За гранью грань - Ольга Романовская

– Неважно чьей, только свежей.

Толпа отхлынула, рядом с некромантом остались только мы. Судя по выражению лица, Геральт тоже предпочел бы уйти. Видимо, Соланж собирался проводить некромантский ритуал, даже нож вытащил. Тонкий, изящный, с обоюдоострым клинком, он, как влитой, сидел в руке. Почувствовав мой взгляд, Соланж обернулся и убрал упавшую на нос короткую прядку. Теперь глаза у него стали цвета жженого сахара. Красивые, если не знать, кому они принадлежат, и не замечать притаившегося на дне холода, можно увлечься. Определенно, Соланж не навсей, а существо из другого мира. Он разительно не походил на других мужчин и женщин.

– Нет, – с легким смешком проговорил некромант, – вашу кровь я не возьму, девушка, у меня на нее другие планы. А вот граф мог бы пожертвовать.

– Вы некромант, ваша и кровь, – парировал навсей и настойчиво потащил меня прочь.

Но я же упрямая, клятву давала. В итоге вновь оказалась возле несчастной и попросила дать возможность взглянуть.

– Целительница не только на словах? – удивился Соланж и осклабился. – Не побоишься сесть рядом, довериться мне?

На-ре Геральта среагировало мгновенно: словно сторожевой пес, метнулось к некроманту, парализовав. Наверное, и я в свое время выглядела так же: статуя с недвижными глазами. Однако Соланж не позволил так быстро победить себя. По телу пошло нечто вроде ряби, и на-ре Геральта покинуло чужое сознание.

– Убить, не выпив силу, глупо, – покачал головой Соланж.

Он поднялся на ноги и теперь наступал на Геральта. Вокруг кончиков пальцев подозрительно сгущался воздух.

Они драться собрались, а драгоценные минуты уходят!

Проскользнула мимо двух «петухов» и склонилась над женщиной. Взяла ее за руку и на всякий случай пощупала пульс – разумеется, его нет, мертва. Тогда на свой страх и риск потянулась к сознанию брюнетки, надеясь, что оно не угасло. Если сумею ухватиться за ниточку – спасу, вытащу.

– Давай помогу. – Меня обхватили за талию, подарив надежную опору.

Не отреагировала: уже погрузилась в темноту чужого тела. Вот он, яд, сделал свою черную работу! Убийца не поскупился, не оставил шансов выжить. От смрада тошнило, мертвое сознание вытягивало силы.

– Не трогай ее! – донесся будто из небытия голос Геральта.

Он прозвучал так ясно, отчетливо. Тогда почему едва слышала Соланжа?

Чернота подбиралась все ближе, щупальца лизали руки. Холодно! Все совсем не так, как с Геральтом, тут уже вступила в свои права последняя стадия разложения, и мертвое взяло вверх над живым. Даже слизь не зеленая, а темно-коричневая.

Успокойся, Дария, забудь о голосах и делай свою работу.

Сконцентрировавшись, вызвала ментальный нож и приступила к чистке. Руки по локоть погрузились в черную субстанцию. Я старалась не думать о дурном запахе и мертвечине, просто вырезала яд.

– Дурак, не придержу – умрет. – Соланж.

Они там ссорятся? А, неважно, лишь бы не мешали.

Меня дернуло назад. Едва не выронила нож и, потеряв связь с чужим сознанием, понеслась куда-то, увы, не в обычный мир. Страшно? Нет, не так – страшно! Невидимая воронка засасывала в кромешную темноту. Я не могла остановиться, даже зацепиться за что-то. Свет гас, интуиция подсказывала: еще немного, и душа отделится от тела. Моя душа! Пробовала кричать – ничего, губы не шевелились. Ментальный зов, который целители посылали сознанию больных, тоже замер, не родившись.

Конец. Поздно сожалеть о содеянном. О том, что вернулась к погибшей женщине, что не слушала Геральта, толком его не поцеловала. Интересно, навсей станет вспоминать обо мне или я всего лишь наиви, игрушка? Сжавшееся от страха сердце надеялось – он хоть немного меня любил. Ревновал же, не изнасиловал, медальон подарил… и не уберег.

Из темноты выплыл белесый туман и остановил стремительное падение в никуда. Из него выросли нити, которые, спеленав, потянули обратно. Темнота сопротивлялась, пыталась отнять жертву, но чужая магия оказалась сильнее.

Яркий свет – и я обнаружила себя лежащей на паркетном полу. Закашлялась и ощутила резкую боль в груди.

– Выпей! – Губ коснулся стакан.

С трудом открыла рот и едва не подавилась первым же глотком.

Постепенно ко мне возвращалось зрение, слух и другие чувства. Оказалось, мою голову придерживал Геральт, а воду подал Соланж. Он сидел на корточках и гипнотизировал немигающим взглядом.

– Мне не нужна смерть, мне нужна сила, и, похоже, ее лучше отнять прямо сегодня.

Ответом стало острие клинка посоха, приставленное к горлу некроманта.

– Я доходчиво объяснил? – мрачно поинтересовался Геральт и убрал оружие. – Король запретил ссору на балу, но он не в силах запретить защиту наложницы.

– Она с тобой не спит, – издеваясь, нараспев возразил Соланж. – Неужели Геральт Свейн уже не способен взять женщину?

– Надоело сидеть в душной лаборатории? Даже интересно, сколько заплатят ученики за голову столь ненавидимого учителя?

Геральт ответил дерзко, думала, некромант взорвется, ударит, вызовет на поединок, но он рассмеялся. Затем встал и вновь занялся убитой. Мотнув головой, Соланж погрузился в работу и, кажется, забыл о нашем существовании. Я же, оправившись от короткого путешествия в преддверья Страны снов, села, пытаясь разглядеть, что он делает. Увы, манипуляции некроманта скрыла туманная дымка.

– Не мешай: опасно! – Геральт осторожно поднял меня на ноги и отряхнул платье. Заметив, что юбка немного задралась, поправил. – Он беседует со смертью. Лучше пойдем к королеве.

– Посреди ночи? – изумилась я.

По-моему, не стоит будить больную женщину. А уж королеву – подавно. Не знаю, какие отношения связывают Геральта и высочайшую особу, но вряд ли она простит подобную дерзость.

– Ее величество все равно не спит: у нее бессонница. Да и бал, – навсей издал короткий смешок, – не удался. Король ушел, фрейлину убили… Пусть Соланж один развлекается. Наверняка духов призовет, может, выпьет с ними.

Выпить с духами? Но ведь они бестелесны… Впрочем, некроманты – особые люди, им все подвластно.

Геральт открыл телепорт. Не успела спросить, почему магия в бальном зале не запрещена, как меня ослепила яркая вспышка. Зажмурилась, а когда открыла глаза, долго не могла понять, куда попала. Темнота, только где-то далеко мерцает огонек. Не свеча, не магический фонарь, а нечто непонятное, похожее на светлячка. А еще ощущение, будто нахожусь в узком длинном замкнутом пространстве. Коридор? Возможно.

Геральт обнял, тесно прижал к себе и повел вперед.

Так и есть, коридор.

Шаги гулким эхом отзывались под потолком.

Странное место, будто склеп. И тут живет королева? Немудрено, что она болеет. Тут любой бы зачах, как цветок без солнца.