Земля лишних. Два билета туда - Андрей Царев

– Ну что там? – не выдержал Салам. Видимо, реально дороги ему эти два паренька, что сидят у Новикова.

– Все норм, вопросы я порешал. Ваши парни шумели, стреляли в воздух, вот их и задержали. Но связи у меня везде, и на Новой земле, и на Старой, – тут Вагон сделал паузу, и представился: – Я Вагон, вор в законе.

Гости молчали и ждали, чем решится вопрос.

– Поедем в полицию, сейчас нам отдадут ваших родственников. – И тут же покачал головой, видя, как вскочил Салам и двое его телохранителей. – Нет-нет, вам лучше не светиться лишний раз. Ждите здесь, я машину возьму и с пацанами метнусь туда-сюда. «Порш», кстати, сегодня не отдадут.

– А когда? – заволновался Салам.

– Машину завтра, там в деньгах вопрос небольшой, но мы все уладим, – и Вагон подмигнул Михалычу. Тот сидел насупившись. Не понравилась, судя по всему, инициатива Вагона.

– Так, поехали со мной, – скомандовал Вагон подручным Михалыча.

Парни посмотрели на шефа, но тот отвернулся в сторону и молчал. Вздохнув, пошли за Вагоном на выход.

Ездили недолго. Вагон перетер с Новиковым, и на обратной дороге в «Патриоте» было уже на двоих человек больше. Черные худощавые парни молча сидели, понурив головы. А Вагон их ни о чем и не спрашивал. Есть кому спросить.

Когда в дверях ресторана показались Вагон с освобожденными дагестанцами, Салам сначала обрадовался, вскочил было навстречу, но потом нацепил строгую маску на лицо, что-то сказал родственникам на своем горском гортанном наречии, отчего те сникли еще больше. После этого все же обнял их, вышли на улицу и еще долго говорили о чем-то. Вагон даже заскучал и хотел заказать себе пиво, но посмотрев на мрачного Михалыча, передумал. Вроде все хорошо, все нормально. Дела крутятся, бабки мутятся, связи связываются… Но вот напряжение, которое появилось между ним и Михалычем, нехорошо это.

А Салам тем временем вернулся и сел за стол. Но уже один, без своих мрачных друзей и спасенных родственников.

– Ну что, братья, теперь можно и выпить-закусить? – потер он руки.

Вагон кивнул. Через некоторое время стол наполнился непонятными блюдами. Салам плохо понимал по-английски, и специально для него принесли меню с картинками. Он недолго выбирал, тыкал в первые понравившиеся блюда, на цену не смотрел. Тут же появилась бутыль с коньяком местного разлива. Выпили. Потом второй, третий раз. Салам сыпал тостами. А когда они вдвоем с Вагоном вышли курить на улицу, Салам понизил голос и произнес:

– Брат, я вижу, ты тут вес имеешь, дела решаешь. У меня тема одна есть, нужно людей повстречать, тут разместить, мне позвонить. Как тебе?

– Да почему нет, – пожал плечами Вагон.

– Брат, будешь у меня там, – и Салам показал рукой на море, – заходи в гости. Всегда первый гость в моем доме!

Вагон улыбнулся. Полезное знакомство. Салам-то не простой человек оказался. Крученый, с понятиями и при бабках.

Новиков

Не могу сказать за сам день, но утро понедельника выдалось тяжелым. Я получил очередной нагоняй от Штумпфа за свое неумение грамотно писать рапорт. Потом за то, что не проводил занятия по физической подготовке. И понеслось. До обеда Крис учил меня писать рапорта. И если с разговорным английским у меня уже все было в порядке, но вот с письменным… В итоге пришли к выводу, что по поводу рапортов я буду обращаться к нему. Худо-бедно, но он мне по старой дружбе поможет.

После этого началась обычная рутина. Я проводил допросы русскоязычных правонарушителей, которых становилось все больше. В основном это были драки и мелкие кражи. После задержания бывших патрульных, на дорогах стало спокойнее. К делу патрульных меня больше не привлекали. Я и так свидетель по делу, к тому же участвовал в задержании. Занимались им Илья с Крисом, так что последнюю информацию по делу я знал. Девушка Ксения задержана и помещена в женскую камеру. И скорее всего, всю банду ждала высшая мера наказания… Вот так вот. Ну и поделом. Столько народу невинного угробили.

Никакой жалости к этой Ксюше у меня не было. Она и меня отправила на верную смерть, но просчиталась. Раз в десять дней Арам уезжал в Порто-Франко к своему диетологу. Все похудеть хотел. И оставлял за себя эту красавицу. Выбирал специально такие дни, чтобы посетителей поменьше было и в гостинице, и в «Рогаче». Вот Ксения этим и пользовалась.

Первый человек, с кем переселенцы советуются – это как раз бармен и администратор гостиницы. Бармен оказался ни при чем. Итак, Арам сказал Ксении, что специально выбирает для посещения диетолога такие дни, в которые ожидается мало постояльцев. Кто-то ему сообщал о планируемом количестве переселенцев. Собственно, ничего секретного в этом и не было. А для банды это был знак, что машин на дороге будет не много. И переселенцев, и встречающих груз. А значит, самое время для нападения.

Как они уходили от преследования, я уже говорил. Уволенный патрульный знал все позывные и умело маневрировал между зонами ответственности. Выводы сделали все. Патруль теперь регулярно менял позывные и ввел для опознания «свой – чужой» систему паролей. ССР что-то поменяло в доступе к информации о переселенцах и провели тотальную зачистку персонала в обслуживании гостиниц и баров на Базах. Однако разбои на дороге пока не повторялись. Ловкачей и жуликов всегда хватает, а ради наживы многие готовы идти на все. Но это не значит, что не найдется кто-то другой. Правда подобные успехи полиции не так часты. Основная работа моя на последующие дни – написание рапортов и протоколов допросов.

Так пролетело три дня службы. От монитора компьютера, специально выделенного для меня, уже слезились глаза. Внезапно в четверг позвонил тот самый Николай. Мой кандидат в агенты.

– Добрый день, встретиться бы надо, – сразу перешел к делу Мыкола.

– Привет. Давай в том же кафе. Через сколько сможешь?

– Да я уже тута, – отозвался он.

Я бросил недописанным свой рапорт о проведении занятий с личным составом и поспешил на встречу. Народу в это время в кафе почти не было, обед уже закончился, а ужин еще не начинался. Самая жара. Мертвое время и на улице, и в питейных заведениях.

Николай был не один. Вместе с ним был тот самый паренек, Сашка, с которым они работали у албанцев. Сидели за тем самым столиком и пили пиво.

– Здорово, – поздоровался я с работягами.

Совсем не изменились. Только откуда-то появились деньги на пиво. Хотя чему удивляться-то, я сам и дал им денег.

– Андрей Евгеньич, дело есть, – начал Николай, причем он совсем не стеснялся своего товарища. – Мы с Сашко вчера в «Калинке» сидели, ну в кабаке том. Туда трое хлопцев захаживают. Они недавно из-за ленточки. На Михалыча пашут, ну авторитет местный, – продолжал Николай. – Так вот, они сейчас с кем-то все трутся, команды все его выполняют, как Михалыч приказал. А старший у них, Юрой зовут, Борман кликуха, сказал, что ждет не дождется, когда того замочить можно будет, достал уже, говорит, своими воровскими замашками.