Звёздные Войны. Трилогия о Трауне. Книга 1. Наследник Империи - Тимоти Зан

— Возможно.

Хан взглянул на столы для сабакка, и царившая там безмятежная обстановка внезапно повергла его в еще более мрачное настроение. Если Торв действительно человек Каррда, то пусть заканчивает заниматься чепухой и переходит к делу Непохоже, чтобы им мог оказаться кто-то другой из тех, что находились в заведении.

Он перевел взгляд с казино на бар... и замер. Там, за столиком в дальнем конце, сидели трое. И точно так же, как безошибочно ощущалась атмосфера грузового порта с его звуками, запахами и вибрациями, столь же безошибочно в этой троице можно было определить офицеров службы безопасности.

— Ой-ой! — простонал он.

— Что? — Лэндо небрежно оглянулся. Взгляд его упал на дальний столик... — И впрямь ой-ой, — мрачно согласился он. — Теперь ясно, почему Торв прячется за столом для сабакка.

— И изо всех сил старается нас не замечать, — добавил Хан, краем глаза наблюдая за агентами службы безопасности и пытаясь догадаться, что составляет предмет их интереса. Если они явились сюда из-за самой встречи со связным, вряд ли он мог что-то поделать, разве что попытаться использовать служебное положение в личных целях, размахивая своим удостоверением представителя Новой Республики. Причем даже это могло не сработать — он уже воображал, какой шум поднимет Фей’лиа, чем бы все ни закончилось.

Но если их интересовал только Торв... Возможно, это как-то связано с облавой на космодроме, которую они с Лэндо видели по пути сюда...

Стоило рискнуть. Протянув руку, Хан постучал по центру столика:

— Официант?

Вновь появилась голограмма:

— Да, господа?

— Можно мне двадцать фишек для сабакка?

— Конечно. — Голограмма исчезла.

— Погоди, — осторожно проговорил Лэндо, глядя, как Хан допивает вино. — Ты же не собираешься туда пойти?

— Есть идея получше? — Хан поправил бластер в кобуре. — Если он наш связной, мне как-то не хочется прямо сейчас его потерять.

Лэндо обреченно вздохнул:

— А мы еще думали не привлекать к себе внимания. Ладно, мне-то что делать?

— Будь начеку. — Центр столика открылся, и появилась аккуратная стопка фишек для сабакка. — Пока что они, похоже, просто за ним наблюдают. Возможно, нам удастся его отсюда увести, прежде чем прибудет подкрепление.

— А если нет?

Хан собрал фишки и поднялся:

— Тогда попытаюсь их отвлечь, и встретимся на «Соколе Тысячелетия».

— Ладно. Удачи.

У стола для сабакка было два свободных места, почти напротив Торва. Хан выбрал одно и сел, с металлическим звоном бросив фишки на стол.

— Играю, — объявил он.

Остальные посмотрели на него: кто-то удивленно, кто-то с досадой. Торв бросил на него взгляд, потом другой. Хан поднял брови:

— Раздаешь, сынок? Давай принимай меня в игру.

— Э... нет, это не моя раздача, — пробормотал Торв, поглядывая на толстячка справа от себя.

— И мы уже начали, — возмутился толстячок. — Подожди до следующей партии.

— Да вы же еще ставок не сделали, — возразил Хан, показав на горсть фишек на кону. Банк, напротив, выглядел весьма богато: игра, вероятно, шла уже как минимум часа два. Возможно, в этом и заключалась одна из причин, по которой раздающему не нравился новый игрок, который предположительно мог выиграть все сразу. — Давай карты, — сказал он толстячку, бросая фишку на кон.

Возмущенно глядя на него, раздающий медленно снял с колоды две карты и подтолкнул их к Хану.

— Вот так-то лучше, — одобрил Хан. — Вызывает приятные воспоминания. У себя дома я всегда выигрывал.

Торв уставился на него с каменным выражением лица.

— Что, правда? — подчеркнуто небрежно бросил он. — Вот только тут ты играешь с крупными шишками, а не со всякой мелочью. Смотри не обожгись.

— Да я и сам не совсем любитель, — беспечно заявил Хан. Местные в космопорту устроили облаву на площадке номер шестьдесят три... — В одном только прошлом месяце я выиграл шестьдесят три раза.

Лицо Торва дрогнуло. Значит, это действительно была его посадочная площадка.

— Красиво звучит, — буркнул он, опустив руку под стол. Хан напрягся, но рука появилась вновь, пустая. Торв окинул взглядом зал, на секунду задержавшись на столике, где сидел Лэндо, затем снова повернулся к Хану. — Готов подтвердить свою похвальбу деньгами?

Хан встретился с ним взглядом:

— Сколько захочешь.

— Что ж, — кивнул Торв, — принимаю вызов.

— Все это, конечно, очень интересно, — заметил некто из других игроков, — но мы все же хотели бы поиграть в карты.

Торв поднял брови.

— Ставлю четыре, — объявил он.

Хан взглянул на свои карты: госпожа шестов и четверка монет.

— Без вопросов. — Он взял из стопки шесть фишек и бросил их на кон. — Принимаю четыре, добавляю две.

Сзади послышался шорох...

— Шулер! — проревел кто-то ему в ухо.

Хан подскочил и развернулся кругом, инстинктивно хватаясь за бластер, но чья-то рука уже выхватила у него обе карты.

— Вы шулер, сэр! — снова проревел голос.

— Не понимаю, о чем вы.

Хан вытянул шею, пытаясь разглядеть незнакомца, и тут же об этом пожалел. Тот нависал над ним, словно бородатая грозовая туча, и взгляд его пылал, как у религиозного фанатика.

— Все ты прекрасно понимаешь, — сквозь зубы процедил незнакомец. — У тебя «оборотень». — Он помахал одной из карт Хана.

— Вовсе нет, — возразил Хан. Вокруг стола начала собираться толпа: сотрудники безопасности казино и прочие служащие, любопытные зеваки и, вероятно, кое-кто из тех, кто надеялся увидеть небольшое кровопролитие. — Это та самая карта, которую мне сдали.

— Что, правда? — Стиснув карту в мощной ручище, верзила поднес ее к лицу Хана и коснулся ее угла пальцем.

Госпожа шестов внезапно превратилась в шестерку мечей. Верзила снова дотронулся до ее угла, и появилась умеренность. Потом восьмерка фляг... потом идиот... потом командующий монет...

— Это карта, которую мне сдали, — повторил Хан, чувствуя, как пот течет за воротник. Ничего себе — не привлек ничьего внимания, нечего сказать... — Если это «оборотень» — я не виноват.

Сквозь толпу к бородачу пробился коротышка с мрачной физиономией.

— Руки на стол! — приказал он Хану. — Отойди, Преподобный. Мы сами разберемся.

Преподобный? Хан снова взглянул на разъяренного бородача, заметив на этот раз на его шее расшитую хрусталем черную ленту, едва видневшуюся в гуще волос.

— Преподобный? — Хан почувствовал внезапную слабость. Он уже давно знал о существовании по всей Галактике радикальных религиозных групп, чьей главной целью в жизни, похоже, являлось уничтожение всех разновидностей азартных игр. И всех разновидностей игроков.