Пепел и пыль - Игер Кау

– Это может подождать, хотя я тоже за обращение в пепел, – говорю я. – Что он сказал, ваша светлость – не так важно, как кажется. Да и чем меньше тайн я знаю, тем спокойнее буду спать. Лучше скажите – вы ему верите?

– Он говорил страшные вещи. Выдвигал чудовищные обвинения. Но самая жуть и мерзость в том, что они правдоподобны. Очень. Но если ему верить, придется половине высших титулов империи искать новых хранителей…

– Полагаю, если вы начнете их проверять, то что-то обязательно найдете. И очень может быть, что доказательств окажется сверх всякой меры. Но когда поймете, что… – Сильный спазм вдруг сжал мое горло. Контроль, Таннер, контроль. Не расслабляйся. Помни – враг все еще внутри тебя.

– Что пойму?

– Что вас обвели вокруг пальца…

– Хотите сказать, я могу не успеть это понять? – прищуривается граф.

– Скорее, можете не успеть исправить ситуацию.

– И что, по-вашему, я должен сделать?

– Не возьмусь вам советовать, ваша светлость, но у меня есть идея…

– Какая, Таннер?

– Вы уже приказали арестовать тех, кого назвал Ксивен? Он ведь кого-то назвал.

– Хм… Собирался заняться этим, но Мерген передал мне ваше предупреждение, и я решил сначала прояснить, что вы имеете в виду. Считаете, не нужно этого делать?

– Наоборот. Лучше их задержать. Без лишнего шума, со всем уважением, но так, чтобы это выглядело как арест и чтобы это могли увидеть. Те, кто хочет это увидеть.

– Чтобы они считали, что все идет по их плану?

– Именно. Чтобы расслабились и не совершали лишних движений, и меньше оглядывались по сторонам, и не замечали, что действуют под надзором. Об этом их плане хоть что-то известно. А что они собираются делать, если он провалится – полнейшая тайна.

– Что ж, смысл в этом есть, – говорит он после длинной паузы. – Ладер, найди мне Риховена. Устроим им небольшой спектакль.

Ладер, кивнув, молча направляется к двери.

– Минуту, ваша светлость.

– Что еще, Таннер?

– Лучше их доставить не туда, куда обычно доставляет арестованных Серая стража. Какое-нибудь более надежное место… На всякий случай. И отделить друг от друга. Чтобы они даже не могли догадываться, кого взяли, кроме них.

– Ладер?

– Я понял. Передам, – говорит тот, прежде чем закрыть за собой дверь.

Когда пауза становится слишком уж длинной, Урмарен поднимает на меня усталый взгляд:

– Что вы еще можете сказать? Да, можете говорить при Мергене, – отвечает он на не заданный мной вопрос. И я излагаю свою версию того, как я встретил беглого телохранителя, и некоторых предшествовавших тому событий.

– Когда я наткнулся на Ксивена, он разговаривал с человеком, которого я не знаю. И когда они прощались, этот человек пообещал передать что-то «его высочеству». И поскольку они меня не видели и не могли знать, что я там окажусь – я сам этого не планировал – не думаю, что они хотели ввести меня в заблуждение.

– Высочеств в империи не так уж и много. Как он был одет? На одежде был герб?

– Нет, герба не было. По крайней мере, я не разглядел.

– А покрой одежды? Цвета? Можете описать?

Я, как могу, отвечаю. В замке были люди, одеяния которых напоминали какую-то униформу, без нашивок и гербов, но все же имели кое-какие характерные элементы. И это явно были не слуги Гремура. Что ж, пусть теперь поработают на меня.

– Та-ак… Знакомые детали. Похоже, наше загадочное высочество – это Вальдер Сентерский… – задумчиво тянет граф. – Не скажу, что меня это удивляет – непонятно только, почему Ксивен его назвал… среди прочих… – И тут же добавляет: – Только я тебе этого не говорил.

– Знаете, как говорят – хочешь что-то спрятать, положи на самом видном месте. Оказаться среди арестованных сейчас – для герцога и других вождей заговора верный способ прикинуться невиновными завтра. Если все сорвется, они скажут, что Ксивен и их оговорил.

– А что, в этом есть смысл, – хмыкает Урмарен, снова откидываясь на спинку кресла. – Логично… Ладно, Таннер. Можете отдыхать. Вы и так сделали больше, чем я мог от вас требовать. Осталась рутина – аресты, допросы… Не думаю, что вам это будет интересно. Единственное, о чем еще вынужден попросить – побудьте моим гостем, пока все не кончится. Обещаю, это ненадолго, несколько дней от силы.

Понятное дело – с чего вдруг доверие ко мне сейчас должно быть безоглядным? Вот разгромят заговор, тогда можно будет отправляться куда угодно. А пока… Впрочем, я и сам не горю желанием гулять сегодня по окрестностям без охраны.

– Я понимаю, ваша светлость.

– Вот и хорошо. Мы еще поговорим, но… уже не сегодня, наверное.

Вернувшийся к этому моменту Ладер снова отправляется в путь – показывает дорогу к отведенным мне комнатам. Вместе с нами идет Кравер – лекарю граф приказал меня осмотреть, не очень доверяя моим попыткам убедить его, что все в порядке. Выгляжу я, если верить зеркалам, и правда не очень здоровым. Когда мы добираемся до места, Ладер сразу передает меня в руки команде слуг и исчезает, сославшись на дела. Во главе этого воинства – пожилая, но очень решительная дама, чем-то похожая на Ольту, но лет этак через десять-пятнадцать, вдобавок ниже на полголовы и вообще склонная к… легкой полноте. Разместили как какого-нибудь нера, со всеми удобствами, единственно, что окна прикрыты массивными коваными решетками и выходят во внутренний двор. Впрочем, сейчас меня и полное отсутствие окон устроило бы. Стены толстые, как я и хотел.

Кравер тоже не задерживается. Осмотрев меня, выдает решительной даме рекомендации по поводу моего меню, а мне – пожелание больше спать и меньше напрягаться, хотя бы в ближайшие дней пять, тогда, мол, с последствиями последних событий организм справится сам.

Молчаливые слуги, повинуясь распоряжениям своей начальницы, назвавшейся Хельдой, быстро накрывают стол, потом так же быстро все убирают. Приносят новую одежду, что очень кстати – прежнюю, пропитанную кровью и местами превратившуюся в лохмотья, кое-где пришлось отрывать от кожи. От их помощи в принятии ванны я отказался – в конце концов, не настолько я беспомощен.

Уходя, Хельда желает мне спокойной ночи и вежливо предупреждает, что ночью из покоев лучше не выходить – охрана и слуги не знают меня в лицо, мало ли что.

Но я-то и не собирался.

Кое-как продремав до полуночи, поднимаюсь. Второе зрение избавляет меня от необходимости зажигать свет, оплетающую стены магическую сигнальную паутину без освещения видно даже лучше. Чувствуется присутствие пары охранников у дверей, но они мне не мешают – поскольку не пытаются войти.

Забираюсь в самый дальний от входа угол своих апартаментов. Глухая комнатушка без окон, явно предназначенная под гардероб, судя по мебели. В одном из шкафов обнаруживается несколько матрасов – немного пыльных, зато не отдающих сыростью. Вытаскиваю один. Закрываю дверь, задвигаю ее шкафом, укладываюсь на матрас посреди комнаты – ногам в таком деле особой веры нет. И начинаю осторожно разбирать возникшую перед внутренним взором веретенообразную конструкцию…