского золота… но не коммунистической власти, а ему — на дело возрождения великой России. За что японцы и выдали его сразу по окончании Второй мировой войны (после советско-японской войны 1945 г.). Преступный режим большевиков расправился со своим врагом, настоящим русским патриотом Григорием Михайловичем Семеновым.

Глянув в окно, Александр Васильевич зябко повел плечами, как-никак декабрь; окно расписано стужей, словно и не окно, а полынья в Амурской ледяной постели, где по большевистскому произволению он должен был почивать уже 10 месяцев… Собеседники переглянулись; не оставалось сомнений, что Глеб Иванович угадал его мысли. Медленно прогорающее поленце рассыпалось с шипящим шумом, и это дало повод отвести взгляд.

— На что мы рассчитывали? Приходилось полагаться на то, что в японских кругах не очень-то верили в долговечность правительства Ульянова-Бланка. Во время следствия я показал., что генерал Семенов и я просили у японской стороны на это золото дать нам артиллерию и танки. Это не соответствует действительности. Речь шла о 5-летнем хранении золота с возможным пролонгированием договора. Естественно, об этом не знал генерал Петров, когда просил японского полковника Ракуро Идзомэ дать расписку. Теперь… Не знаю, как вы хотите изъять это золото. Я уже говорил, что думаю, что вам это не удастся… Ведь золото принято банком, и официально японское правительство как бы не участвовало в сделке. И если ваша власть будет настоятельно требовать возвращения его, то не удивлюсь, если и правительство, и банк Японии отошлют вас в известное место… (Колчак чуть поджал губы, чтобы скрыть циничную ухмылку.) Можно, конечно, Японию обвинить в мошенничестве. Но на каком основании правительство, которому вы, Глеб Иванович, служите, требует возвращения золота, которое ему НИКОГДА НЕ ПРИНАДЛЕЖАЛО? Власть захвачена разбойным путем, пролита кровь миллионов людей. О каком международном признании такой страны можно вести речь, когда у власти здесь находятся маньяки и бандиты? Я уверен, вашему правительству этого золота не видать, ибо передавали его представители законной имперской власти России Николая II.